Весной 2024 года Урал принёс много горя жителям Орска и областного центра. Да и летом после дождей случился небывалый разлив.
О причинах большой воды и прогнозах на будущее журналист «Южного Урала» Васса Якушева поговорила с академиком и научным руководителем Института степи Уральского отделения РАН Александром Чибилёвым.
По словам учёного, в этом году водохранилища на территории Челябинской области и наше Ириклинское оказались не готовы к резкому нарастанию температуры, из-за которого началось активное таяние снега и дружно вскрылись реки. Если днём снег тает, а ночью подмораживает, паводок растягивается на две-три недели. Но порой, как в этом году, всё происходит за двое суток.
– К таким ситуациям надо готовиться, заранее делать сброс из водохранилищ. Не сделали. Метеорологи отмечали, что снегозапасы превышают норму, почва сильно увлажнена и глубоко промёрзла, но паводок прогнозировали немногим выше среднего. Действительно, трудно предугадать столь резкое потепление. И орская дамба не выдержала… Хотя потом выяснилось, что это даже не дамба, просто насыпь. Ну а её прорыв дал волну, которая пошла уже на областной центр. Но первопричина нынешней беды кроется ещё в 1734 году, – отметил Александр Чибилёв.
Когда принималось решение строить Оренбург на месте, где сейчас находится Орск, не имелось ни гидрологов, ни проектных и исследовательских институтов. Уже через пару лет это поселение начало топить: построили в низине, где сходятся сразу три реки – Орь с юга, Урал с севера и Кумак с востока. Когда они одновременно вскрываются, всё заливает. Следующие правители края именно поэтому перенесли Оренбург на новое место, но Орск остался в регулярно затапливаемой долине.
В то же время, даже на нынешнем месте Оренбург тоже периодически оказывается в воде, и в этом году он серьёзно пострадал от пришедшей из Орска волны.
– Так не надо застраивать пойму реки! – уверен академик. – В Оренбурге начиная от Нежинки всё застроено. И три мостовых перехода снижают пропускную способность поймы. И новую набережную река снесла, потому что для воды это дополнительное препятствие. В 1970-х мы участвовали в обсуждении генплана Оренбурга, тогда запрещалось строить в пойме, и – не строили! А потом начало распространяться мнение, что Урал стал маловодным и в случае чего плотины защитят. Многое, конечно, зависит от качества плотины, от того, на какой объём она рассчитана.
По словам Чибилёва, Урал имеет свои циклы маловодья, когда годовой расход воды ниже среднего. Последний из них затянулся на 13 лет, но сейчас он закончился.
– Летний разлив, связанный с муссонными ливнями, характерен для рек Восточной Сибири – Амура, Селенги. Но там весеннего паводка почти нет. А здесь я таких затяжных сильных дождей в эту пору не припомню. В некоторых районах Челябинской области, у нас – в Кваркенском, в июне и июле осадков выпало в 5-6 раз больше нормы. В Оренбурге было три нормы. Климат меняется, но мы не знаем, в какую сторону, – отметил учёный.
Циклы продолжаются от трёх идо тринадцати лет, но в этих рамках тоже может быть год, выбивающийся из общего ряда. И совсем необязательно в 2025 году случится такое же резкое потепление. А без него столь катастрофических последствий для граждан уже не будет.
– Но в целом, если продолжим жить в пойме, мы обречены периодически плавать, – считает Александр Чибилёв.
Фото: Институт степи УрО РАН