«Спой мне песню, как синица тихо за морем жила, спой мне песню, как девица за водой поутру шла», — говорит Наше Всё своей няне, хотя из стихотворения «Зимний вечер», которым он обращается к Арине Родионовне, чаще цитируют другие строки: «Выпьем с горя, где же кружка?» В пушкинское оправдание вспомним, что в 1825 году, которым датировано это стихотворение, ему было 26 лет — возраст, когда алкоголь разрешен даже в самых пуританских обществах, и в спаивании воспитанника няню никто не обвинил бы. А мы в день воспитателя и дошкольного работника вспоминаем самых ярких книжных героинь этой профессии.
Первая, кто вспомнилась мне, была даже не Арина Родионовна, а «Я само совершенство, от улыбки до жеста, выше всяких похвал». Да, Мэри Поппинс. Менее приятная в книжном варианте Памелы Трэверс , чем в советском мюзикле с Натальей Андрейченко. Но в обоих воплощениях идеальная няня. Кстати, знаете, образ Мэри Поппинс внезапно становится ключевым в романе Джо Хилла «Пожарный» , проходит через него лейтмотивом с песенкой из американского фильма о Мэри Поппинс. У нас своя культовая Мэри — Андрейченко, а у американцев своя — тоже очень симпатичная, и она поет песенку про A Spoon Full of Sugar — «Ложку сахара». Это целая философия: любую скучную работу можно сделать вдвое быстрее, да еще и получить от нее удовольствие, если добавить элемент игры. «Просто добавь ложку сахара и любое горькое лекарство не покажется таким уж противным». Вторая любимая героиня, работавшая гувернанткой, что практически то же, но к присмотру за детьми добавляется обучение — конечно, Джейн Эйр . Бедная сирота, нанятая знатным и богатым дворянином для его «воспитанницы», а на деле — внебрачной дочери, которая успевает искренне привязаться к своей подопечной, но работодателя любит, определенно, больше. Жаль, что у знатных красавцев случаются скелеты в шкафах, в смысле, сумасшедшие жены на чердаках.
Три сестры: взгляд на творчество Шарлотты, Эмили и Энн Бронте Что отличает книги Шарлотты и Эмили от книг их современников? Совершенно иной способ думать! Чтобы оценить революционность двух старших сестер, давайте сравним их творчество с книгами младшей Энн... Читать дальше
Однако не все книжные гувернантки так ангелоподобны, как Джейн, и так идеальны, как Мэри, встречаются среди них и форменные оторвы. Что, впрочем, не уменьшает их обаяния. Да, я сейчас о Бекки Шарп, той самой, что практиковала умение «жить и жить припеваючи, неизвестно на что». Умная, оборотистая, яркая и умеющая подать себя в самом выгодном свете, но совершенно беспринципная, подруга-антагонист героини явно перетягивает на себя одеяло сюжета. Ну кто вспоминает добрую порядочную Эмилию? А Бекки приходит на ум тотчас, как подумаешь о «Ярмарке тщеславия» . Еще одна гувернантка. Вернее две: героиня-рассказчица из «Поворота винта» Генри Джеймса , дочь пастора, девушка скромная и порядочная, и ее кошмарная предшественница на этом посту, развратившая воспитанников, которая появляется в романе призраком. Бр-р-р, одно из самых странных произведений мировой литературы, что я знаю. Готических триллеров после читано без счета, но именно при воспоминании об этой книге отчего-то мороз по коже.
Лев Толстой - Анна Каренина
И есть еще гувернантка, косвенно виновная в смерти... Анны Карениной. Помните, с чего начинается роман романов? Анна приезжает в Москву, чтобы утешить невестку Долли и уладить последствия интрижки своего непутевого братца Стивы с бонной француженкой. Если бы не это, она не ехала бы в одном купе с матерью Вронского, не познакомилась с ним, и всё для нее сложилось бы иначе.
Но самая наша незабываемая, любимая и ненавистная няня, в строгом смысле и не няня вовсе, а домоправительница, метко переименованная Малышом в Домомучительницу, Фрекен Бок. Устоять перед обаянием этой дамы с грацией бегемота решительно невозможно.
А каких книжных воспитателей вспоминаете вы? Расскажите в комментариях.
И конечно же, с праздником, дорогие наши няни и воспитатели!
Текст: автор канала «Читаем с Майей» Майя Ставитская