Травля в школе: почему одни дети буллят других, и как защитить ребёнка? Ответы психолога

Каждый родитель рано или поздно задаётся вопросом, как защитить своего ребёнка от школьного буллинга? Травля в учебных заведения стала одной из основных проблем современного общества. С ней пытаются справиться и на законодательном уровне. Так, к примеру, до конца года в Госдуму будет внесён законопроект, направленный на борьбу с травлей в школе. Он будет давать определение понятию «буллинг», а также содержать меры борьбы, к примеру, привлечение юного агрессора к общественным волонтёрским мероприятиям.

Поможет ли новый закон в искоренении буллинга? Журналисты радио «Южная Волна» решили чуть глубже «копнуть» в эту тему и обратились к астраханскому практикующему с 2007 года психологу, гештальт-терапевту, специалисту в области детско-родительских отношений Ольге Дороховой. Она подробно объяснила, чем опасен буллинг, кто может стать агрессором, а также дала советы родителям.

Для начала необходимо разобраться в «схеме» буллинга. В травле не два действующих персонажа, а три — жертва, агрессор и спасатель. Они образовывают, так называемый, треугольник Карпмана — модель взаимоотношений между людьми, играющими роли спасателя, жертвы и преследователя, которые совпадают по своим детским травмам и переживаниям. Вот и получается, что все мы — родом из детства, и получить одну из трёх ролей ребёнок может именно исходя из взаимоотношений с родителями.

«Если мы говорим о том, кто становится агрессором, кто становится жертвой, то здесь я бы опиралась на то, как выстраиваются отношения первичные, то есть с родителями или со значимыми взрослыми. Если мама была атакующей, агрессивной, гиперопекающей, насаждающей, то ребенок скорее будет тем, кто убегает от нее. Если мама наоборот отрешенная, уходящая, избегающая, то ребенок будет бегать за ней. Соответственно, если мы говорим про жертву-агрессор, то это аналогичная зазеркальная история внутри семьи. То есть ребенок занимает либо позицию нападающего, либо отвечающего. Но, если опираться снова на треугольную карту, корень в том, что каждый из этих ролей — агрессор, жертва и спасатель — пытается каким-то своим способом справиться с накопленной агрессией внутри себя. И задача в том, чтобы легализовать агрессию и найти тот способ, который социально одобряем», — рассказала Ольга Дорохова.

Ещё одна причина возникновения буллинга — отторжение всего нового. Если ребёнок, который с раннего возраста считался агрессором, встретит спокойного ребёнка-одуванчика, то постарается его «истребить», так как тот находится вне его системы. Это работает так же, как и наша иммунная система — она встречается с вирусом и пытается его уничтожить.

Буллинг не возникает сам по себе, и, если ребёнок стал тем, кто травит, или тем, кого травят, то значит, что в семье что-то идёт не так. Поэтому важно заниматься профилактикой буллинга в дошкольном возрасте:

«Идеально было бы, если бы этому учили в детском саду, и делали групповую работу для малышей, где учили проявлять агрессию, где легализовали бы злость как чувство. У нас нельзя ругаться плохими словами, у нас нельзя драться, у нас нельзя кричать, у нас нельзя скалить зубы и так далее. Нужно быть очень послушным, тихим и выполнять все требования. Это, собственно, идеальная жертва ребёнка, который не усвоил правила и проявляет агрессию довольно ярко и, например, начинает кого-то буллить», - считает психолог.

Чтобы ребёнок в подростковом возрасте не стал жертвой буллинга, его с раннего возраста необходимо учить выражать свою агрессию. При воспитании лучше всего легализовать злость и дать альтернативу уже существующему поведению. Также родителям необходимо защищать своё дитя, чтобы, будучи подростком, ребёнок знал этот паттерн поведения и уже сам мог противостоять.

«Для меня эффективность только там, где есть профилактика, потому что реакции в виде привлечения агрессора к труду или наказание его — это все система дихотомичная, полярная очень, тем самым мы поддерживаем, что есть агрессор и жертва. То есть, по сути дела, один ребенок буллит другого, и он становится агрессором. Но когда государство наказывает этого агрессора, теперь оно становится агрессором. То есть, мы тем самым поддерживаем саму систему. Для меня важно выйти из этой системы совсем и занять позицию авторства, там, где я могу выбирать, как ещё я могу», - отметила психолог.