В белгородскую территориальную оборону записываются целыми семьями. Корреспондент RT Анна Долгарева пообщалась с бывшей учительницей, которая служит в этом формировании вместе с мужем и детьми.
В центре Белгорода, там, куда прилетели украинские снаряды под Новый год, мы разговариваем с Ольгой. Моя собеседница — красивая рыжеволосая женщина, на первый взгляд лет 30—35. Впечатление обманчиво: у неё уже взрослый сын. И он, как и мать, служит в территориальной обороне.
«Муж вступил в ополчение буквально в первые дни. Потом дети — они уже совершеннолетние — тоже захотели пойти. Я подумала: сидеть дома и просто ждать — это хуже всего. Лучше тоже быть в центре событий, оказывать посильную помощь. Такой стимул был изначально», — говорит Ольга.
«Это всё на добровольных началах»
По профессии Ольга учительница и за службу в теробороне получает небольшие деньги: 150 рублей за час дежурства. В основном они уходят на компенсацию стоимости бензина на проезд.
«Это всё на добровольных началах. У нас на патриотизме всё и все патриоты, — говорит собеседница RT. — Кто защитит свой дом и свою область, кроме людей, которые здесь проживают, которые в этом напрямую заинтересованы? Сюда пошли все те, кто хочет защитить свою страну. Уезжать никто не собирается. Мы здесь родились, детей родили. Свою Родину оставить и уехать? Кто хотел, тот уехал».
Бойцам теробороны выдают форму, бронежилеты и каски, а с прошлого года и оружие: автоматы и противодроновые ружья.
«В задачи белгородской теробороны входит охрана государственной границы, помощь федеральным службам, охрана подступов к особо важным объектам и содействие силам безопасности при угрозе терактов и вооружённых нападений», — перечисляет Ольга.
Но самой учительнице оружие не нужно.
В территориальной обороне она занимается помощью при ликвидации последствий обстрелов и обеспечением безопасности населения. Также ей иногда приходится стоять в оцеплениях вместе с полицией, например во время обстрелов или в случае, если сапёры находят неразорвавшиеся боеприпасы.
«Бывает работа на эвакуации. Когда дом разрушился — помочь вывезти людей, отправить их в правильном направлении. У некоторых бывает паника, некоторым надо помощь медицинскую оказать. Нас в своём районе все знают, само присутствие человека в форме успокаивает», — рассказывает женщина.
При этом работа во время обстрелов — это всегда риск, добавляет она.
«Вот, например, артиллерийский удар под Новый год. Люди максимально попрятались, а мы, наоборот, — на площадь. Первые взрывы — после них неизвестно, будут ли повторные. Спрятаться негде. Сам стоишь, а людям объясняешь, чтобы уходили, разводишь их. Когда к разрушенным домам приезжаешь, то же самое. Будет ли очередное попадание после первого? Мы каждый день идём на задание и не знаем, к чему это приведёт», — объясняет собеседница RT.
«Было дело — обвалился дом, — продолжает Ольга. — Некоторым из наших командир сказал: «Идите домой, вы лишние». Люди встали и сказали: «Если мы здесь не можем помогать как тероборона, будем помогать как обычные граждане».
Одна на всех страна
В Белгороде в случае ракетной опасности автоматически открываются двери подъездов. Это сделано для того, чтобы люди, оказавшиеся вдалеке от специально оборудованных укрытий, могли заскочить в подъезд и тем самым спасти свою жизнь. Но к этому пришли не сразу — подсказал опыт.
«Наш парень из теробороны ехал в районе универмага «Белгород», когда начался обстрел. Впереди прилёт, сзади прилёт, он бросает машину и бежит во дворы. Видит: стоит женщина с дочкой, пытается в домофон звонить. Он тогда просто собой, своим телом закрыл эту женщину и ребёнка. Был ранен, а они не пострадали. После этого один из членов нашей теробороны и обратился к администрации с вопросом, что делать с закрытыми подъездами. После этого организовали открытие дверей», — говорит Ольга. Это показывает, что к словам её товарищей прислушиваются.
До сих пор не все свыклись с обстрелами и не все могут относиться спокойно к постоянным сигналам ракетной опасности. А звучат они почти каждый день. В детских садах детям приходится спать в подвалах, рассказала она.
«Как-то мы с мужем поехали на задание. Это был один из наших первых выездов. Он на меня смотрит и спрашивает: «Ты что, не боишься?» Говорю: «Нет». Смотрю, ему как-то поспокойнее стало. А сама думаю: «Ага, конечно, не боюсь!..» Но если поддаваться страху, зачем тогда вообще записываться?» — улыбается Ольга.
Так, по её словам, думают и действуют и другие бойцы теробороны. Со временем они стали одной большой семьёй. Они не только выполняют боевые задачи, но и дружат вне службы, хотя зачастую это люди, которые никогда бы не встретились в гражданской жизни. Вот это их сейчас и удивляет — как это они не познакомились раньше? Ведь у них столько общего! Как минимум одна на всех страна, которую надо защищать.