Важной особенностью информационной и уже постиформационной эпохи, наступившей в 2020 году, стало коренное изменение деятельности человечества. Те же самые технологии, упростившие коммуникации, превратили в наиболее выгодный из общедоступных видов бизнеса - формирование человеческого сознания - как индивидуального, так и коллективного.
"Наиболее выгодный из общедоступных" - значит наиболее массовый в прямом смысле слова: основным, наиболее значимым и распространенным видом деятельности людей вот уже второе поколение является изменение в конечном итоге своего собственного сознания - в первую очередь, конечно, потенциальных потребителей. Уже давно позабыты времена, когда товар наивно приспосабливали к вкусам покупателей: гораздо доходнее оказалось приспособить наоборот: едока к пище, хоть даже из противных насекомых. При этом для изменения сознания общества в нужную сторону нет никакой нужды менять сознание всего общества, а вполне достаточно переформатировать его лишь у управляющей элиты. В результате постоянно меняющиеся, разнообразные усилия по изменению сознания в первую очередь элиты, дают превосходные плоды: образ мысли элиты начинает резко отличаться от образа мысли большинства остального, неэлитного населения,
и в итоге она отрывается от него, а отрываясь от народа, управленческая элита не просто утрачивает эффективность, но и перестает выполнять свои функции - единственное, что оправдывает её существование. Подвергаясь ускоренной (по сравнению с остальным обществом) перестройке сознания, элита мыслит принципиально по-другому, чем ведомое ею общество, исповедует иные ценности, воспринимает мир и даже иначе реагирует на него. Это полностью уничтожает сам смысл демократии (в частности, лишает смысла ее традиционные институты), т.к. идеи, возникающие у общества, равно как и его мнения, уже не поднимаются наверх к принимающей решения власти, через множество кабинетов, а если и поднимаются, то больше не воспринимаются управленческой элитой и перестают таким образом влиять на развитие общества через изменение ее поведения.
Меж тем было такое время, когда обратная связь между властью и народом была и это было крайне полезно для самой власти, поскольку она являлась инструментом её укрепления и сохранения. Вот несколько примеров этой полезной коммуникации из истории: В начале 30-х годов ХХ века, когда все развитые страны столкнулись с чудовищными проблемами, вызванными Первой мировой войной и Великой депрессией, власть столкнулась с невероятно высокой опасностью впасть в тоталитаризм. И вот тогда письма простых граждан США президенту Ф. Рузвельту стали весьма эффективным инструментом для корректировки как минимум экономической политики государства.
Мудрый гуманист Рузвельт, избиравшийся народом аж четыре раза подряд, стал направлять на места обращений своих представителей, которые иногда даже "задним числом" изменяли условия коммерческих сделок, чрезмерно ухудшавших положение граждан и создававших при их широком применении угрозу неприемлемого обострения социальной ситуации. Классическим примером эффективной обратной связи между властью и народом стало и получение в начале войны Сталиным письма от неизвестного старшего лейтенанта Флерова, извещавшего "отца народов" о полном исчезновении из мировых научных журналов статей по ядерной физике.
Это письмо не просто дошло до адресата, то есть до самого Иосифа Виссарионовича, а и побудило (наряду с другими подобными сигналами) к действиям по стремительному развертыванию советской ядерной программы. Управленческие элиты слышали человека и в намного поздние времена. В начале 1991 года! одно-единственное письмо, решающим образом повлияло на судьбу страны, находившейся в тяжелейшем экономическом и политическом положении. Мало кто помнит, что Ельцин, будучи хотя и мятежным, но всё же первым секретарем обкома, поначалу крайне опасался социально чуждого ему стихийного забастовочного движения шахтеров... Перелом произошел, когда в середине января 1991 года на его имя пришло письмо от самого обычного рабочего. В нем на полутора листках школьной тетрадки, старательно выведенным почерком, было дано доходчивое разъяснение Ельцину Б.Н. чего хотят эти страшные для него шахтеры? А хотели они совсем не много: всего лишь продавать 10% добытого угля по свободным ценам и ради этого они поддержат любую власть и любую идеологию!
Обрадованный Ельцин, находившийся в то время на должности Председателя ВС РСФСР, потер руки и мигом "оседлав" шахтерское движение превратил его в мощный, сокрушающий таран против глупого, отвернувшегося от народа Горбачева, и в итоге против Советского Союза.
Так Ельцин стал президентом новой антинародной страны. Сегодня подобная связи власти и народа невозможна не только по морально-политическим, но и по сугубо технологическим причинам. В условиях господства постинформационных технологий даже если каким-то чудом письмо обычного гражданина дойдет до окружения руководителя, прорвавшись через сито отдела писем или "управления по работе с гражданами", которые докладывают наверх лишь статистику: количество писем и их темы, то это окружение вряд ли сможет его понять его смысл (подобно тому, как подавляющее большинство губернаторов и министров просто не в состоянии понять смысла сообщений в своих соцсетях от обычных людей, которые они часто действительно добросовестно читают). В связи с этим, вспоминается анекдот брежневских времен в качестве очень простенького примера: "Мужики пришли к Брежневу и говорят: "Всё бы хорошо, Леонид Ильич, только язычки пробок от бутылок с водкой рвутся".
Брежнев выслушал "ходоков", проводил, потом подошел к своему шкафу, достал бутылку, открутил винтовой колпачок и подумал: "Какие язычки?..." 😀. Обусловленное тотальным применением современных технологий измененное сознание управленческой элиты заставляет ее и руководимое ею общество вкладывать зачастую совершенно разный смысл в одни и те же слова и делать разные, порой строго противоположные выводы из одних и тех же фактов. Современный, т.е. соответствующий современным технологиям, а не архаичный руководитель легко может встречаться с народом, как Ленин с "ходоками", вживую или в соцсетях, беседуют с ним, выслушивают, но в большинстве случаев они делают это для рейтинга, чтобы поднять имидж, а не понять, прочувствовать проблемы народа, который, кстати, и сделал его начальником. В условиях постоянного и тотального применения управляющими системами технологий формирования сознания, элита и общество неизбежно не просто обладают принципиально разными системами ценностей, но и, более того, преследуют совершенно разные, а часто не воспринимаемые друг другом цели. В результате они утрачивают способность к главному в общественном развитии - взаимопониманию и, более того, через короткое время даже догадываться о его теоретической возможности. Как писал в свое время британские премьер Дизраэли по иному, значительно более традиционному поводу (о бедных и богатых), в стране возникают в прямом смысле этого слова "две нации".
Эта утрата взаимопонимания, вызванная не чьим-то злым умыслом или заговором, а вполне объективными технически обусловленными факторами разрушает не только традиционную демократию, но и принципиальную её возможность. Демократия заменяется тотальной всеобъемлющей пропагандой (в том числе и вынужденной, т.к. власть нуждается в том, чтобы объяснять свои действия народу) и бесконечной, повсеместной войной различных политико-экономических групп. "Мирное время отличается тем, что враги одеты в твою форму", поэтому общественное сознание уже давно переросло в поле боя. Систематический рост взаимного непонимания друг друга обществом и управленческой элитой повышает угрозу внутренней дестабилизации, а с ним и объективную потребность оторвавшейся от своих корней (как социальных, так и чисто экономических, обеспечивающих финансирование политической деятельности) элиты во внешней помощи, и эта помощь некой мировой силой, сформированной глобальным спекулятивным капиталом, еще на заре своего формирования, ей с удовольствием оказывается.
Материал взят из книги М. Делягина "Цивилизация людоедов..."