– Конечно, когда мы встречаемся на турнирах, мы все очень хорошо общаемся. Я хорошо общаюсь с Настей Павлюченковой, с Дашей Касаткиной, с нашими девочками в основном общаюсь. С нашими, я не знаю, мальчиками, мужчинами? Иногда тоже можем перекинуться парой слов, поговорить о чем-нибудь. Но вот чтобы просто так за туром встретиться, куда-то пойти, такого еще не было. Я думаю, все еще впереди. В этом плане тоже сложно, потому что мы все живем в разных странах, в разных местах. Но я думаю, возможно, скоро я с кем-нибудь где-нибудь и встречусь, куда-нибудь схожу, поэтому время покажет.
– Ты говорила, что очень хочешь собаку. В живом рейтинге ты 21-я, совсем чуть-чуть не хватает до топ-20.
– Я еще даже не выбрала, какую породу я хочу, выбираю сейчас между тремя. Это будет либо мини-такса. Я прочитала, что она по характеру будет как золотистый ретривер, а мне очень нравится эта порода. Также я хочу королевского кокер-спаниеля – как в мультике «Леди и Бродяга». И еще думаю про мальтипу, но она пока на последнем месте. Я здесь у всех вижу мальтипу, а мне хочется чего-то своего. И хочется, чтобы собака была умной, которая будет мне другом, поддержкой, даже членом семьи, с кем я смогу полноценно провести какое-то время.
Я сегодня смотрела лайв-рейтинг, и мне не хватило пяти очков, чтобы попасть в топ-20. Хотя я до турнира считала, что если я выиграю здесь два матча, то войду в топ-20. Там Вика Азаренко все не сдает позиции, на 20-м месте уже сколько стоит, а мне пяти очков не хватило... Поэтому, да, мне нужно выиграть еще один матч. Я постараюсь, и тогда уже будем думать про собаку.
– Двойная мотивация, получается, перед матчем с Линетт – и реванш за поражение на Олимпиаде, и собака.
– Да-да-да. У меня теперь столько мотивации и в целом желания выиграть. Посмотрим, как получится.
– Когда ты поняла, что теннис стал для тебя именно профессией, основной деятельностью?
– Наверное, в прошлом году. Хотя, даже, может быть, до этого. Мы достаточно рано переехали из нашего родного города в другой для тренировок и чтобы строить немного профессиональнее тренировочный процесс. Поэтому, наверное, я с самого детства воспринимаю теннис как профессию. Когда мне было 10 лет, я уже была на домашнем обучении, не ходила в школу, только сдавала экзамены. И когда приезжала в Красноярск, просто сдавала экзамены в школе, и все. Поэтому, думаю, наверное, лет с 10-11 начала воспринимать теннис как профессию. И я знала, что это именно то, чем я буду заниматься лет до 37-38, – приводит слова Андреевой корреспондент Спортса’‘ Екатерина Филиппова.
Еще чуть-чуть – и у Мирры будет собака! Давайте запомним ее «РГ» как шаг к мечте
