Что-то давно ничего не запрещали. Скучно. Я б такого наворотил…
� :^
Мир поделен на можно и нельзя. Можно то, что не запрещено, то есть пространство можно гораздо обширнее, чем пространство нельзя. Граница между ними – запрет. Но запрет это не препятствие и не барьер, - это указатель. Указатель из мира можно в мир нельзя.
Мир можно – мир обыденный, профанический. Он может быть удобным, опасним или трудным, но никогда - интересным.
Мир нельзя – мир запретный, табуированный, сакральный. Он всегда недоступен. Даже когда кому-то удается пересечь границу и там угнездиться, в тот же момент оскверненное место перестает быть сакральным, а граница автоматически передвигается. Таким образом, мир сакральный постоянно подвергается давлению со стороны мира обыденного. И не только давлению, но и освоению и превращению его в продукт, пригодный для потребления. А что пригодно для потребления должно быть потреблено немедленно, что и происходит.
Под действием этих факторов сакральная зона непрерывно сжимается, и если бы не было источников возобновления, скоро исчезла бы совсем.
Источником сакральности, как и источником всех запретов служит верховная власть. Иногда верховная власть прерывается либо смертью Государя, либо революцией, и тогда оба мира сливаются и все превращается в хаос.
В этом суть противостояния работников творческих профессий и власти. Они жизненно необходимы друг другу, но между ними полупрозрачная стена. Скорее полудырявая. И в эти дырочки они подсматривают друг за другом. Их взаимный интерес носит прямо-таки маниакальный характер. Но если власти хочется любви и взаимности, то артистам и художникам нужна любовь из запретной зоны. Сами они попасть туда не могут, но если они добьются запрета на свою деятельность – цель будет достигнута.
Работники творческих профессий пребывают в самом трудном положении. Им приходится делать то, что нельзя, и не только делать, но при этом быть в самой зоне. Причем, сделанное становится обычным и дозволенным, правда, через некоторое время. Вот это время и является самым ценным – время обретения запрета. Продлить это время невозможно, и попытки сделать это приводят к тому, что герои застревают в зоне действия знака и из действующих лиц превращаются в знаки и сами становятся указателями.
Личность активная, буйная и героическая обязательно ищет запрет. Не найдя впадает в неистовство и истерику.
Мир банальный велик, и искать его не надо. Он совсем и всегда рядом.
В мир сакральный ведет лабиринт запретов, путь долог. Но если вы по дороге обнаруживаете запрет, который вы уже проходили – значит, вы вернулись в начальную точку.
Одним из самых эффективных генераторов запрета являются службы безопасности, поскольку им необходимо оценивать как формальные, так и не формальные признаки. С формальными - все просто. Нарушение правил, законов, постановлений автоматически приводит их в действие.
Службы безопасности должны быть чрезвычайно разборчивыми в выборе объектов, так как вернуть святость невозможно.
Одной из первой это поняла Анна Ахматова, говоря по поводу ссылки Бродского, то есть переведение объекта в табуированную зону, - Какую биографию делают нашему рыжему!
Собственно говоря, любой запрет обеспечивает безопасность. Обеспечение безопасности в раю занимался лично Вседержитель. Отчего возникают вопросы.
Как могла в раю возникнуть табуированная зона, и на кого распространялся запрет в отсутствии человека?
Может быть яблочный Спас -18 августа, дата, после которой можно есть яблоки, и есть момент грехопадения. А райский запрет относится к плодам неспелым. Незрелое знание может повредить, или знание полноценно, а незрелая душа? А Хозяин просто требовал соблюдения технологии выращивания и поедания яблок.
duct