Сердце Марии сжималось от беспокойства, словно тиски медленно его сдавливали. Она смотрела на маленькую Катю, свою внучку, играющую с яркими кубиками.
Катя – солнечный лучик, но её свет омрачали постоянные судороги, неловкие движения, неуклюжесть. Диагноз "детский церебральный паралич" прозвучал как приговор, и Мария винила себя в том, что не смогла уберечь свою дочь от этой судьбы.
Света, её единственная кровиночка, выросла избалованной. Отец ушёл, когда Свете было всего три года, оставив Марию с грудным ребёнком на руках. Мария работала без устали, стараясь дать дочери всё самое лучшее, но, возможно, в погоне за материальным благополучием, она упустила что-то важное. Света не знала ценности труда, уважения к старшим, настоящей любви. Она гуляла с парнями, пренебрегала учёбой, и всё это время Мария молилась, чтобы её дочь нашла свой путь.
Когда Свете исполнилось шестнадцать, она забеременела. Для Марии это стало ударом, но она простила свою дочь. "Пусть ребёнок станет для неё смыслом жизни," – думала тогда Мария, надеясь, что материнство исправит Свету, поможет ей повзрослеть.
И на какое-то время так и было. Света стала тише, спокойнее. Но счастье было недолгим. После рождения Кати, врачи поставили диагноз – ДЦП. Света словно сломалась. Она не выдержала ответственности, не смогла принять тот факт, что её ребёнок нуждается в постоянном уходе, в любви и заботе.
"Я не могу," – сказала Света, бросив на руки матери своего новорожденного ребёнка. И исчезла из их жизни, оставив Марию одну на один с бедой.
Теперь Мария живёт только ради Кати. Она кормит её с ложечки, меняет памперсы, делает массаж, водит на реабилитацию. Но в душе у неё всегда будет пустота, ведь она не только воспитывает внучку, но и оплакивает дочь, которая потерялась где-то между беззаботностью юности и грузом ответственности.
Мария смотрит на Катю, играющую с кубиками. Её глаза полны любви и тоски. "Прости меня, доченька," – шепчет она, обнимая внучку. "Я постараюсь сделать всё, чтобы ты была счастлива."