– Какое твое любимое насекомое? – спросила меня семилетняя дочь, когда мы отправились на вечернюю прогулку в первый день ее весенних каникул. – Ты не можешь выбрать бабочку. Каждый выбирает бабочку, – быстро добавила она, прежде чем я успела ответить. – Хм, – подумала я вслух. – Ну, тогда, наверное, божья коровка, – наконец, ответила я. – А у меня светлячок. Я люблю светлячков, – сказала она задумчиво. Мы шли и шли. Разговаривая. Наслаждаясь редким удовольствием остаться наедине – только я и моя младшая дочь. И вдруг: – А я нормальная? Я имею в виду, со мной все в порядке? – спросила она, глядя себе под ноги. – Иногда я чувствую себя… непохожей на других. Я сразу же остановилась. Не спрашивая о том, что она имела в виду, я это знала; просто знала. Я наклонилась и заговорила, доставая болезненные воспоминания, спрятанные со второго класса. – Когда я была в твоем возрасте. Я тоже чувствовала себя слишком непохожей на других. Я была застенчивой и чувствовала себя неуютно. И один мальчик г