Удивительная профессия – актёр! Как много тех, кого она прельщает. А сколько смельчаков безудержно рвутся на сцену. Есть в этом какая-то уверенность что ли… вселенская необходимость – попробовать! Любопытно, что в хирургию так отчаянно никто не рвётся, а там тоже интересно: свет ламп, партнёры, приборы всякие (реквизит, так сказать). Хотя… согласитесь, это хорошо, что не рвётся! Это отлично, я бы сказала! Ну, вот, каждому хочется и даже кажется, что можется, а главное, что получится! Несомненно, получится, друзья, у каждого. Просто надо научиться. Ведь это абсолютно нормально получить профессию, а потом вкушать её плоды.
Актёрское искусство – это в первую очередь профессия. Такая же как: инженер, врач, повар, физик, социолог. Это только кажется, что выучить текст, плясать, умирать на сцене может каждый. Труд! Самый настоящий, порой тяжёлый, но неповторимо-удивительный, необходимый миру! Как иначе, если спустя тысячелетия эта профессия ЕСТЬ! И никакие технологии никогда не затмят, не сдвинут её. Секрет? Потому что это чья-то жизнь, настоящая, как на ладони. Да простят меня друзья киношники, шоумены. Именно театр со своей правдой, то место, где открылся занавес и началось действие. Тут актёр незащищён, ни страховок, ни монтажа, ни закадрового дубляжа, только он и его душа и база всему этому – его профессия.
Ну, вот, пришла и отговорила, напыщенно похвасталась и отошла в сторонку, завидуйте, мол, мы можем, а вы, друзья – нет. Забавно, ну, давайте поступим так, мы попробуем. В силу того, что каждый актёр волшебник, не чуточку, а максимально, от мозга костей, он способен убедить, что на одной и той же площадке может быть лес, квартира, тюрьма, планета, начало века, Россия, Франция, пустыня, вакуум. Вы в это верите. Верите, когда он плачет и, несомненно, хохочете с ним, видя смешное. Я предложу вам чуть приоткрыть завесу. Чуть подглядеть и даже попробовать. Но именно через определённые правила, ведь это в первую очередь – профессия.
Представляю вам великого мастера, русского и советского театрального режиссёра, актёра, педагога, теоретика, реформатора – Константина Сергеевича Станиславского! Его систему, замечательное наследие, знают и ценят во всём мире. Метод актерской техники, разработанный Станиславским, перевернул с ног на голову сначала русский, а затем и мировой театр, совершил революцию в искусстве и сформировал тот театральный облик, который существует и по сей день. Давайте начнём пробовать творить. Любой язык начинается с алфавита, любая наука с принципов. В театре всё аналогично. Система Станиславского – библия, настольная книга, помощник и гид в мир служителей Мельпомены. Итак, начали!
учил, как вживаться в образ персонажа, внутренне преображаться и смотреть на игру глазами своего героя.
"Каждый момент вашего пребывания на сцене должен быть санкционирован верой в правду переживаемого чувства и в правду производимых действий", — говорил Станиславский.
Многие исследователи сценического искусства подчеркивают, что до Станиславского в театре просто играли. Его же система научила актеров ЖИТЬ!
Несколько примеров, о том, как и на что готов актёр, чтоб максимально вжиться, понять, оправдать своего героя.
В фильме “Дело Румянцева” Алексей Баталов сыграл водителя грузовика. Причем, сыграл так убедительно, как будто половину жизни за рулем провел. Оказывается, чтобы вжиться в роль актер долго общался с настоящими шоферами. Он подмечал их словечки, манеры и даже движения, вникал во все тонкости работы. И довольно быстро научился управлять грузовиком.
В 1992 году на экраны вышла кинолента «Последний из могикан», в которой роль индейца Соколиного глаза сыграл Дэниэл Дэй-Льюис. Актер не только тщательно набирал мышечную массу для этой роли, но и целый месяц жил в лесу. Иногда он питался только тем, что мог добыть самостоятельно. Он изучал индейскую культуру и осваивал новые умения. Дэниэл научился охотиться, свежевать дичь, изготавливать каноэ и плавать на нем.
В фильме “Андрей Рублев” Анатолий Солоницын исполнил главную роль. Актер так тщательно готовился, что даже на время оставил театр. Ему нужно было добиться в кадре сиплого надломленного голоса, которым говорит человек, державший обет молчания несколько лет. И Солоницын действительно замолчал на месяц. А с окружающими объяснялся знаками.
В фильме “Вокзал для двоих” Олег Басилашвили сыграл незаконно осужденного пианиста. Для этого ему потребовалась провести месяц в реальной колонии и даже брать мастер-классы тюремного этикета от известного авторитета Онофренкова. Поэтому фраза из фильма «Онофренков, кончай!», которую говорит персонаж Платона в сцене, где героиня Гурченко пытается его разбудить, — не что иное, как дань благодарности наставнику Басилашвили.
За роль в фильме «Чтец» Кейт Уинслет получила премию «Оскар». Награда была вполне заслуженной, поскольку актриса так переняла привычки героини, что не выходила из образа даже дома. Во время съемок Уинслет разговаривала с немецким акцентом. После рабочего дня, приходя к родным, она продолжала общаться так же, чем немного смущала своих детей. Как призналась сама актриса, ребятам ужасно надоело, что она читает им сказки на ночь с немецким акцентом. Они говорили ей: «Мам, будь проще. Не надо так смешно менять голос. Просто будь собой».
Предлагаю попробовать, поэкспериментировать. Возьмите произведение, волнующее вас. Это может быть стихотворение, рассказ, басня, сказка, прочитанная ребёнку на ночь, любая «драматургия», всё, что вы попробуете сыграть, а точнее говоря – прожить. И в этом произведение есть герой. Именно он должен вас манить, будоражить и толкать на единение. А теперь погружаем себя в его обстоятельства. Не пропускаем биографии (возраст, внешний вид). Всё важно! Если герой тучный – у него другое дыхание, если старый – другая походка, эксцентрик, иные жесты…но, стоп! НЕ ИДЁМ за иллюстрацией. Именно стараемся прожить в тех обстоятельствах, в которых живёт персонаж. Именно надеть на себя ЕГО одежду и окунуться в ЕГО жизнь. Только тогда возникнет оправдание героя и ваша правда, растворённая в нём. Правда, в которую поверит зритель. Знаете, самый лучший ценитель – ребёнок. Он не может лукавить. Он отвернётся, отключится, убежит если рядом ложь. Святость ребёнка, именно в неумении льстить, тактичничать, бояться обидеть, он правдив в восприятиях. Для него, как сказали великие: «Нужно играть, как для взрослого, только чуть лучше». Творите друзья, удивительная возможность прожить сотни чужих жизней в одной своей.
Вишенкой на торте, предлагаю несколько баек. Нестандартных случаев, происшедших с актёрами на сцене или съёмочной площадке. Байки — это любопытно и смешно нам. А вот актёры испытывали в ту самую секунду невероятный фейерверк эмоций: спасти сцену, вырулить, чтоб никто не заметил, остаться в образе, сохранить спектакль/фрагмент! Вкушайте, это очень познавательно!
В одном из спектаклей Александр Ширвиндт играл немолодого повесу, который всю ночь кутил в компании сына главной героини. В процессе герои теряют друг друга, повеса возвращается один и обеспокоенная мать кидается к нему с вопросом: «Где мой сын?!». Как-то раз актриса оговорилась и взволнованно спросила: «Где мой сыр?!». Всегда невозмутимый Ширвиндт ухмыльнулся: «А я его съел!». После всеобщего смеха и зрительских аплодисментов сцену переиграли.
В 1970-х годах Анатолий Папанов и Андрей Миронов играли в спектакле «Интервенция». Папанов — большевика, а Миронов — французского матроса. В одной из сцен Папанов заходил в казарму к французам и говорил:
— За голову большевика обещана награда — 10 000 франков!
Но один раз он неожиданно даже для себя произнёс:
— За голову большевика обещана награда — 5 000 франков!
— Подешевели? — шёпотом поинтересовался Миронов.
Юлиана Кукарникова.