Найти в Дзене

Советское детство.

Советское детство. Я родился в далёком 82 году. Умер дедушка Брежнев, а дядя Горбачёв ещё не взошёл на олимп советской бюрократии. Детство было совсем обычное... Мама водила в детский сад, где мы жевали одну дефицитную жвачку на всех. Строились в два ряда и взявшись за руки выходили на прогулку. Я даже помню отчество воспитательницы- Вадимовна. Имя не помню, а отчество помню. Когда уже я был в школе, класса до пятого встречал её и здоровался. Папа мой, бывший Главный механик шёлкового комбината мотался по командировкам наладчиком оборудования. Историю, как он поругался с директором комбината я слышал много раз и она мне тогда порядком надоела. А вот сейчас, когда его не стало, то послушал бы с удовольствием. Мама врач невропатолог в Железнодорожной больнице. Помню мы ходили с ней в какие-то магазины, где простаивали по несколько часов за какой нибудь банкой тушенки. Я ненавидел эти походы. Казалось они шли целую вечность. В общем простая советская семья. На лето меня отправляли в

Советское детство.

Я родился в далёком 82 году. Умер дедушка Брежнев, а дядя Горбачёв ещё не взошёл на олимп советской бюрократии. Детство было совсем обычное... Мама водила в детский сад, где мы жевали одну дефицитную жвачку на всех. Строились в два ряда и взявшись за руки выходили на прогулку.

Я даже помню отчество воспитательницы- Вадимовна. Имя не помню, а отчество помню. Когда уже я был в школе, класса до пятого встречал её и здоровался.

Папа мой, бывший Главный механик шёлкового комбината мотался по командировкам наладчиком оборудования. Историю, как он поругался с директором комбината я слышал много раз и она мне тогда порядком надоела. А вот сейчас, когда его не стало, то послушал бы с удовольствием.

Мама врач невропатолог в Железнодорожной больнице. Помню мы ходили с ней в какие-то магазины, где простаивали по несколько часов за какой нибудь банкой тушенки. Я ненавидел эти походы. Казалось они шли целую вечность.

В общем простая советская семья.

На лето меня отправляли в деревню к бабушке, в Костромскую область, за полторы тысячи километров от дома. Там я много читал, благо бабушка и дедушка были учителями в школе и книг, на самую разную тематику, было завались.

Я упущу воспоминания о тех событиях 1990 года и о развале СССР. Тревожные лица моих родителей, у которых рушился их привычный мир. Тогда я не понимал этого всего. Да и всё равно это было для меня. Впереди была долгая и счастливая жизнь.

Но, уважаемый читатель, я отвлёкся. И так... Мои родители были людьми сугубо советскими и строили они свою карьеру на Советском образовании. И квартиру отец получил в советское время и работу и машину. Машину дали не отцу, а деду- ветерану. На этой замечательной машине меня учили ездить в 9 лет от роду. И автомобиль этот был- Запорожец.

И вот стабильный мир моих родителей в одно мгновение рушится. Начались серьёзные перебои с зарплатой. Отец, помню не получал денег 11 месяцев, а мама 6. Выживали только огородом. Ну и ещё отцу иногда в счёт зарплаты давали бензин на ПАТП, где он работал. И всё моё детство, даже после того как канули в лету сотни предприятий, мне внушалась мысль о том, что я должен хорошо учиться, чтобы пойти на завод и стать инженером, как папа или дядя. И да... Я в это поверил! Не смотря на свои творческие наклонности, хотьбу в кружок ИЗО, постоянные выигрывания во всяких школьных конкурсах на лучший рисунок или поделку я был уверен, что это всё ерунда, а мне предстоит заниматься настоящим делом- работать на заводе инженером!

Первые сомнения, что я выбрал не совсем тот путь у меня закрались после поездки к двоюродной сестре в деревню. Сестра старше меня на 15 лет, они с мужем в начале 90-х взяли кредит и создали свою настоящую ферму. У них было много полей, скотины, птицы.

Дом у моих бабушки и дедушки в деревне сгорел и я был приглашён на ферму к сестре и её мужу. Заменить лето в деревне на другое лето на ферме.

То, что предстало моему взору в доме сестры стало для меня в 1995 году настоящим шоком. Я приехал из города, из квартиры в которой в холодильнике повесилась мыш и из продуктов была картошка, лук и огурцы маринованые с дачи. А здесь я увидел просто изобилие! У них была красная и чёрная икра, колбаса нескольких видов, мясо, сладости. В комнате её дети играли в игровую приставку и смотрели видеомагнитофон. А вечером они забавлялись тем, что вытаскивали видеокамеру и снимали всех на видео, а потом под дружный хохот смотрели это всё на цветном телевизоре. Я попал в другой мир.

По отъезду мне дали блок сирийской жвачки и старую приставку "Рембо", так как они купили Нинтендо. Я был счастлив!

Дома особо ничего не изменилось. Зарплату стали родителям по немногу давать. И я так же слушал периодически, что чтобы стать хорошим инженером на заводе мне надо хорошо учиться.

11 классов пролетели быстро. Бал в аттестате у меня был хороший. Медаль мне не дали, так как было много претендентов. А родители мои, в отличие от родителей этих медалистов за классной руководительницей не бегали и в глазки не заглядывали. И с медалью я пролетел. Да и Бог с ним.

В 1999 году, я как и планировалось, поступил на специальность "Технология машиностроения". В моих глазах, на тот момент это была самая мужская и брутальная специальность, как раз для меня, не то, что эти всякие рисуночки, которыми я занимался до 10-го класса. "Я стану настоящим инженером. "- думал я про себя. И эта мысль грела мне душу, ведь мои родители знают что мне нужно и я их не подведу.

На учёбе в институте я подробно останавливаться не буду. Последние три года это был, в большинстве своём, разгульный образ жизни, как и у всех студентов. Учился я, как и всегда, выше среднего. Получал часто повышенную стипендию, но красный диплом, как и медаль, прошёл мимо меня.

Отшумела беззаботная студенческая жизнь. Диплом защитил 19 июля 2004 года и в тот момент ещё не знал, что место на заводе для меня уже готово.

Продолжение следует.