Смотрю на море жадными очами,
К земле прикованный, на берегу…
Стою над пропастью — над небесами,
- И улететь к лазури не могу.
Не ведаю, восстать иль покориться,
Нет смелости ни умереть, ни жить…
Мне близок Бог — но не могу молиться,
Хочу любви — и не могу любить.
((Зинаида Гиппиус, 1894)
Ни прошлого, ни будущего, ни мыслей, ни слов — всё поглотила пустота. Что же это значит? В душе воцарилось безмолвие, и это безмолвие оглушило меня. Разве может быть что-то более пугающее? Я увидел себя на диване. Подумаешь, что особенного, я всё время на нём возлегаю. Но сейчас это было что-то другое. Что же произошло?
Я поднял руку, и она засветилась. Всё моё тело излучало энергию, которая покидала его. Рядом стояли три барышни, похожие на электрические лампочки. Моя энергия уходила к ним, и свет от них становился всё ярче и ярче. Куда же она уходит? Одна из них протянула мне лист бумаги, который изогнулся в знак вопроса: «Что тебя ждёт?» Что меня ждёт?
Мои врагини засмеялись. Лист выпрямился, и на нём проявились буквы. Но складывать их в предложения уже не было сил. Мысли спутались и, казалось, растворились. Барышни трансформировались в один поток энергии, заполнивший пространство ярким свечением. И вдруг раздался грохот, похожий на гром, и всё исчезло, как в плохом кино.
Слабость окатила волной моё тело, светящееся и дрожащее. Я попытался встать с дивана, но он не отпускал меня. В глазах мелькали дела и заботы в тощих и толстых папках, люди, свернувшиеся в клубок, и хаос событий в виде пустых кастрюль на подоконнике. Ветер сносил всё это, разрушая без следа.
Внезапно Петя ощутил тепло в самом центре груди, и он уже не принадлежал миру холодного света. От огонька в груди шла нескончаемая вибрация чьей-то неизвестной любви, и Петя почувствовал прилив сил. Это было напоминание о том, что в холодном мире, в любом пустом пространстве можно найти частицу тепла.
Обернувшись в последний раз на ускользающие образы барынь-иллюзий, он понял, что выбор был всегда за ним. Только он этого не понимал. И пусть они уносят его энергию, он найдет её вновь, ведь в его сердце ещё сохранился кусочек тепла. Обретя эту уверенность, Петя принялся ждать перемен.
На листе прорезался текст: «Ты должен сам найти ответы на вопросы, которые давно утратили для тебя смысл. Отпусти свой пошлый эгоизм, чтобы обрести понимание настоящего чуда любви и привязанности».
Петя почувствовал, что мысли начали возвращаться в его голову, и в лабиринте хаоса начала прорисовываться фигура незнакомки. Но понимание того, сколько прошло времени и где он, всё ещё ускользало. И только розы напоминали ему о том месте, где он раньше жил...
