На седьмой день наших странствий в июле 2024 мы попали в Любимовку. Гостиница "Бельбек" находилась рядом с «самолётом». Номер мы бронировали по пути из Балаклавы через «Яндекс Путешествия». Произошли кое-какие накладки, одновременно с нами трёхместный номер забронировал кто-то ещё и уже вселился туда, так что нам предоставили за ту же цену более просторное двухкомнатное жилище с угловой ванной, которое стоит 7 тыс в сутки, но по цене 3,5 тыс, на которую была наша бронь.
В остальном, окружающая обстановка больше напоминала боевые девяностые: запылённые полузаброшенные строения в стиле капром, хорошо сохранившиеся автомобили 30-летнего возраста, нехитрый деревянно-камышовый дизайн местных забегаловок с размороженной пиццей и рекламой «лаки страйк», подвыпившая публика в тельняшках и сандалетах, в общем, – всё как в нашем голубоглазом детстве. Так мы вышли на широченный пляж из песка и мелкой гальки. После скалистых берегов Инжира на мысе Айя так захотелось ощущать под ногами что-то хорошее и приятное вместо острых камней и скользких валунов. Мы шли в горизонт, разбегаясь глазами по всему простору в поисках самого идеального места. В планах было зайти подальше и найти место для стоянки с палаткой на будущие дни и ночи. Хотелось дойти до Немецкой балки, ведь всё для дикого туризма у нас имелось. Но тут случилось непредвиденное.
Я даже понять не успел, что произошло позади меня: какая-то дамочка с натренированными губами в купальнике шла по пляжу с ягдтерьером и он подбежал сзади к нашей 11-летней Свете и укусил раз за ахиллово сухожилие и раз под коленку. Дамочка начала кричать, что девочка сама что-то там сделала, протянула руку или ещё что-то, на что я возразил, что это абсолютно неважно, – дети и взрослые могут делать что угодно, но если собака кусается, – то гулять без поводка с ней нельзя ни в коем случае и вина целиком на этой хозяйке. Она взяла её на руки и медленно пошла дальше.
Поначалу я даже не заметил второго более сильного укуса под коленкой, но потом из него полилась кровь, и мы испугались. Моя жена Маша стала осматривать и обрабатывать раны Светы, а я что-то невнятно спрашивал у нерадивой хозяйки про прививки. Та отвечала, что у них всё есть, что собака святая и королевских кровей и что не могло такого быть, потому что быть не могло, что-то там предлагала компенсировать, на что я эмоционально отвечал, что лучше компенсируйте тем, кого она ещё тут покусает. Я логически понимал, что от этой женщины с большими губами ничего толкового ждать не стоит и лучше сосредоточиться на Свете, чтобы минимизировать последствия. Но когда у нас прошёл первый шок, – то Маша тоже захотела провести беседу, запросить собачьи документы и ещё что-то, но дамочку из вида мы уже потеряли. Пошли дальше по песку её искать вдоль берега до самой Учкуевки, но не нашли.
Маша обращалась к местным спасателям, на что они предлагали попить водички, вызвать милицию или скорую. На просьбу показать где находится администрация пляжа отправляли «куда-то туда» или «спросить в баре». После очередных настойчивых расспросов кто же всё-таки отвечает за пляж, нам уже дали телефон субъекта, принимающего какие-то решения, который по телефону ответил, что формально никакого пляжа нет, что территория не до конца проверена и не разминирована после украинских террористических атак и находиться здесь не рекомендуется, а наличие спасателей никак не делает пляж официальным, потому что их дело – только спасать утопающих и ни за что другое они ответственности не несут. Вкратце тезисы были такие.
Пока мы общались со спасателями на том участке пляжа, где произошла встреча с собакой, к нам сама подошла вышеозначенная собаковладелица. Мы с ней договорились, что вместе поедем в больницу в приёмное отделение на осмотр к врачу. Я сходил за документами, мы дождались какого-то знакомого собаки на авто и поехали в единственную больницу в Северной части Севастополя, городскую больницу №4 по ул.Леваневского.
На территории больницы пропускного режима не было, но расположение приёмного отделения было не очевидным, после 15-20 минут плутаний и расспросов мы-таки наши корпус Терапевтического отделения, где даже располагался звонок «в приёмное отделение». Но там нас принять отказались, ответили, что укусами собак они не занимаются и порекомендовали обратиться в центральную больницу Севастополя в районе Ушаково, то есть ещё 30 с лишним километров дальше. Мы стали понимать, что порочный круг бюрократических скитаний можно раскручивать бесполезно, ребёнок только устанет и от этого будет больше вреда чем пользы: прививка от столбняка у Светы имелась, а при всём хулиганском характере ягдтерьера на бешеного он тоже не тянул, как и его хозяйка.
Кончилось всё тем, что мы решили в аптеке накупить лекарств: антисептиков, перевязок, мазей, антибиотиков (на всякий просто) и наблюдать за воспалением раны и за температурой ребёнка. Женщина оплатила нам визит в аптеку и оставила контакты. За сим распрощались. Мы почти выдохнули, и тут я заметил, что забыл Светины документы в больнице. Пришлось мне за ними возвращаться, они лежали на стуле, там же, где я их оставил. Обратно сел в маршрутку, думая, что все они идут в направлении главной злачной улицы Любимовки, но данная маршрутка повернула по Качинскому шоссе и я успел опомниться и выйти только на остановке Белевичи с видом на степную пойму речки Бельбек. Симка местная у нас была одна, связи между мной и Машей не было. Так что она терпеливо прождала ещё около 20-ти минут пока я шёл до гостиницы пешком 2 километра.
Намазали Свету мазью, надулись воды и всё-таки решились ещё раз пойти на пляж. Вечерело, мы немного искупались в небольших волнах под ласковым дыханием начинающейся ночи. В такие моменты поверхность воды становится будто матовая и тягучая, как хороший Тираспольский коньяк. На обратном пути нам встретилось несколько стай бродячих собак, так что прогулка сопровождалась дополнительным страхом и стрессом на фоне недавних событий.
Ужин в тот день тоже не заладился. Никаких приличных кафе в окрестностях отеля не было, и мы зашли в какую-то чебуречную с круглосуточным гастрономом. Там была откровенно дурно пахнущая выпечка с не прожаренной начинкой, на что Маша сразу указала продавщице, а та возразила, что никто ещё не жаловался. Моя жена показывала внутренности с сырым непонятным фаршем, а работница общепита в результате ответила, что она не особо разбирается в чём собственно претензии, но готова вернуть деньги за чебурек. В итоге мы взяли в гастрономе хлеба и каких-то нарезок в упаковке, чтобы закинуть в желудок.
Следующий день выдался куда более удачным. С утра я прочесал интернет в поисках места для завтрака. Яндекс мне выдал «развлекательный центр с фудкортом» под названием «Колизей» всего 700 метров от нашего отеля («Бельбек»). В нашей гостинице тоже была столовая, но Маше не нравился загадочный полумрак зала деревенского стрип-клуба, а Свете не нравилось меню из молдавского пионерского лагеря. В целом, еда там, наверное, была лучше, чем в чебуречных, но хотелось чего-то другого. Как-то совсем грустно казалось признавать отсутствие всякого выбора.
Колизей оказался гораздо больше похож на Колизей, чем мы думали. То есть буквально на кровавые арены древнего Рима. Это была железобетонная яма, на ступенчатых уровнях которой располагались пивные деревянные столы и столики где-то на 500 человек. Фудкорт состоял из одного единственного столика, где две девушки предлагали пиццу, гамбургеры и фри. Ещё в холодильнике имелось наше любимое местное пиво (крымская ривьера) и мороженое. Гамбургеры, на самом деле, оказались неплохие, картошку фри Светлана тоже умяла. А вот пиццу я бы не рекомендовал – я ещё никогда не видел на этом изделии нарезанную самую дешевую глутаматную крахмальную колбасу из ближайшего магазина. Но зато гамбургерами можно было здесь питаться. И атмосферой.
Портал в 90-е открылся на полную катушку. Я как будто попал в дискотеки Тирасполя времён легендарного «Шок-Шоу», – эти бетонные брутальные стены, пространство, рассчитанное на большое количество людей. Половину дна «ямы» занимал бассейн, где купались обладатели браслетиков местных гостиниц, а другую половину занимал бетонный танцпол, над которым болтался устрашающего вида и выгоревший на солнце агрегат для подачи пены. Когда-то подобные места мне казались местами притяжения и подражания Америке. Надо сказать, мне там понравилось. Большие плюсы были в открытом пространстве, свежем воздухе, колоритной публике, нехитром брутальном дизайне, неожиданностью этой «находки» и многом другом. Здесь было что обсудить, над чем пошутить, смеялись мы много и весело. Взять хотя бы «сектора», разделённые по тематике: «спорт», «игротека», «песочница», «счастье». В секторе «спорт» лежали две гантели, а в секторе «счастье» был расположен деревянный поддон. Очень минималистично и концептуально. Так же имелся батут всего за 50 рублей/10 минут, и наша спортивная Света могла напрыгаться от души.
Потом мы пошли на пляж. На море был штиль, вдалеке собирались живописные тучки, освещаемые июльским знойным солнышком. Впечатление от идиллистической картины мира портило изобилие медуз-корнеротов. Мне их жгучая слизь была как слону дробина, я лишь боялся соприкоснуться с ними чувствительными частями тела, а вот Машу и Свету они пугали не на шутку, когда ты плаваешь, а в радиусе метра от тебя обязательно есть 1-2 особи. Как я ни старался очистить кусочек плавательной площади, всё-равно находились ещё и ещё и в конце-концов я понял, что лучше просто не обращать на них внимания. Не все отдыхающие разделяли такой подход, мало кто купался вообще. Нас позабавила пара взрослых упитанных мужиков, судя по всему, военных, которые со всей силы бросали в медуз тяжёлые камни, отмечая удачные попадания бурными радостными возгласами. Так прошёл день, мы прогулялись до нудистского пляжа, свернулись, когда тучи подбирались уже к нам и в небе стали заметны всполохи небольших водяных смерчей, но очень быстро всё рассеялось, не успев толком начаться.
Ужин мы провели в том же Колизее, затем пошли пешком гулять на 30-ю батарею рядом с приметной часовенкой, похожей на подсвечник с 5-ю свечками. Мы проходили по району, где всё было названо в честь Софьи Перовской: улицы, скверы, усадьба, даже винодельня «усадьба Перовских». Напомню уважаемым читателям, что Перовская была известной революционеркой из аристократов (её отец одно время был губернатором Петербурга), которая организовала в Одессе убийство Александра II, сбегала с каторги, жила и скрывалась, в том числе в Крыму. Батарея с двумя огромными бронебашнями была закрыта для посещений, но прогулка нам всё равно очень понравилась, и мы с холма наблюдали морской закат. По пути в отель у нас даже получилось купить пенные бомбочки для большой угловой ванной, чтобы успеть насладиться остатками роскоши перед отъездом в основную часть города федерального значения Севастополя.
Продолжение следует …