«Не было бы Лагарпа, не было бы Александра», – так оценивал император Александр I влияние своего учителя на становление личности. Швейцарца-якобинца Фредерика Сезара Лагарпа в 1784 году пригласила в Петербург Екатерина II в качестве учителя французского языка для своих внуков – Александра и Константина. В марте 1784 года Екатерина II сообщала своему постоянному корреспонденту барону Фридриху Мельхиору Гримму:
«Я написала прекрасную инструкцию для воспитания господ Александра и Константина. Пришлю вам её, когда мне переведут как должно. Покамест, эти благородные господа забавляются под руководством немца-столяра господина Майера изучением столярного искусства и добрую часть дня пилят, полируют и пр. Не правда ли, забавно, что будущие государи воспитываются учениками столярного дела. Но игрушки прискучили Александру, и столярное искусство заступило место игрушек. Им занято наше время, и устранено безделье. Лагарп будет в числе состоящих при Александре так, чтобы он говорил с ним не иначе как по-французски. Другому поручено говорить с ним по-немецки. По-английски он уже говорит».
Через некоторое время Лагарп представил императрице записку, в которой изложил, какие предметы стоило бы преподавать великим князьям – историю и математику, философию и законы. После этого был назначен главным воспитателем.
«Простите мне, г-н де-ла-Гарп, обещаюсь вам завтра исправиться», – это текст первой записки Александра Павловича своему воспитателю, она датирована февралём 1785 года. Переписка Александра с Лагарпом длилась на протяжении всей жизни императора. Он сохранил тёплые отношения с наставником и обращался к нему не иначе как: «Любезный и почтенный друг».
Современники вспоминали, что Лагарп привязался к своим ученикам. Он был требовательным и не опасался делать выговоры великим князьям. Даже после восшествия Александра на российский престол швейцарец наставлял императора и, по сути, некоторое время был его неофициальным советником. Известно послание Лагарпа, датированное ноябрём 1801 года:
«Ваше величество! Имею честь сообщить Вам свои заметки касательно воскресного кружка. В общем Вы играли свою роль весьма удачно. Тем не менее мне показалось, что, входя в салон, Вы слегка оробели. Хвалю за это Ваше сердце, ибо молодости подобает скромность; но император должен иметь вид».
Александр I отзывался о своём наставнике как о человеке высоких добродетелей, строгих правил, сильного характера, истинном мудреце, которому он обязан всем, что в нем есть хорошего, всем что он знает: «Никто более Лагарпа не имел влияния на мой образ мыслей».