Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вехи Синематографа

Про книги. Шекспир "Двенадцатая ночь, или как пожелаете"

Хорхе Луис Борхес сказал: "Кто-то гордится каждой написанной книгой, а я — прочитанной." Эту фразу я проецирую на себя в отношении этой комедии Шекспира. Настолько я изучил её, что можно сказать, жил в ней. В школе на уроках английского мы разбирали отрывки оттуда. Шекспировский язык был мудрëн, но понятен. Потом в театральном кружке мы ставили фрагменты комедии - я играл герцога Орсино. Это было в старших классах. Затем Горьковский театр комедии давал эту вещь на своих подмостках - я смотрел дважды. Был влюблён в Виолу, но сейчас уже не скажу точно - в шекспировский ли образ, либо в актрису её играющую. Дальше - больше. Ленинград, 1989 год, театр Комедии. Мне довелось увидеть "Двенадцатую ночь" в их исполнении. Я тогда был юн и беспечен. Сэра Тоби там играл Михаил Светин, а шута Андрей Анкудинов. Как такое забыть?  На днях, перечитывая уж не помню в который раз эту вещь, приятно было ощутить тот холодок, проносящихся мимо образов. Будет ли понятна эта комедия тем оставшимся читающим

Хорхе Луис Борхес сказал: "Кто-то гордится каждой написанной книгой, а я — прочитанной." Эту фразу я проецирую на себя в отношении этой комедии Шекспира. Настолько я изучил её, что можно сказать, жил в ней. В школе на уроках английского мы разбирали отрывки оттуда. Шекспировский язык был мудрëн, но понятен. Потом в театральном кружке мы ставили фрагменты комедии - я играл герцога Орсино. Это было в старших классах. Затем Горьковский театр комедии давал эту вещь на своих подмостках - я смотрел дважды. Был влюблён в Виолу, но сейчас уже не скажу точно - в шекспировский ли образ, либо в актрису её играющую. Дальше - больше. Ленинград, 1989 год, театр Комедии. Мне довелось увидеть "Двенадцатую ночь" в их исполнении. Я тогда был юн и беспечен. Сэра Тоби там играл Михаил Светин, а шута Андрей Анкудинов. Как такое забыть? 

На днях, перечитывая уж не помню в который раз эту вещь, приятно было ощутить тот холодок, проносящихся мимо образов. Будет ли понятна эта комедия тем оставшимся читающим единицам сегодня? Смешны ли жёлтые чулки Мальволио с подвязками крест-накрест без контекста эпохи? 

Герои пьесы - близнецы Виола и Себастьян - своими фокусами с переодеванием, когда одного принимают за другого, повлияли в дальнейшем на многие произведения литературы и кино. На кино - в большей степени. Но это лишь мои впечатления. Может я и ошибаюсь: у каждого они свои. Главное, что они есть. А комедия великолепна! На века! Кто не читал, прочтите и возгордитесь.