Иван Александрович Громов из семьи кряшен служил псаломщиком в Мензелинске, а потом приходским священником в селе Барский-Батрас Уфимской губернии (сегодня — село Большой Батрас в Заинском районе Татарстана). В 1907 году он подал прошение в Духовную консисторию о переходе в ислам. В Российской империи тогда имел силу Манифест императора Николая II «Об укреплении начал веротерпимости». Но, как пишет газета «Русское слово», священника заточили в монастырь с наложением строгой епитимьи.
Но Громов своего добился. В 1907 году в Казани с ним встретился редактор газеты «Вакыт» — татарский писатель и просветитель Фатых Карими. Иван в новой вере сменил имя. Звали его теперь Яхъя Искандер углы. Служил он имамом одной сельской мечети в Уфимской губернии. Карими описал его как «уважаемого человека с длинной белой бородой, красивой внешностью, обаятельным лицом и добродушным характером, давно убежденного в единстве Аллаха и правоте его собратьев-пророков…». Иван-Яхъя татарского и арабского изначально не знал, но выучил одну длинную и две короткие суры.
Случай этот, конечно использовали в миссионерской борьбе. Мусульманские газеты радовались, что правоту Ислама признал даже священник. Православные издания называли Громова сумасшедшим. Ходили слухи, что решение своё Громов обдумывал как минимум два года. Но постепенно история забылась.
Громов жил в Казани и Баку. А в 1911 году служил среди татар в Крыму. И лишь несколько газет в 1912 году скромно упомянули, что отлученный от церкви Иван Громов вернулся в православие и написал покаянное прошение уфимскому архиерею.
Крот Казанский — проект о локальной истории Казани и Поволжья.