Не смотря на дождь, утро было прекрасно во всех отношениях. Ещё полгода назад он был каким-то линейным врачом скорой помощи. Потом судьба улыбнулась, посадив его на место заведующего. Ещё полгода безжалостной «дрессировки» коллектива, и начальство выделило его из всех заведующих как подающего надежды перспективного руководителя. И вот очередное повышение. Теперь он руководит всеми региональными подстанциями. Теперь, в разговорах с подчинёнными, он уже не называл себя врачом, скромно сетуя на свои почти чиновничьи обязанности.
Червяков завёл машину и поехал на службу, раздумывая по пути, что осталось совсем немного, совсем чуть-чуть, и он, наконец, переберётся с опостылевшей подстанции в административное здание, в кабинет заместителя главного врача. Нужен ещё один шаг. Нужен прецедент. Прецедент, который до конца убедит главного в его, Червякова, принципиальности и преданности, в умении работать с людьми без всяких там соплей, заставляя их работать за страх. Именно за страх. Ну не за совесть же? Кто ж будет работать за совесть?
Главное – нужен шанс. И он его не упустит. Он всё сделает правильно. И тогда…
- Тьфу, тьфу не сглазить – Червяков поплевал через плечо сворачивая в нужный переулок, в конце которого высилось двухэтажное здание подстанции.
***
- Это Анна. Девчонки! Доброе дело сделаете? – Анька звонила в оперотдел. Лицо её было встревожено. – Матери плохо. Дадите нарядик? Я сама съезжу. Хочу её в нашу городскую больничку положить. У них там чёрти что, а не больница.
Получив «добро» и распечатав в диспетчерской наряд, Анька пулей слетела в гараж. Следом, дожёвывая на ходу бутерброд, так же быстро в гараж спустился напарник.
- Горим что ли?
- Из дома позвонили. Мать в критическом состоянии. Давай ко мне. Помнишь? – Анька теребила водителя, ускоряя процесс вспоминания адреса. – И быстрее. Пожалуйста, быстрее.
- Моментом долетим – водитель вырулил из гаража. – До твоего дома раза в два ближе, чем до той стороны района. А туда я за десять минут успеваю.
Машина, «заиграв цветомузыкой», устремилась за границу области в область соседнюю, до которой, как и говорил водитель, было гораздо ближе, чем до противоположного конца обслуживаемого района.
***
- Тебя! – напарник протянул Аньке служебную мобилу – Червяков с региональной подстанции.
- Слушаю. – Анька прижала трубку к уху.
- На каком основании вы поехали в соседнюю область? – Червяков всегда говорил ровно, без эмоций.
- Мне на центре разрешили наряд взять. У меня мать в тяжёлом состоянии. Хочу её к нам госпитализировать.
- В данной области имеется своя скорая, которая и госпитализирует больную в их больницу. Возвращайтесь. Отзвонитесь диспетчерам. Пусть ваш наряд закроют и дадут вызов в зоне действия вашей подстанции. Оперативность нашей работы ещё никто не отменял. Вы меня поняли?
- Нет! Это вы меня не поняли? Это моя мать! И у неё тяжёлое состояние! И тут близко. Ближе, чем в конец нашего района ехать. Я за 20 минут управлюсь.
- Вы, кажется, не хотите работать в нашей структуре. Как ваша фамилия? Хотя… не утруждайтесь. Я вижу по компьютеру – голос был ровный и спокойный – В общем так. Или вы немедленно возвращаетесь, или я буду ставить вопрос о наказании всех, кто причастен к этому случаю.
- Там больница…
- И кроме того – Червяков строго оборвал Аньку - на каком основании вы собираетесь везти больную из другой области в нашу больницу? Немедленно возвращайтесь! Я всё сказал.
Червяков повесил трубку, удовлетворённо записывая в журнал нарушение. В графе «примечания», куда вносился результат разбора происшествия, была записана фраза «Разобрано самостоятельно».
***
- Чем ты ему так насолила? – Напарник удивлённо смотрел на Аньку – Раньше ездили к своим и вопросов никогда не возникало. Даже с дач вывозили, если что серьёзное. Свои ведь.
- Да ничем я ему не солила – Анька плакала, размазывая по щекам слёзы – Он меня вообще ни разу в глаза не видел. Да и я его тоже.
- Тварь короче… - водитель выплюнул погасшую сигарету, разворачивая машину в обратный путь. – Такой реально всех под монастырь подведёт. И нас, и девок с центра.
***
Прогиб незамеченным не остался, и через некоторое время, извиваясь и кланяясь, Червяков вполз в вожделенный кабинет. Начиналась новая жизнь. А там, глядишь, и место главврача…
- Тьфу, тьфу… – оборвал себя Червяков и суеверно поплевал через плечо
***
- Не. Сегодня никак не смогу с тобой. Маме полгода. Помянуть надо.– Анька, одетая в синюю форму 03 тащила в руках две сумки с постельными принадлежностями. – Итак вон пришлось своим ходом с другой подстанции переться.
- Что? На ночь соседям в рабство сдали? – напарник взял из её рук одну из сумок, понимая, что сегодня он поедет домой в гордом одиночестве.
- Как видишь. Туда отвезли, а обратно как хочешь, так и добирайся.
- Уважаемая! – голос сзади заставил парочку обернуться – А ваш заведующий разрешает вам работать в такой обуви? Это нарушение техники безопасности – владелец голоса, мужчина средних лет, указал рукой на открытые шлёпанцы Аньки.
- В какой удобно по городу с сумками тащиться, в такой и тащусь. С какой целью интересуетесь? – Анька поставила сумку на асфальт подстанции.
- Я заместитель главного врача. Червяков моя фамилия. Потрудитесь назвать свою.
Вперив внезапно озлобившийся взгляд в лицо зама, Анька по слогам произнесла свою фамилию.
Две половинки лица Червякова начали изображать каждая своё, пока обе не пришли к консенсусу, проявив брезгливость, смешанную с каким то подспудным страхом. Потупив глаза, зам главного врача молча развернулся и пошёл прочь от Аньки.
***
- Да. Таких руководство ценит. Глядишь, так и до главврача дорастёт. – напарник вежливо тронул за плечо подругу. – Чего встала как вкопанная? Не знаешь, как будущий главврач выглядит?
PS Все совпадения случайны.