.....
Я с трудом себя сдерживал. Энергия била через край. Достаточно было только одной, одной искры, чтобы я взорвался. Но нет, я сдержусь, смогу закончить очередное портфолио, я художник и будут замечательные снимки. Она прекрасная модель, и мои работы помогут ей взлететь на самый верх. И через несколько месяцев никому неизвестная девушка станет мировой звездой. Но мозг упорно твердил: «Дура, тупая дура, виниловая безжизненная кукла, придуши ее, разорви на части…»
Камера щелкала, не переставая. Она делала все более и более впечатляющие движения, вот она изображает томную красавицу, вот она уже уставшая тигрица, вот она спит на пригорке в долине….
Он потихоньку сходил с ума. Быть настолько неживой, мертвой, вялой, спящей, неживой, инфантильной!
Невозможно! Ну хоть чуть-чуть необходимо проснуться. Он сначала давал команды, потом повысил голос, теперь он на нее орал.
Она потихоньку стала совсем уходить в себя, что происходит? Почему он повышает голос, еще немного, и она расплачется и уйдет со съемок. Но необходимо было доработать, чтобы было портфолио.
«Все, больше не могу»,- заорал я. Отбросил фотоаппарат и рывком бросился к ней. С треском порвалось платье. Она зашлась в безмолвном крике, пытаясь прикрыться остатками платья. Я резко рванул лифчик и трусы, повернувшись подбежал и схватил с тахты накидку, через мгновенье был возле нее, вырвал остатки платья и кинул накидку. Сделал шаг к фотоаппарату и снова обернулся к ней.
Она стояла в полном ужасе, не понимая, что происходит. Мир неожиданно пришел к ней – она был не тигрица, не черная пантера, не королева сонного замка, она была…. Кем-же она была. Слезы лились из ее глаз, она не могла ничего понять и остановить.
Мои движения были порывисты и жестоки, она была беззащитна, и не могла даже закричать. Мое сумасшедшее состояние просто парализовало ее. Мой крик: «ЕШЕ? Кукла, тупая дура, проститутка, б…!» вывел ее из шока.
Я стала входить в себя и заорала, что было мочи: «Сволочь! Гад!». Он схватил аппарат и начал делать снимки. Слезы постепенно перестали литься из моих глаз. Я сыпала кучу всякой грязи и готова была вцепиться в него своими маленькими коготками! Но он опередил меня - пощечина была скорее жестом, чем болью, но она настолько подхлестнула эмоции, что новый взрыв энергии начал изливаться из меня фонтаном. Съемка продолжалась еще два часа.
Часы показывали 16.00, когда съемка была закончена, энергия настолько ушла из него, что он едва держался на ногах. Она вообще последние полчаса пыталась сидеть или лежать на полу, и когда он просил ее встать - это было совсем непросто. Теперь она была действительно черной пантерой, удачно поохотившейся, и вернувшейся в свое логово или спящей красавицей, готовящейся заснуть на следующие тридцать три года….. Её ждал успех.