"Снимали мы в Крыму, съёмки проходили на берегу моря. Жарко было.
В обеденный перерыв вся группа бросилась купаться. И я, естественно, тоже. Наплавался, нанырялся, слышу - зовут. Ну, я актёр дисциплинированный: зовут - иду. Оператор говорит: "Надо закончить всё, пока солнце не ушло".
Надо так надо. Сел я уже на грим и чувствую что-то не то, дискомфорт какой-то. И вдруг, до меня доходит, что челюсти-то во рту нет! Выронил, когда нырял.
Я сразу к режиссёру, ору: "Я челюсть потерял!" А он ржёт и все вокруг с ним вместе. Думают - я разыгрываю их. Полчаса доказывал, что не шучу.
Ну, а когда до них дошло, что это правда, стало всем та-а-ак грустно-грустно. Снимать не можем. Да ещё предпоследний день месяца, если отснятый материал сегодня вечером в Москву не отправят, то план летит к чёрту, а соответственно и премиальные. Тут уж народ веселиться совсем перестал и на меня так косо посматривать начал...
Режиссёр директору говорит: "Ничего не знаю, выкручивайся как хочешь, но чтобы максимум через полчаса у меня Смоктуновский был в кадре!"
Директор - к художникам, к бутафорам, а те: "Мы-то при чём? Мы не дантисты." Короче, директор в отчаянье хватает мегафон и орёт на весь пляж, что тому, кто найдёт челюсть Смоктуновского, он лично выкатывает пять бутылок коньяка. После этих слов все дружно бросились в воду (даже те, кто в нашей съёмочной группе не работал). Ныряли, ныряли... долго... А потом, представляете? Одному парнишке-осветителю повезло! Выныривает, рот до ушей, а в руке - челюсть.
Ну все сразу бросились готовиться к съёмкам, пока солнце не ушло. Я скорей челюсть схватил, в рот сунул ... А она... представляете?.. не моя..."
© Из воспоминаний Иннокентия Смоктуновского
