При обсуждении возможности создания экономического союза среди тюркских государств, известного как "Великий Туран", становится очевидным, что эта идея сталкивается с множеством значительных препятствий. К основным проблемам можно отнести не только диктаторские режимы, управляющие большинством этих стран, но и сильные внешние факторы, включая противодействие таких крупных держав, как Китай, Россия, США и Иран.
В тюркских государствах, таких как Туркменистан и Республика Азербайджан, политическая свобода практически отсутствует. Власть сосредоточена в руках неформальных кланов, что создаёт атмосферу страха и подавления любой оппозиции. Автократические режимы, стремясь сохранить контроль, не готовы к проведению экономических реформ, необходимых для успешного сотрудничества. Любые изменения могут угрожать их власти, и поэтому избегают реализации даже самых необходимых экономических проектов.
Для иллюстрации этой проблемы можно привести пример Грузии, где осуществление фундаментальных реформ привело к значительным политическим изменениям, угрожавшим существующему режиму. В условиях авторитаризма в тюркских странах подобные изменения воспринимаются как угроза для стабильности власти, что делает интеграцию маловероятной.
Кроме внутренних факторов, на возможность создания Великого Турана также влияют международные обстоятельства. Сильные державы, такие как Россия, США, Китай и Иран, не заинтересованы в возникновении нового регионального объединения, которое могло бы подорвать их влияние и интересы в Центральной Азии и за её пределами.
Будучи ближайшим соседом, Россия рассматривает Центральную Азию как свою сферу влияния. Она стремится сохранить контроль над этими государствами и не допустит появления мощного экономического блока, который мог бы угрожать её геополитическим интересам. Москва активно использует различные механизмы, такие как Евразийский экономический союз, для сохранения своего влияния в регионе.
Вашингтон также заинтересован в контроле над ситуацией в Центральной Азии, в частности из-за стратегических ресурсов, таких как нефть и газ. Создание единого экономического блока среди тюркских государств могло бы поставить под сомнение американские интересы, что может привести к активному вмешательству с целью предотвращения этого процесса.
Поддерживая инициативу "Пояс и путь", Китай стремится увеличить своё влияние в Центральной Азии. Пекин заинтересован в развитии дипломатических и экономических отношений с тюркскими государствами. Однако успешное создание Великого Турана могло бы ослабить его позиции в регионе, что также приведёт к сопротивлению со стороны Китая.
Иран, обладая своей исторической и культурной связью с тюркскими народами, также не допустит создание Великого Турана. Тегеран воспринимает этот проект как потенциальную угрозу своим интересам и стремлению сохранить свое влияние в регионе. Более того, Баку активно стремится к присоединению Иранской провинции Азарбайджан, что дополнительно усложняет ситуацию. Его включение в состав Республики Азербайджана стало бы важным шагом к реализации мечты о Великом Туране. Важно отметить, что Республика Азербайджан была образована только в 1918 году в условиях распада царской России, когда турецкие войска оккупировали бакинскую губернию и создали новое государство, используя название исторической персидской провинции, чтобы в будущем объединить ее с новообразованной республикой в рамках создания Великого Турана.
Таким образом, создание Великого Турана как экономического союза сталкивается с множеством препятствий — как внутренних, так и внешних. Диктатуры, контролирующие тюркские государства, не способны предложить конструктивное сотрудничество для реализации этой идеи, и крупные державы, такие как Россия, США, Китай и Иран, не допустят появления нового игрока, который мог бы угрожать их влиянию в регионе.
С учётом этих факторов становится очевидным, что Великий Туран как экономический союз на сегодняшний день представляется маловероятным. Без значительных изменений в политической структуре и учета международной динамики идея создания этого союза останется лишь в рамках теоретических обсуждений.