О чине Богоявленской воды
Слушайте и скачивайте наш подкаст вот тут
Приветствую все домашние церкви, которые сейчас с нами на связи!
Сегодня поговорим об особенностях празднования Крещения Господня!
Когда-то его праздновали вместе с Христовым Рождеством. Поэтому богослужение обоих праздников имеет очень много параллелей. Например, тут и там совершются великие (или царские) часы. А их всенощные бдения состоят из великого повечерия и утрени. Это связано с тем, что вечерня соединяется с литургией.
Отличие лишь в том, что события Крещения Господня издревле отождествлялись с освящением водной стихии. И по причине такого восприятия довольно рано сформировалась традиция набирать воду в ночь праздника. Во всяком случае, в проповеди, произнесенной в день Богоявления в 387 году св. Иоанн Златоуст рассказывает, что «в полночь на этот праздник все, начерпав воды, приносят ее домой и целый год хранят — из-за того, что сегодня освящены воды. И происходит явное знамение: природные свойства этой воды не портятся с течением времени».[1]
И уже с V века встречаются свидетельства о молитве совершаемой над водами на Богоявление. Причем, на всем Востоке чин освящения воды совершался накануне вечером, а конкретней - после вечерней Литургии.
В Иерусалиме же этот чин совершался повторно еще и на Иордане уже после окончания бдения ради паломников, желавших окунуться в святых водах.
Подобное стали совершать и в других местах, выходя вместо Иордана на местные источники. И до сих пор, как правило, первое освящение воды происходит в храме, а второе – на реке. Отличие лишь в том, что раньше второе водоосвящение совершалось на рассвете перед праздничной Литургией, а сейчас это делают по окончании ее.
Впрочем, так было не везде и не всегда. В студийских Типиконах, например, указывается только одно освящение. И патриарх Никон запрещал повторное освящение воды, аргументируя тем, что Господь крестился однажды, а не дважды. Хотя, по замечанию преп. Максима Грека, «совершаемое нами на утро Богоявления Господня исхождение на реку не означает того, что Спаситель наш вторично крестился».[2] Целью данного исхождения было окропление освященной водой улиц и жилищ, которое по введенному обычаю константинопольского патриарха Фотия совершалось в первый воскресный день каждого месяца, а в январе - в день Богоявления.
Особенностью богоявленской воды была еще и та, что ее народ набирал в сосуды и уносил домой для частного пользования. Так что отмена второго водоосвящения в 1655 году у наших людей поддержки не получила. И Московский Собор 1666–1667 гг., сославшись на общепринятую традицию, повелел вернуться к прежней практике.
Правда, эта практика сохранилась у нас не совсем в прежнем виде, потому что раннее с ней была связана еще и традиция массового крещения оглашенных! Не случайно же Чин Богоявленского водоосвящения составлен по образу водоосвящения крещального, а на вечерне до сих пор предписывается читать 13 паремий! Тем не менее сам чин великого освящения воды на Богоявление в целом состоит из тех же частей, которые были выработаны тысячу лет назад.
Центральным текстом данного чина является молитва «Велий еси, Господи», которая написана таким образом, что отражает структуру анафоры евхаристической Литургии.
На 156 занятии мы уже проговаривали общую структуру анафоры, где во вступительной части – префацио - совершается благодарение Господа. Затем следует санктус - ангельское славословие, переходящее в анамнезис – воспоминание о совершенном домостроительстве нашего спасения. А потом совершается эпиклезис - призывание Св. Духа на предложенные хлеб и вино, завершающееся интерце́ссией - ходатайственными молитвами.
То же можно сказать и об освящающей воду молитве, которая начинается со слов: Велий еси, Господи, и чудна дела Твоя, состоящие в том, что Ты хотением, от не сущих во еже быти приведый всяческая. Перед Тобой трепещут все разумные силы, Тебе повинуется свет, Тебе подчиняются источники и т.д. Но самое главное, что неописуемый Бог пришел на землю, уподобившись человеку, и спас нас. Для этого в частности, Ты освятил струи Иордана, послав с небес Своего Святого Духа и сокрушив головы гнездившихся там змиев.
Далее с осенением воды рукой произносится первая эпиклеза — призывание Святого Духа на воду, начинающаяся словами: Ты убо, Человеколюбче Царю, прииди и ныне наитием Святаго Твоего Духа, и освяти воду сию. Дай ей благодать искупления, благословение Иордана. Сделай ее источником нетления, даром освящения, освобождением от грехов, исцелением от болезней, погибелью бесов, недоступной для враждебных сил, наполненной ангельской мощью. К этому присоединяются ряд библейских образов, связанных с водной стихией: потоп при Ное, чудесный переход сквозь море при исходе из Египта, изведение воды Моисеем из скалы в пустыне, обилие воды при жертвоприношении Илии. Завершаются же эти воспоминания еще одной эпиклезой: Сам и ныне, Владыко, освяти воду сию Духом Твоим Святым. И подай всем, кто будет прикасаться к ней и вкушать [ее] и помазываться ею, освящение, здоровье, очищение и благословение. Завершается же все это моление ходатайством о Церкви и народе.
Как видим, чин Агиасмы подражает чину Евхаристии и недаром в древнем Константинополе Патриарх возносил ее к Богу прямо у святого престола, куда ставился сосуд с водой. Так же не случайно, что вода, освященная словами этой молитвы, воспринималась святыней, приближающейся по значению к Святым Дарам. Так что в древнерусской практике ее употребляли по специальному чину и строго натощак.
Значимости этому прибавляет и традиция погружать в освящаемую воду Крест. Первоначально в Иерусалиме и Константинополе для этого использовали часть Животворящего Креста Господня. Основанием для этого является пример пророка Моисея, который, будучи в Мерре, по повелению Господа бросил в горькую воду дерево, претворившее водную горечь в сладость (Исх. 15, 25). По общему святоотеческому толкованию это древо прообразовало Крест Господень, образом которого и сейчас совершают чин великого освящения.
В отличие от него чин освящения воды для Крещения совершается с той же молитвой (хотя и в сокращенном виде), но уже без погружения Креста Господня. Здесь все ограничивается помазанием воды освященным елеем и погружением в нее руки священника. Ну и вода эта предназначается уже не для питья, а для погружения принимающих таинство Крещения.
Впрочем, тут тоже возможны вариации, потому что если посмотреть на западные обряды, то мы увидим, что там так же обязательным элементом водоосвящения является осенение воды крестным знамением, только совершаться оно может или крестом или большой пасхальной свечой, в случае, когда Крещение совершается на Пасху.
Основанием для данного обряда являются следующие слова молитвы: «Ты еси Бог наш, Иже водою и огнем пременивый Илиею Израиля от прелести Вааловы». Перевод: «Ты — наш Бог, Который при помощи Илии отвратил Израиль от прельщения поклонением Ваалу, когда Илия полил жертву водой, и огонь воспламенил ее». Тема огня в старой русской практике получала продолжение в следующей строке молитвы, где к словам «Сам и ныне, Владыко, освяти воду сию Духом Твоим Святым» добавляли: «и огнем», после чего в воду погружали горящие свечи. Впоследствие (при Патриархе Филарете) эти слова были удалены из русских изданий богослужебных книг, хотя и продолжали сохраняться в практике еще некоторое время. Окончательно они вышли из обихода РПЦ только после Патриарха Никона.
А еще на праздник Богоявления в католических храмах принято освящать мел, которым потом пишут на дверях церквей и домов первые буквы латинской фразы «Christus mansionem benedicat», что означает «Да благословит Христос этот дом».
Пусть и ваши домашние церкви благословит Христос Бог наш! Аминь.
[1] Свт. Иоанн Златоуст. Творения. Т. 2. Кн. 1. Слово в день Богоявления. § 2. С. 407.
[2] Прп. Максим Грек. Сочинения. Ч. 3. Гл. XVII. Об освящении воды на утро Богоявления. Свято-Троицкая Лавра. 1911. С. 78.