- Приехали мы в город по распределению. Выделили нам комнату в коммуналке, где я сейчас и живу. Дусе предложили работать в деревенской школе. Дом хороший выделили. Вот мы и решили, что она с детьми в деревне поживет, а я приезжать буду, им на свежем воздухе лучше. В городе я завел роман с Машей и Клавой, скучно было одному, тоскливо. Маша работала у нас в бухгалтерии, красотка - не описать. Ноги от ушей, фигуристая, – вывел руками силуэт в форме гитары. - А бюст - мечта мужчины… - он приложил руки на уровне груди, показывая, как минимум пятый размер. - Мужики за ней толпами увивались, а она на меня глаз положила, вот и не устоял.
Рая была полной противоположностью: в столовой у нас работала, и выглядела как мальчишка - маленькая, худенькая, фигурка тощая, бюст небольшой. Эх, и горячая… огонь, что она вытворяла, любой бабе фору даст. Знаешь, как мы с ней…
- Петр! Давай, ты не будешь мне рассказывать о своих похождениях, - сказала Оля, строго посмотрев на него.
- Не ревнуй! – засмеялся он. - Ты очень даже в моем вкусе: стройная, ладная, все при тебе, как я и люблю. Эх-х-х, приударил бы за тобой, - закатив глаза вверх, мечтательно проговорил он. - К сожалению, я нахожусь не в том состоянии и положении, - развел руками улыбаясь. - Истосковался я по общению и женскому обществу.
- Ты тоже мне симпатичен и в моем вкусе, но с призраками шашни я не привыкла водить, да и муж у меня есть, – ответила Оля, улыбаясь. Вот неправду говорят, что «горбатого могила исправит». Ловеласа даже смерть не изменит. Бабник он бабником и останется.
- Да ладно тебе…, - махнул он рукой. - Я вспоминаю и немного фантазирую. Давно с женщинами не общался.
- Рассказывай дальше, - манула Оля рукой.
- Чего рассказывать? Дурак был молодой. Сожалею. Дуся все чувствовала, ревела иногда по ночам, думала, я не слышу, сплю. Была бы у меня возможность - я бы все изменил.
- Как интересно. Получается, что ты отрабатывал свои грехи, поэтому и застрял здесь. По мере отработанного память стиралась.
- Может быть, ты и права, - задумавшись, сказал Петр. - Первое время, не понимая, что призрак, я пытался выйти на улицу, но вновь оказывался у дверей с авоськой в руках.
- Временная петля… У дверей ты умер. Работает как якорь. Место тебя держит.
- Хм, хм. Возможно. Я не помню, как это случилось.
- Все эти сожаления держат тебя здесь. Ты застрял между прошлым и настоящим, не позволяя себе освободиться.
- Я не знаю, что делать с этими воспоминаниями, как выпутаться из этого.
- Пойми, важно научиться отпускать прошлое, а ты застрял в сожалениях, ведь это ничего не изменит.
- Мне кажется, ты знаешь, о чем говоришь, - ответил он.
Увлекшись разговором и размышлениями с Петей, Оля забыла о подруге, когда услышала:
-О-ль, Оля! Что происходит?
Посмотрев внимательно на подругу, Оля заметила панику в ее глазах.
- Ты о чем? - спросила Оля, глядя на Алену.
- Я тебя знаю довольно долгое время и ко многому успела привыкнуть, но сейчас мне страшно. Если бы ты видела себя.... Глаза, как у плюшевого мишки, смотришь, будто в пустоту. Это еще пол беды, но как они цвет меняют - жутко.
- Ну ты и придумала, - засмеялась Оля, пытаясь отвлечь подругу.
- Придумала?! Твои медовые глаза иногда становятся зелеными, а потом опять медовыми. Как светофор: то желтый, то зеленый. Поверь мне... Жуткая картина!
- Успокойся. Все в порядке.
- Я должна понимать, что происходит.
- Ты уверена в этом? Может, тебе не надо ничего знать?
- Надо! Я уже не знаю, что и думать.
Петя оживился и с интересом наблюдал за нашим спором.
Продолжение:
Предыдущая глава:
Первая часть: