Подход администрации Байдена в отношении Северной Кореи и России олицетворяет собой провал внешней политики США, пишет National Interest. Москва и Пхеньян объединились, потому что Вашингтон стал их общим врагом. Теперь их военное сотрудничество будет только укрепляться.
Ширящееся военное сотрудничество между Корейской Народно-Демократической Республикой (КНДР) и Россией повлекло за собой сеанс зубовного скрежета среди внешнеполитической элиты США и ее союзников в корпоративных СМИ. Вслед за новым двусторонним договором о безопасности, подписанным в июне 2024 года, посыпались предупреждения о возросшей угрозе для самих США и их союзников — причем как в Европе, так и в Восточной Азии. Однако, поставив этот диагноз, аналитики практически ничего не могут предложить, чтобы вылечить этот недуг — или хотя бы купировать его.
Объединяющим фактором для большинства альянсов служит наличие общего врага. В данном случае общим врагом для России и Северной Кореи стали США и их военные союзники. Лидеры США проводили неуклюжую политику в отношении как Москвы, так и Пхеньяна и оказались глухи к их запросам, тем самым создав для них мощный стимул активизировать двустороннее сотрудничество в области безопасности.
США ведут опосредованную войну против российских войск на Украине и прилагают всесторонние усилия, чтобы сделать Россию дипломатическим и экономическим изгоем во всем мире. Президент Владимир Путин и остальная российская элита теперь считают Америку непримиримым врагом, вознамерившимся уничтожить их страну как важного и независимого международного игрока.
В таких обстоятельствах неудивительно, что Кремль ищет экономических и военных союзников везде, где только можно, вплоть до Северной Кореи. В сложившейся атмосфере острой вражды между США и Россией правительство в Кремле видит в КНДР ценного партнера.
Северная Корея обладает обширными возможностями по производству обычных вооружений, и они постоянно расширяются, тогда как Россия сталкивается с угрозой истощения своих оружейных запасов из-за конфликта на Украине. Пхеньян хотел бы получить от Москвы финансовую помощь, а также поддержку ракетных и ядерных программ КНДР, а взамен готов предложить России свою военную технику.
И точно так же, как Вашингтон дал Москве предостаточно стимулов для налаживания стратегического сотрудничества с Пхеньяном, он дал и КНДР повод для работы с Россией. После ряда многообещающих событий при администрации Дональда Трампа, направленных на ослабление напряженности с Пхеньяном, политика США вернулась в привычную колею прошлых десятилетий.
Политика администрации Байдена в отношении Северной Кореи оказалась лишь избитым повторением прежнего провального курса. Вашингтон упорно цепляется за бессмысленное требование к КНДР отказаться от программы создания ядерного оружия в обмен на неопределенные посулы дальнейшего смягчения санкций и нормализации отношений.
Подход администрации Байдена в отношении как Северной Кореи, так и России олицетворяет собой провал традиционной внешней политики по умолчанию. Основное правило разумной, эффективной политики — не давать сближаться разнородным противникам. Пока Вашингтон не начал против России новую холодную войну, Москва пыталась отдалиться от режима Кима и его поведения. Кремль даже подписал против Пхеньяна международные санкции, введенные под началом США. Со своей стороны, КНДР также стремилась к нормализации отношений с Америкой.
С перспективой ухода Байдена с поста президента забрезжила надежда на менее конфронтационную политику США в отношении как России, так и Северной Кореи. Однако воинственная риторика Камалы Харрис, зазвучавшая в благодарственной речи на Национальном съезде Демократической партии, — предвестник того, что опрометчивая политика Байдена в отношении обеих стран наверняка продолжится, стоит ей победить на предстоящих выборах. Складывается ощущение, что она воспринимает в штыки даже саму идею разговора с Ким Чен Ыном. Вероятный курс Трампа предсказать гораздо сложнее. Его прошлая попытка сближения с Пхеньяном несколько обнадеживает. Однако обвинения в том, что Трамп якобы был слишком “мягок” с Россией (или вовсе был ее прямым ставленником), — не более чем абсурдная клевета. Его курс в отношении Москвы наверняка окажется не менее воинственным, чем подход Харрис.
Однако без существенных и к тому же благотворных изменений, если следующий президент не скорректирует курс как по Северной Корее, так и по России, военное сотрудничество между Пхеньяном и Москвой наверняка расширится еще больше.