– Маша, пойдём гулять? – Миша стоял под окном с букетом полевых цветов, немного смущённый, но с искоркой надежды в глазах.
Маша посмотрела на него сверху, прикусив губу и сдержав улыбку. Внутри у неё бурлили эмоции, но она сделала вид, что не особо торопится.
– Сейчас, только платье поменяю, – крикнула она и скрылась за занавеской.
Те минуты, что она собиралась – показались ей вечностью. Маша металась по комнате, выбирая лучшее платье, при этом стараясь не подать виду, что эта встреча была важна. Но она-то знала... Это было их лето. Их первое настоящее лето, когда они перестали быть просто соседями. Это была первая любовь.
Маша и Миша жили в одном подъезде с детства. Он всегда казался ей мальчишкой, который вечно затевал глупости: то сбивал мячом стёкла в подъезде, то придумывал, как пробраться в гаражи за домом. Но этим летом что-то изменилось. Он вдруг стал другим. Или, может быть, это она изменилась? В любом случае, они оба начали видеть друг в друге нечто большее, чем просто соседей.
Маше казалось, что она всегда была рядом с ним – в детском саду, в школе, на улице, когда все дети собирались играть в мяч или прятки. Но только сейчас, этим летом, её сердце начало биться по-другому, когда он рядом. Утром она ловила себя на том, что думает о нём. Вечером, засыпая, представляла, как он зовёт её на свидание, а днём смотрела на часы, думая, «Придёт ли он сегодня?». Это был странный, но приятный трепет, который она никогда прежде не испытывала.
Они шли по тихим улицам, где запах жасмина и свежескошенной травы смешивался с вечерним воздухом. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в нежные розовые и оранжевые тона. Миша шёл рядом с Машей, молчал, но изредка бросал на неё взгляды, полные смущённой нежности.
– Тебе не жарко в платье? – неловко спросил он, поправляя рюкзак на плече.
– Нет, всё нормально, – ответила она, чуть улыбнувшись.
Маше казалось, что этот момент можно было бы растянуть на вечность. Её ноги чуть несли её сами, её руки словно помнили прикосновение к полевым цветам, которые он ей подарил. Всё казалось невероятно волшебным и простым одновременно.
– А ты знаешь, что жасмин на удачу цветёт? – вдруг сказал Миша, взглянув на кусты, обрамлявшие узкую улочку.
– Правда? – Маша внимательно посмотрела на кусты, но ей было сложно сосредоточиться на жасмине, когда рядом был он.
– Да. Говорят, если сорвать цветок жасмина и загадать желание, оно обязательно сбудется.
Она тихо засмеялась. Они всегда любили такие приметы и легенды, которые делали обычные вещи чуточку волшебными.
– Загадаешь желание? – серьёзно спросил он.
Она наклонилась, осторожно сорвала веточку и прижала её к губам, будто держала что-то священное. Потом закрыла глаза.
– Загадываю, – прошептала она.
Он смотрел на неё, не отрываясь. Её светлые волосы развевались на лёгком ветерке, и в этот момент он вдруг понял, что для него это не просто игра. Его сердце стучало сильнее, чем обычно, а ноги едва удерживали его на месте.
– О чём ты загадала? – спросил он, когда она открыла глаза.
Маша хитро улыбнулась:
– Не скажу. Тогда не сбудется.
– А если я тоже загадаю желание?
Маша повернулась к нему, остановилась. Их взгляды встретились.
– Тогда ты должен загадать что-то особенное, – прошептала она, чувствуя, как кровь приливает к щекам.
Миша глубоко вдохнул и подошёл чуть ближе.
– Я уже загадал, – тихо сказал он, и его голос дрожал.
Он протянул руку, осторожно касаясь её ладони. Маша замерла. Они стояли на улице, окружённые цветущими кустами и вечерним светом, и весь мир как будто исчез. Остались только они двое. Она не отдернула руку, но и не пошевелилась.
Это было первое прикосновение, первое чувство, которое захватило обоих. Они больше не говорили о жасмине, желаниях или приметах. Их сердца заговорили за них. Они не знали, что будет дальше, но в тот момент это было не важно. Важно было то, что они были вместе.
Впервые.
Маша не могла понять, что она чувствовала – радость, волнение, страх? Её сердце стучало так сильно, что, казалось, оно готово выпрыгнуть из груди. Она впервые чувствовала себя по-настоящему живой.
Миша медленно отпустил её руку, но в его взгляде было что-то, что останется с ней навсегда. Он был для неё первым. Первым, кто заставил её сердце петь. Первым, с кем она почувствовала настоящую близость.
________________________________________
Много лет спустя, Маша сидела на скамейке в старом парке, где всё ещё рос жасмин. Она смотрела, как дети бегают вокруг, смеются и играют. Её дочь сорвала веточку жасмина и, подбежав к ней, спросила:
– Мама, можно загадать желание?
Маша улыбнулась и аккуратно взяла веточку в руку.
– Можно, конечно, милая. Загадай самое важное желание.
Девочка закрыла глаза, а Маша наблюдала за ней с нежностью. В её памяти всплывали те летние вечера, когда она впервые почувствовала, что значит любить. Первая любовь – это как запах жасмина. Она оставляет след, даже когда проходит.
Маша тихо выдохнула. Её сердце всё ещё помнило.
