Сопредседатели российско-йеменской межправительственной комиссии, заместитель министра энергетики РФ Сергей Мочальников и министр нефти и минеральных ресурсов Йемена Саид аль-Шамаси, обсудили торгово-экономическое сотрудничество двух стран в кулуарах Российской энергетической недели.
На повестке дня стоял весь комплекс вопросов многопланового российско-йеменского партнерства: взаимодействие в области промышленности, сельского хозяйства и модернизации действующих генерирующих мощностей. Стороны достигли договоренности о проведении следующего заседания межправительственной комиссии в Йемене в 2025 году.
Для России Йемен важен тем, что Баб-эль-Мандебский пролив – маршрут доступа к Африканскому Рогу и Красному морю, где в Судане Россия объявила о планах открыть военно-морскую базу. В идеале долгосрочные цели Москвы в Йемене заключаются в том, чтобы использовать его в качестве потенциальной базы для расширения торговых отношений и отношений в области безопасности с регионами Восточной Африки.
Из-за военно-политических проблем в Йемене товарооборот РФ и Йемена за последнее десятилетие существенно не изменился и составляет около $250 млн, хотя, по словам министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова, высказанным в феврале этого года, в 2023 году он несколько увеличился. Российский экспорт в Йемен состоит в основном из продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья.
Россия при этом испытывает определенную симпатию к повстанцам хути, которых поддерживает Иран. По поводу участия хути в преследовании судоходства в Красном море Лавров сказал следующее: «Исходим из того, что эскалация напряженности в прилегающих водах Красного моря и Аденского залива в результате обстрела йеменскими хути торговых судов во многом обусловлена беспрецедентной эскалацией палестино-израильского конфликта и девятилетнего кризиса в Йемене. Мы не оправдываем обстрелы торговых судов, независимо от того, какие мотивы лежат в их основе. Однако мы также не можем одобрить агрессивные действия США и Великобритании против территории Йеменской Республики. У них нет на это международного мандата в виде резолюции Совета Безопасности ООН».
Несмотря на имеющиеся проблемы, предпринимаются попытки создания и поддержания торгово-инвестиционной платформы. В 2005 году Евгений Примаков, будучи президентом Торгово-промышленной палаты России, подписал два соглашения о сотрудничестве между торгово-промышленными палатами двух стран. В сфере экономики и торговли было подписано еще несколько основополагающих документов, в том числе соглашение о содействии и развитии сотрудничества в торгово-экономической и промышленной сферах.
В настоящее время очевидно, что российский бизнес не проявляет особого интереса к Йемену, за исключением относительно ограниченных возможностей в торговле кофе, морепродуктами и небольшим ассортиментом строительных материалов. То же самое можно сказать и о нефтяной промышленности Йемена, где добыча находится на низком уровне, а истинный объем йеменских запасов неясен. Известно лишь, что доказанные запасы нефти в стране составляют 3 млрд баррелей и занимают 29-е место в мире. Это эквивалентно примерно 137-кратному текущему годовому потреблению, что отражает как неспособность Йемена использовать свои ресурсы, так и низкий уровень инвестиций, способных в этом помочь.
Учитывая, что выход на йеменский рынок связан с высокими издержками по обеспечению безопасности, вероятность того, что российский нефтегазовый сектор будет инвестировать в освоение этой страны, довольно низка. Ситуация с безопасностью не дает широкого пространства для маневра. Это позволяет предположить, что Россия – совместно с Ираном, но не раздражая Саудовскую Аравию – могла бы в определенный момент оказать влияние в виде военной помощи для стабилизации ситуации. Например, недавно Россия согласилась предоставить Мали и Нигеру стратегические спутники. Тем не менее, это очень сложное балансирование, и именно поэтому Россия придерживается крайне осторожного подхода.
Тем не менее, Йемен имеет огромное стратегическое значение, и следует отметить, что несколько стран БРИКС расположены на побережье Красного моря и осуществляют контроль над ним. К ним относятся Египет, который контролирует Суэцкий канал, Саудовская Аравия, чье полноправное членство в БРИКС ожидает ратификации, и Судан, выразивший официальную заинтересованность в присоединении к группе. Иран и ОАЭ являются полноправными членами БРИКС с большим региональным влиянием.