-Бабуня, а ты знаешь, почему мёртвые плачут? - семилетний Елисей серьёзно смотрел на свою бабушку Марию в ожидании ответа.
Женщина вздрогнула. Не столько от самого вопроса, сколько от слова "бабуня". Так её называл только старший внук Ваня, умерший незадолго до рождения Елисейки. Кто ему рассказал? Наверное, Наталья, мать мальчика, которая приходилась Марии невесткой.
-Мёртвые не плачут, - тихо произнесла женщина. - Они своё уже отплакали...
-А вот и нет! - воскликнул Елисей. - Ещё как плачут! Горько-горько! Сам слышал!
- Где же ты это слышал? - спросила она настороженно.
-Как где? На кладбище!
-Ты опять там бродил один? - Мария нахмурила брови.
-Бабунь, не ругайся... Мёртвые безобидные. Жалко только их, когда они плачут. - вздохнул мальчик. - Вот сегодня тётка Лукерья в голос рыдала, у меня аж сердце зашлось от жалости!
Женщина поняла, что речь идёт об их соседке, Лукерье Аникиной, которую они месяца три назад схоронили.
-Так чего ей спокойно не лежится? - спросила Мария внука.
-Знамо дело - по дочке своей скучает! Та за всё время только раз навестила покойную.
-Это тебе тётка Лукерья сказала? - с недоверием поинтересовалась женщина.
-Она самая! - бесхитростно подтвердил Елисей. - А ещё дед Григорий сегодня всхлипывал. Грустно так, протяжно...
-А он-то чего? - удивилась Мария. - И дочь к нему ходит, и сын не забывает.
-Да вдова его снова замуж собралась. Дед Григорий никак такого не ожидал.
-Так что же ей теперь? Заживо похоронить себя что ли? - справедливо заметила женщина.
-Вот-вот! Я ему то же самое сказал. Да напомнил, как она пять лет за ним, за лежачим, ухаживала. Заслужила она своё счастье. Выстрадала!
Мария с интересом и страхом слушала внука. Не в первый раз ведёт он подобные разговоры, от которых то мурашки по телу, то сердце в груди замирает. И только один вопрос в голове крутится: "От Бога это у него или от чёрта?"
Женщина вспомнила, как тяжело рожала Наталья. Два дня мучилась невестка, а когда наконец бабка-повитуха взяла новорожденного на руки, Мария не услышала детского плача.
-До утра малой не протянет! - вынесла приговор повитуха. - Уж больно он слабенький. Одним словом - не жилец...
-К груди даже не прикладывай. Так тебе самой же легче будет.
Невестка устало кивнула.
Наталья не плакала, и Мария не нашла в себе сил осудить её. В деревне второй год неурожай: зима малоснежная, лето сухое... Того гляди голод начнётся, а у невестки с сыном и так трое детей - мал мала меньше.
Мария взяла младенца, завернула в белую пелёнку, похожую на саван, перекрестила и положила под иконами - испокон веков так делали её предки - клали умирать невинные души под образами...
Новорожденный сутки лежал почти без движения, только время от времени приоткрывал синие глазки и тут же закрывал их снова.
Мария подходила к внуку, трогала влажный лобик - он был тёплым - и, вздыхая, отходила заниматься многочисленными домашними делами.
На исходе вторых суток младенец огласил избу громогласным криком, засучил ручками-ножками, зачмокал губками.
Мария поклонилась образам, взяла внука на руки, поднесла невестке и строго сказала:
-Давай, корми! Проголодался, бедный. Наречём его Елисеем. Что значит - "спасённый Богом"!
Наталья взяла сына, приложила к груди, и малец стал с жадностью пить материнское молоко...
Мария улыбнулась своим воспоминаниям. "Ну, конечно, это у него от Бога! Как же иначе?!" Она с нежностью посмотрела на внука и задала важный для неё вопрос:
-А братик твой Ванечка тоже горько в могиле плачет?
-Так чего же ему плакать? Я его каждый божий день навещаю, разговариваю с ним. Это он попросил меня называть тебя "бабуней". Сказал, тебе это нравилось! А ещё я ему землянику на могилку кладу, очень уж Ваня охоч был до земляники-то. - поделился Елисей с бабушкой.
Мария смахнула набежавшую слезу. Она отлично помнила, как её старший внук любил лакомиться сладкой ягодой прямо с куста. Ваня мечтал вырасти, поехать в город на учёбу и вывести особый сорт земляники - крупный и чтобы росла она не в лесу, а прямо в огороде! Вот же был мечтатель... Неужто такую ягоду когда-нибудь выведут?!
- Ваня - хороший, он мне помогает, защищает, как настоящий старший брат! - прервал Елисей бабушкины воспоминания.
-Значит, Ваня - твой Ангел-хранитель?
-Выходит так! - согласился мальчик.
Мария провела рукой по светлым волосам Елисейки и прижала его к себе. На душе у неё стало отрадно - Ванечка не плачет, у внучка всё хорошо!
-Бабуня, а можно я завтра опять на кладбище пойду? Когда я там - мёртвые не одиноки. Они будут ждать меня, нельзя их подводить!
Мария вздохнула:
-Ну, конечно! Негоже позволять им плакать... И скажи Ванечке, что мы все помним его и любим...