Вопрос достаточно интересный и, я бы даже сказала, насущный, но для начала я хотела бы напомнить, что достоверных сведений о том, что Марена/Морена/Мара действительно являлась почитаемой богиней смерти у славян, мы всё ещё не имеем. По крайней мере, не в необходимом объеме.
Как говорит Деjан Аjдачиħ из польского института изучения славистики,
в средневековых германских хрониках Титмара, Гельмольда, Адама Бременского, Сакса и др. нет подтверждений существования у балтийских славян культов и святилищ, посвященных Маре или Морене. Марцаны нет между бронзовыми идолами полабских славян, изготовленных ювелиром Яковом Шпонхольцем в XVlll веке, и потому её нет также в книге Андреаса Готлиба Маша о якобы найденных статуэтках Ретры — прильвицких идолах. В списках кумиров и идолов, которые уничтожали, согласно летописям восточных славян, нет упоминаний о Море, Маре или Морене как о богинях которым поклонялись язычники.
Момент, конечно, спорный, поскольку мы можем парировать тем, что богам смерти и несчастий вообще редко молились и, тем более, ставили идолы, но на этот счёт можно дискутировать бесконечно и, как водится, займёмся мы этим как-нибудь потом.
Сейчас же я попробую просто рассказать в чём разница между этими вариантами имени и почему оба корня валидны в употреблении, независимо от региона. А то больно уж много споров на эту тему я видела. Для этого процитируем фрагмент исследования М. Белетича и А. Ломы:
Оба слова, *mora и *mara реконструируются в праславянских формах вместе со своими предположительными производными *morěna и *marěna. У слова *mora наиболее распространённым является значение «ночное удушье, кошмар», а у *mara — «привидение, призрак, сновидение, греза, мечта». Оба понятия подвергаются мифологизации: *mora у южных и западных славян (у поляков также mara) представляется как колдунья, ведьма, которая душит спящих, превращаясь в домашнее животное (кошку, козу и т.п.) или насекомое (в частности, ночную бабочку). У восточных славян Мара или (Кики)-мора — существо женского пола, которое ночью прядет недопрядённую хозяйкой пряжу. К *mara (у белорусов и болгар) или к *marěna/*morěna (у западных славян и украинцев) восходят названия обрядовых кукол, которых топили или сжигали в весенних обрядах.
Для не совсем сведущих в чтении и понимании научной литературы, перевожу на относительно разговорный русский:
Если речь идёт не о персонажах низшей славянской демонологии, ночами душащих людей или подменяющих прях на посту, а об обрядовых куклах, от названий которых отталкиваются исследователи и реконструкторы образа предполагаемой славянской богини смерти, то выбор того или иного варианта корня в её имени опционален и мало значим, в силу разночтений в наиболее часто упоминаемых регионах употребления и смутной связи с основными носителями изначальных форм этого слова в качестве своих названий.
Надеюсь, вы меня поняли. Зовите как хотите.
P.s. Ну, если только вы не исследуете южнославянский фольклор. Тогда зовите Марой.)