Там познакомился с интересными людьми. Один полковник в форме возле комиссионки, думал сначала, Штирлиц по линии разведки в сфере американской звуковой техники. Оказался банальным барыгой, у него купил отличные английские колонки со звуковой линзой на высоких частотах и пассивным диффузором на низких.
Другой, работник внешней торговли, имевший свою, и так очень приличную заплату, мог конвертировать наши рубли по официальному курсу к доллару по 56 копеек, но не в доллары, а в так называемые чеки-Д, дипломатической серии.
Что было много безопаснее продавать уже по внутреннему рыночному курсу. У него я их всё же не покупал, а расплачивался сразу деревянными за товар из магазина Берёзка, что на Ростовской набережной была. А если и покупал, то только обычные сертификаты для «наших», работавших за границей, дабы они не возили дефицита «от туда», а покупали в специальной Березке, что на Сиреневом бульваре.
Проживал он в доме, что был через дом слева от Американского посольства, если стать спиной к столу заказов от гастронома Ново-Арбатский, в котором можно было приобрести по смешной цене настоящий сухой виски Белая лошадь.
Коньяки Камю и Мартель бывали в основном, тоже за недорого, в Елисеевском магазине, что на всё той же улице Горького, тогда, а теперь на Тверской (Ямской). Да, не везет нашим писателям, что из графов, что из пролетариев.
Работник внешней торговли, добрейшей души человек от того, что у него всё есть и даже с избытком. У него огромная квартира, единственная в доме, имеющая черный ход, что могло навести на всякие мысли, но не наводило!
Было у него несколько жен с детьми. Показывал семейные фото в минуты сентиментального настроя. Увлекался музыкой настолько, что знал лично многих выдающихся спортсменов, артистов, общественных и других разнообразных деятелей, бывающих в развивающихся и не только, странах, которые своим усердием собрали ему фантастическую коллекцию виниловых грампластинок, которой он великодушно позволял пользоваться за умеренную плату.
Моё общение открыло ему глаза на славный город Таганрог, а также на города Краснодар и Жданов. Музыкальные вкусы этих городов радикальным образом отличались от столицы, причём на его взгляд, в лучшую сторону.
Скажем в популярной музыке, верхом культуры в Москве считались Бони М и Майкл Джексон, то в наших, южных городах Кровь, Пот и Слёзы, и Джетро Талл.
Однажды я заболел по пути в Ленинград, находясь проездом в Москве и, поднялась жуткая температура, он настоял, чтобы остался у него, пока та не спадет. Выделил мне комнату, вызвал студентку МГУ, волонтёршу по его поручениям, и она всю ночь утешала меня и отпаивала малиновым чаем с мёдом и французским коньяком. Утром уже был здоров и отправился дальше, в город Пушкин. Пока ехал, думал, а вдруг это были происки Заказчика.
Пришлось разработать план мероприятий по ПДИТР (Противо-Действие Иностранным Техническим Разведкам). В тесном содружестве с соответствующими конторами и НИИ спецтехники. Узнал много баек. В Совет министров СССР купили ксерокс, а в английском посольстве копии распечатывались. В отместку наши ребята, установив датчики на отопительные трубы, слушали через радиаторы, о чем говорили их люди.
Этот институт разрабатывал и изготавливал занятные вещички, типа видео наблюдения, все виды устройств, прослушивания, включая, использующие отраженные когерентные лазерные лучи под определённым углом, стеклами окон иностранных представительств и посольств.
Мероприятия по сдаче и испытаниям опытного образца включали. Установка по периметру здания НИИ автоматчиков, отсоединение труб отопительной системы и водопровода, отсоединение электрической сети с использованием дизельного генератора, а также установку на окна металлических заземленных сеток. И это не являлось секретным. Охранялись только значения параметров.