Отец посадил Мотю на лавочку рядом с колодцем и строго-настрого приказал к колодцу не подходить, никуда не уходить и ждать возвращения стада с пастбища. Так и осталась девочка сидеть под палящим солнцем у колодца, из которого ей нельзя было попить, провожая печальным взглядом повозку, со своими родными братьями и сёстрами, которых она больше не увидит никогда.
Голодная
Идет мужик
Колышется,
Идет мужик —
Не дышится!
С коры его
Распучило,
Тоска-беда
Измучила…
(Кому на Руси жить хорошо (Некрасов Н. А., 1877)
И хоть началось в 1871 году движение поездов на первом участке Тамбово-Саратовской железной дороги, от голода с 1880-х годов страдало население всех уездов Саратовской губернии, да и не только её. В один из таких голодных годов умерла Мотина мама. Сколько Моте было тогда лет, девочка не помнит. Но помнит, что детей в семье было много. Может семь, а может быть и десять! Отец, как и другие бедные крестьяне, арендовал землю, чтобы прокормить семью. Но неурожаи зерновых культур становились всё более частыми и разрушительными по своим последствиям. Аренду платить стало нечем, урожая не было. Семья голодала. Младшие дети начали пухнуть, старшие худеть. И в один день, очень знойный и, как показалось Моте, бесконечно длинный, отец взял у зажиточных соседей лошадь, погрузил в телегу всех своих детей и повёз их прочь от дома. Когда семейство подъехало к первой попавшейся на пути деревне, он ссадил с телеги Мотю. Посадил её на лавочку рядом с колодцем и строго-настрого приказал к колодцу не подходить, никуда не уходить и ждать возвращения стада с пастбища. А самое главное помнить, что зовут её Мотя, Матрёна. Так и осталась девочка сидеть под палящим солнцем у колодца, из которого ей нельзя было попить, провожая печальным взглядом повозку, со своими родными братьями и сёстрами, которых она больше не увидит никогда.
Солнце медленно сдавало свои позиции и воздух становился прохладнее. Уже не так хотелось пить. А не есть подолгу девочка давно привыкла. С прохладой появились комары. Мотя сидела неподвижно на скамье. Ослушаться отца она не могла. Глаза уже слипались, хотелось свалиться на траву, но девочка понимала, что если она уснёт, то комары не оставят на ней живого места. И потом, вдруг она пропустит стадо!
И когда бороться со сном стало невыносимо, девочка услышала мычанье коров. Долгожданное стадо пришло! Главным здесь был пастух, который и должен был сыграть в судьбе юной Матрёны решающую роль. Он заметил обессиленного ребёнка у колодца. Добрый, добрый пастух! Он взял девочку с собой и отвёл её к владельцу стада, зажиточному крестьянину-землевладельцу Андрею Павловичу Кулешову. Жил Андрей Павлович со своей женой Евдокией Ивановной на окраине села. Жили они вместе давно и дружно, но не имели детей. Вот так наша девочка Матрёна попала в семью Кулешовых. На следующий день Кулешовы зарегистрировали свою дочку в церкви. В метрической книге датой рождения значился день 22 июля 1895 года. Тот день, когда пастух нашёл Мотю у колодца. Так Матрёна Андреевна Кулешова стала моложе. А на сколько лет, на пять или на шесть, сама она не помнила.
Андрей Кулешов был человеком деловым и требовательным. Сам работал тяжело и упорно на земле, на скотном дворе и со своих работников требовал трудовой дисциплины. К Моте он тоже относился по-деловому. Не было от него той ласки и любви, которую давал своим детям родной отец, поступок которого, постепенно стирался из памяти ребёнка. А вот Евдокия Ивановна любила Матрёну безмерно. Она научила свою дочку премудростям хозяйки. Всё спорилось в руках Матрёны: и готовила она вкусно, и пряла тонко, и вышивала филигранно. С каждым годом Мотя расцветала и выросла хорошенькой девушкой, работящей и воспитанной. Часто Мотя носила испечённые мамой пирожки своей тётке, сестре Евдокии Ивановны. Жила сестра за пастбищем. И Мотя, проходя мимо стада, вела разговоры с молодым пастушком, помогавшим отцу пасти коров. Статный, белокурый, всегда улыбающийся Иван Тихомиров был завидным женихом. Многие девушки смотрели в его сторону. Но полюбил он Мотю, приёмную дочь Андрея Кулешова, самого богатого крестьянина всей округи. Мотя тоже не осталась равнодушной к красавцу Ване. И на счастье молодым, Андрей Павлович дал согласие на брак. Сыграли весёлую свадьбу, на которую Кулешов не поскупился. Но после новой семье был выделен неказистый домишко, расположенный на участке Кулешова, который отгородили от родительской земли забором. Пусть Иван и Матрёна сами выстраивают свою жизнь, но рядом с родителями. Очень не хотела Евдокия Ивановна расставаться с Мотей. А Андрей Павлович нежно любил свою жену. В ночь перед свадьбой Евдокия Ивановна рассказала Матрёне историю её появления в доме Кулешовых, которая давно стёрлась из памяти девушки, жившей счастливо и сыто. И самое главное, тогда мать раскрыла приёмной дочери истинный мотив, казалось бы, неблаговидного, поступка Мотиного отца. Когда бедный крестьянин понял, что не сможет прокормить своих десятерых детей (а детей было именно 10), он решил пристроить их всех в бездетные семьи зажиточных крестьян. Мужчина объехал много деревень в поисках будущих родителей для своих оголодавших малышей. Подобрал каждому новых отца и мать. И жарким июльским днём, погрузив всех ребятишек в телегу, повёз их в новую жизнь. Позже он приходил в каждый из десяти дворов и проверял, как живут его дети. Пришёл он и к Кулешовым. Наблюдал за своей Мотей через забор, потом решился поговорить с Евдокией Ивановной. Женщина даже предложила ему повидаться с дочерью. Но отец, убедившись, что Матрёна счастлива, а главное сыта, справедливо решил, что этого делать не надо. Мотя была поражена поступком своего отца, который во имя любви к детям пошёл на вечное с ними расставание. Тогда молодая невеста решила, что у неё будет столько детей, сколько Бог даст и что в память о своём родном отце она вырастит всех в любви и заботе, что будет помогать любимому мужу трудиться, что бы её большая семья ни в чём не нуждалась.
Летом 1918 г., когда по стране проходила волна антибольшевистских выступлений зажиточного крестьянства, Андрей Кулешов решил в них не участвовать. Он всегда был против лишних сборов и разговоров. На первом месте у него стоял труд. Все в его семье трудились, преумножая своё благосостояние. А семья разрасталась с каждым годом. Приёмная дочь Матрёна подарила ему уже пятерых внуков! Но такое обидное слово «кулак» уже было присвоено Кулешову и ему подобным потомкам бывших крепостных крестьян, которые своим тяжким трудом когда-то обрабатывали землю, растили скот, открывали кузницы. Но коллективизация сельского хозяйства уже маячила на горизонте, нарушая привычный ритм трудовой жизни «кулаков». Иван, Мотин муж, всегда работал под началом своего тестя, но забор между их домами всё же стоял ещё со времён свадьбы. Поэтому, когда во двор к старикам Кулешовым пришли сотрудники ОГПУ, скромный домик семьи пастуха Ивана Тихомирова за забором посчитали соседским, не относящимся к землям Кулешова. Андрея Павловича и Евдокию Ивановну увезли в неизвестном направлении. Кулешова обвинили в том, что он использует труд наёмных батраков. Родители не вернулись. Возраст у супругов был уже почтенный. Могли и не доехать до места ссылки. А может быть их и везти не стали? Матрёна слышала, что по весне на полях всей губернии находили оттаявшие трупы раскулаченных…
А годы шли. Иван работал в колхозе. Матрёна воспитывала детей. И было их у супругов 17 человек. 12 мальчиков и 5 девочек. Сыновья подрастали и тоже шли работать в колхоз. В семье намечались первые свадьбы. Но всё счастье труда и любви перечеркнула война. Всех своих сыновей и мужа проводила Матрёна Андреевна на войну. Дочь Анна записалась на курсы санинструкторов. Окончив их, тоже ушла на фронт. Самый младший, Мишенька, был призван в 1945-ом. Осталась Матрёна с четырьмя младшими дочками. Опять вернулся голод. Проклятая зависимость всего живого от еды! Голод разлучил когда-то Матрёну с родной семьёй, а сейчас хочет отобрать самых маленьких дочек! Мать, закалённая этим чувством с детства, могла не есть несколько дней, отдавая имевшееся дочерям, лишь бы её девочки выжили. Десятилетняя Машенька голодной зимой сорок второго стала ходить на реку и собирать вмерзших в лёд беззубок. Занятие это крайне опасное. Лёд сначала нужно расколоть, потом подлезть под него рукой через образовавшуюся полынью и, нащупав моллюска, отковырять его ногтями от ледяной корки. Этими моллюсками пытались спастись от голода жители всей деревни. Один раз Машенька не вернулась… Лёд треснул, и она утонула в ледяной воде.
А похоронки с фронта неслись в дом Матрёны одна за одной. Василий, Александр, Вениамин, муж Иван, Андрей, Павел, Анна, Серафим, Пётр, Илья, Григорий, Николай, Филипп. Каждого своего ребёнка мать провожала на вокзале. Когда поезд уходил, она шла домой, прислушиваясь к ударам своего сердца, наполненного беспомощной любовью. С каждым ушедшим поездом стук сердца был всё чаще. А с каждой похоронкой слёз всё меньше. Матрёна Андреевна родив сыновей знала, что между матерью сына и матерью солдата стоит знак равенства. А у матери солдата особая доля: отдать для победы самое дорогое – своих детей.
Весну сорок пятого Матрёна Андреевна встречала с дочерью Ольгой и надеждой на возвращение Мишеньки. Две её маленькие дочки умерли, не пережив пневмонию.
Эту историю рассказала мне моя знакомая, внучка того самого Михаила, который на радость матери вернулся с войны. Ещё она показала мне фотографию могилы Матрёны Андреевны, которая прожила 95 лет, а может быть и 100. Ведь никто не знает сейчас сколько лет было девочке Моте, когда пастух нашёл её у колодца. Её металлический памятник «башенкой», увенчанный красной звездой, в год кончины женщины был самым высоким на сельском кладбище. Все знали, что здесь похоронена мать председателя колхоза им. В.И.Ленина Михаила Ивановича Тихомирова.