Правда, хорошо, когда понимаешь, для чего применяется то или иное бранное (и не только, кстати) слово. Хуже, когда нет ни понимания, ни меры в использовании. Страшное дело: матерятся все. Или почти все. К примеру, частенько, проходя мимо стайки подростков, слышу речь, обильно сдобренную площадной бранью. Раньше от этого передёргивало, сейчас почти привык. Но привыкание не делает уродливое прекрасным, а ненормальное – приемлемым. Русский мат – явление сложное, многогранное. Как писатель, прекрасно понимаю, что в некоторых случаях обойтись без табуированной лексики, к сожалению, невозможно, и она нужна для передачи целостности образа героя либо чтобы подчеркнуть накал страстей, показать крайнюю степень эмоционального возбуждения. Как фольклорист, знаю, что огромное количество анекдотов или частушек могут потерять соль и суть, убери из них «ключевое» слово. Можно, конечно, пошутить, что жизнь – это постоянное нервное напряжение, а зачастую и анекдот, но нет. Нельзя так не любить себя, что