Я уже дважды писал на этом канале о том, что племянник моего прапрапрадеда Пётр Акимович Александров выступал адвокатом на процессе по делу Веры Засулич, стрелявшей в Петербургского градоначальника Фёдора Трепова.
Чаще всего в литературе оправдание на суде Веры Засулич приписывают красноречию Александрова, но более детальное знакомство с описанием судебного разбирательства показывает, что одного красноречия для столь успешной защиты подсудимой было бы мало. Вера Засулич, ожидая суда, почти не сомневалась, что будет повешена, поэтому сначала собиралась защищать себя сама - ей важно было донести до общества недопустимость телесных наказаний. Ради того, чтобы общество обратило на это внимание, она и стреляла в Трепова, давшего незаконное распоряжение высечь розгами политического заключенного Боголюбова, который не снял шапку перед градоначальником. Надо сказать, что случай с Боголюбовым произошёл в июле 1877 года, а выстрел Веры Засулич прозвучал 5 февраля 1878 года.
Между этими событиями прошло полгода, в течение которых незаконные действия Трепова официально не были осуждены, он остался на своём месте, что, по мнению Засулич, не исключало повторения в будущем другими чиновниками использования телесных наказаний, запрещённых законом.
Прочитав обвинительный акт, она поняла, что без помощи квалифицированного адвоката, она не сможет противостоять обвинению и высказать свои взгляды. Вера Ивановна Засулич сделала официальное заявление о том, что доверяет свою защиту присяжному поверенному Петру Акимовичу Александрову. Прокурором на процессе выступал Константин Иванович Кессель. Председательствовал на заседании Анатолий Фёдорович Кони.
Александров хорошо знал и того, и другого. Кессель был фигурой достаточно серой, и для адвоката не был грозным обвинителем-соперником. Кони был ревностный блюститель закона, склонный поддерживать справедливые решения. Учитывая это, Александров понял, что исход дела будет зависеть от позиции присяжных заседателей.
По закону и адвокат, и обвинитель могли отвести по шесть человек из предложенных 29 присяжных заседателей. Чтобы отвести присяжных, которые будут вредить защите обвиняемой, Александров несколько дней посещал судебные заседания с их участием и определял возможных сторонников и противников своей позиции.
В ходе судебного заседания Кессель не воспользовался своим правом отвода присяжных и это дало законное право Александрову отвести не 6, а 12 заседателей. Александров отвёл 11. Из оставшихся 18 в процессе участвовало 12. И эти 12, прослушав речь Александрова, вызвавшую презрение к Трепову и сострадание к Засулич, вынесли вердикт о том, что подсудимая не виновна в покушении, не хотела лишить жизни градоначальника, и не стремилась всё для этого сделать.
