Истоки рецензирования обычно объясняют привлекательным, но по большей части ошибочным мифом. В 1665 году Лондонское королевское общество дало
Генри Ольденбургу (1619–1667) разрешение на составление «Философских трудов Королевского общества» — нового периодического издания, в котором будут собираться важные научные открытия и новости. Ольденбург мудро понял, что ему понадобится мнение экспертов, чтобы решить, какую из имеющихся статей ему следует опубликовать, и поэтому эксперт-рецензент играл центральную роль в научных публикациях с момента основания первого научного журнала.
Философские труды Королевского общества
Эта история происхождения, по-видимому, возникла из социологической статьи 1971 года «Модели оценки в науке: институционализация, структура и функции судейской системы», написанной Гарриет Цукерман и Робертом Мертоном. Статья Цукермана и Мертона о судействе в науке была широко читаема и чрезвычайно влиятельна, а их отчет об истории рецензирования повторялся во многих научных книгах и статьях, начиная с 1970-х годов. Однако, когда такие историки, как Адриан Джонс и Эйлин Файф, внимательно изучили ранние «Философские труды» , стало ясно, что Цукерман и Мертон неправильно поняли или неверно датировали часть корреспонденции Ольденбурга, и что Ольденбург фактически не использовал никакой системы в «Философских трудах». Транзакции, которые вполне можно было бы сравнить с современным судейством. Хотя членам Королевского общества номинально было поручено просматривать содержание « Сделок» , на практике Ольденбург сохранял настолько жесткий контроль над журналом, что его иногда называли его «автором», а не редактором.
В последние годы историки заново проанализировали историческое развитие специализированных научных журналов, и стало ясно, что ни рецензирование, ни научные журналы не возникли в XVII веке в полной форме, как это следует из истории Цукермана-Мертона. На протяжении восемнадцатого века и вплоть до девятнадцатого века журнальные статьи были для исследователей лишь одним из многих способов сообщить о последних научных открытиях. Монографии, литературные очерки, публичные презентации и брошюры считались действенными методами распространения научных знаний, и очень немногие работы в этих форматах прошли что-то вроде внешнего рецензирования.
Проверка перед публикацией была наиболее распространена в научных обществах, члены которых стремились обеспечить, чтобы все, что было опубликовано с именем общества, делало честь обществу в целом. Например, все публикации, выпущенные Академией наук в Париже, должны были быть проверены коллегами автора из Академии. В 1731 году Эдинбургское медицинское общество сообщило читателям своих медицинских наблюдений и очерков, что
Мемуары, отправленные по переписке, распределяются по тематике тем членам, которые наиболее разбираются в этих вопросах. Сообщение об их личности автору не известно. В этом обзоре не напечатано ничего, что не было бы отмечено знаком полезности.
Однако эти системы внутреннего обзора и критики, похоже, не соответствуют и не предвосхищают систему внешнего судейства, которую мы знаем сегодня. Эйлин Файф и Ной Моксхэм назвали этот период «предысторией» рецензирования – полезный термин, который напоминает нам, что не следует смешивать формальные системы рецензирования с более общей идеей, согласно которой ученые должны комментировать работу друг друга. Целью этих старых систем была защита репутации общества, связанного с изданием. Внутреннее обсуждение создавало чувство общей заинтересованности и ответственности за проект, и никто не ожидал анонимности от всех, кто участвовал в этом процессе. Многие из этих старых систем внутренней критики также предназначались для обеспечения того, чтобы под именем общества не печаталось ничего крамольного или еретического. Более того, в большинстве случаев проверка в образованном обществе была бы несколько неформальной и бессистемной; член с достаточным авторитетом ожидает, что его работа будет одобрена коллегами без особых усилий. (Гендерный язык здесь намеренен, поскольку большинство ранних образованных обществ отказывались принимать женщин в свои члены.)
Другими словами, идея оценки коллегами работы друг друга далеко не нова. Но было бы ошибкой оглядываться назад на неформальную, бессистемную критику в элитных научных обществах и приравнивать ее к современной системе экспертной оценки. По целям и форме такая внутренняя проверка сильно отличалась. Для систематического обзора со стороны анонимных экспертов, которые должны действовать как привратники, нам нужно обратиться к девятнадцатому веку.