В обеденный час за кружкой чая всем было интересно пообщаться с Василием Ивановичем, и он никогда не уклонялся от беседы даже на довольно некорректные темы. Однажды ребята задали ему вопрос:
- Василий, какой случай на охоте на медведя тебе больше всего запомнился ?
Надо сказать, что Василий ко всем его способностям имел талант рассказчика. Он умел красиво говорить на русском языке, и поэтому общение с ним доставляло лично мне огромное удовольствие. Охотник начал рассказ, так как будто готов был к этому:
- На участке где мы сейчас работаем, проживают две семьи медведей. У одной медведицы двое медвежат(он показал рукой в одну сторону), у другой (он показал в противоположную сторону) трое.
У нас с этими медведями мир. Семьи живут без самцов, но в любой момент самцы могут вернуться, воспылав чувствами к своим подругам.
Если медведь и медведица договорились, значит у всех всё нормально, если не договорились, то мы имеем одного агрессивного медведя, а если он ещё в ярости порвал медвежонка, то у нас появляется два агрессивных медведя способных на неадекватные поступки.
Сигналом может быть задранная корова, порванная в клочья собака типа кавказской овчарки. Тогда народ обращается к нам – охотникам.
- И много вас участвует в облаве, - спросил буровой мастер.
- Тогда я был один. За день вычислил пути отхода и подхода медведя. Пришёл он ночью. Скрадывая медведя, он меня почуял. Я предположил, что будет прыжок. Так оно и произошло. Я выстрелил в момент прыжка.
Потом, как, оказалось, попал в сердце. Из четырёх следующих выстрелов в полёте два в цель. Один в живот, другой в правую ногу. Смертельно раненый медведь подбежал ко мне, как в стену уперся, отскочил от меня, упал в нескольких метрах рядом.
В тот момент патронов у меня уже не было. Я стоял с карабином наперевес готовый умирать, но зверь меня не тронул. Вскоре зверь затих, не причинив мне вреда. Мне повезло, а вот Григорию нет, - рассказал Василий.
- А что же с ним произошло, - спросил геолог Арсений.
- У него произошла такая же ситуация ровно два месяца спустя. Медведь оказался сильнее, наверное, и с пулей в сердце успел снять скальп с Григория и сильно повредить правый глаз. Да и помял крепко, - продолжил охотник.
- И что дальше с парнем, с его глазом, - заинтересовался помощник бурового мастера Владислав.
- Врачи мужика собрали, но правый глаз всё равно не видит. Немало наших из общества охотников пострадали на медвежьей охоте – закончил Василий.