Сейчас полным ходом идут Всероссийские Соревнования Памяти олимпийского чемпиона Сергея Гринькова, на которых выступает плеяда спортсменов из ЦСКА, и казалось бы их будут "грибовать" особенно. Но однозначно сказать на самом деле нельзя.
Отдельно выделяется штаб Академии "Ангелы Плющенко", и уже который год наблюдаем как стараются учесть все ошибки и занизить оценки подопечным Хрустального и Этери Тутберидзе.
Идет борьба с монополией ТШТ. Глобально для развития фигурного катания это может и хорошо, но ведь если объективно смотреть, то именно Этери Тутберидзе является флагманом двигающим российское ФК вперед. Этери Георгиевна точно не в любимчиках у Антона Сихарулидзе.
Но да сейчас в центре внимания ЦСКА. И тут хочу сказать больше не о прекрасном и чистом прокате Льва Лазарева, который является безоговорочном лидером после короткой программы, а о фактической траснформации его тела!
Честно, я как-то пропустила этот момент на контрольных прокатах. Сейчас вижу, что Лев во-первых вытянулся, во-вторых, ощутимо так поднабрал мышечной массы, особенно это заметно по предплечьям и спине:
Был мальчик-мальчик-мальчик, а тут хоба(!) и уже молодой мужчина! Удачная смена костюма. В этом плане они с Арсением Федотовым по антропометрии становятся более близки.
На самом деле это очень хорошо. Со стороны Лев существенно прибавил в презентации. Так называемое "детское катание" ушло, более осознанный, с пониманием, выверенный прокат.
Николай Колесников никак не может покинуть порочный круг. Когда такое было в его лучшие годы, что юноша падал два раза, да еще и подряд:
Судьи решили не бросать молодого парня, который когда-то блистал на стартах. Но даже с такими компонентами уровня Эдуарда Карартыняна, который занял предварительное третье место, Николай Колесников не вошел даже в десятку лучших.
Да, это тот самый Николай Колесников, звезда "Ледниковый период. Дети" и некогда один из главных соперников Арсения Федотова (хотя и у Арсения пока есть проблемы с четверными прыжками).
Поддержка от судей выглядит скорее как подачка, как проявление жалости, но уже точно не помогает морально.