Елизавета родилась в первый день зимы в городе, где зима – образ жизни. Даже у тех, кто никогда там не был, Ханты-Мансийск ассоциируется с белым снегом, прозрачным льдом, мохнатыми оленями и, конечно, северным сиянием.
С детства Лиза отличалась неуёмной деятельностью. Всегда что-нибудь конструировала, собирала, строила, то и дело придумывала себе безумные занятия типа: «Мне срочно нужен домик для лягушки. Где у нас доски и гвозди?». Подросла – и стала активным подростком с ярко-синими волосами. Ходила в театральную студию, исправно занимала первые места на конкурсах чтецов, вела линейки и праздники. Играла в рок-фолк-этно-кавер-группе «Восьмое поколение».
— Мы выступали в разных школах города и на мероприятиях. Исполняли всё, что нам нравится – старые песни Queen, Green Day, «Сплин», Animal ДжаZ. Такая несуразица с жанром – из-за набора инструментов. Наш музыкальный руководитель был не против экспериментов, поэтому, кроме основного набора (ударные, соло и бас-гитара, клавиши), использовали мы всё –балалайку, губную гармошку, какие-то неведомые африканские дудочки и прочее. При этом какофонии не создавалось. Огромный профессионализм учителя, его любовь к нам и музыке создавали приятные уху, пусть и непривычные коктейли. Я в группу пришла учиться игре на ударных, но потом обстоятельства изменились, и однажды я принесла на репетицию свою маленькую гитарку-укулеле. Оказалось, что звонкий задорный звук моей четырёхструнки отлично вписывается в музыку «Сплинов», не говоря уже о рэгги и кантри. Сейчас у меня профессиональный инструмент со встроенным звукоснимателем, но те наши ежедневные репетиции и выступления я вспоминаю с теплотой. А мои музыкальные вкусы так и остались чрезвычайно разнообразными.
Свой родной Ханты-Мансийск Елизавета всегда очень любила, но это не мешало ей много путешествовать. Родители старались показывать дочке новые места и, когда ей было лет 14, привезли в Петербург.
—Конечно, я влюбилась с первого взгляда! Как сейчас помню: это был март, очень непредсказуемая и довольно неприятная погода, гололёд. Мы жили в гостинице у Аничкова дворца и каждый раз, выходя на Невский, я теряла дар речи. Даже серьёзно упала, запнувшись о ступеньку, потому что засмотрелась на красоту.
Город для взрослой жизни был определён, и в 17 лет, после окончания школы, Лиза перебралась в Петербург. Конечно, туристический вариант и реальная жизнь изрядно отличаются, порой было непросто. Но Лиза со всем справилась, вписалась в здешний социум, адаптировалась к ритму жизни и расстояниям мегаполиса. «Полтора часа на общественном транспорте в одну сторону – это недолго», — три года назад Елизавета пришла бы в ужас от такой фразы, а сейчас для неё это обычное дело, потому что живёт она в Пушкинском районе – безусловно, прекрасном, но очень уж далёком от центра.
После того, как Лиза вступила в отряд и стала поисковиком Квант, это приобрело новый смысл. Теперь каждый раз, откликаясь на сообщение о выезде или автономной задаче, ей приходится решать логистическую задачу – найти, кто сможет заехать за ней, а потом вернуть назад. Впрочем, мы всегда стараемся ей помочь: несмотря на нежнейшую юность, Квант – ценный лесной поисковик.
Сама Лиза говорит, что её отношения с лесом сложились не сразу. Ребёнком вообще не любила его и не понимала. Когда родители брали с собой за грибами или шишками, начинала ныть через 15 минут. Устала, скучно, жарко, а ещё эти комарыыы... Разве корзинка кедровых орехов того стоит? Конечно, нет! Перелом случился в выпускном классе. Вначале Лиза открыла для себя прекрасный парк природы «Самаровский Чугас». А весной, готовясь к экзаменам, девочка поселилась одна на даче: топила баню, готовила на костре, выходила на пойму Иртыша, собирала берёзовый сок и просто слушала звуки природы.
— Поразмыслив, я поняла, что любовь к дикой природе заложена во мне генетически. Дело в том, что несколько поколений моих родственников большую часть жизни работали в лесу. Папа и бабушка – геодезисты, специалисты по сейсморазведке, а бабушка и дедушка с маминой стороны и вовсе стоят у истоков открытия нефтерождений в Западной Сибири. В Музее геологии, нефти и газа Ханты-Мансийска хранится большое количество материалов и экспонатов, подаренных нашей семьёй. Я этим горжусь и всегда с упоением слушаю экспедиционные истории родных. К сожалению, сама не пошла по их стопам: с геологией и геофизикой меня мало что связывает. Но лишь недавно я осознала свою удачливую судьбу. Я пришла в отряд. И это те же увлекательные, непредсказуемые лесные задачи. То же сообщество горящих происходящим людей. Просто цели иные.
Меньше чем за год Квант успела принять участие примерно в сорока поисках. Пришла в отряд зимой, поэтому вначале были только городские задачи, первого леса очень ждала. Он случился в конце апреля. Лиза рванула на выезд в ночь, после довольно сложного дня. Выйдя из леса после пяти часов работы на отклик, опустилась без сил на мох – лежала, не хотела вставать и понимала: да, это то, чем она будет заниматься!
— Каждую лесную задачу я стараюсь выполнять как можно правильнее и аккуратнее, в этом смысле я педант. Но поиски непредсказуемые. Поэтому всякий раз выходишь из леса с новыми навыками и знаниями об окружающем мире и о себе. Так сложилось, что за мой небольшой поисковый опыт уже были и «найден, погиб», и «найден, жив», и несколько эвакуаций. Мы переходили реку вброд, плавали в болотах, лазали по скалам, мокли под проливным дождём и жарились на парящем солнце, пугали дикую живность, преодолевали километры бурелома и сотни раз были укушены невероятным разнообразием кровососущих насекомых. Я чувствую себя в лесу спокойно. Но считаю, что нет такого момента, когда можно сказать: «Всё! Я всё умею и могу. Я крутой поисковик». Нет! Лесной поиск – это всегда многозадачность, неожиданность и требование постоянного совершенства и практики. А дикая природа – царство стихии, и как бы ты ни был подготовлен, уверен в своих силах и знаниях, она сильнее.
Родные горячо поддерживают Лизу. Мама читает все материалы в отрядных соцсетях, папа даёт рекомендации насчёт оборудования и амуниции. И, кстати, сам прислушивается к советам дочери: отправляясь за грибами, начал надевать яркий жилет. Несмотря на то, что в лесу как дома.
Вне поисков Елизавета – студентка университета, будущий специалист в сфере туризма. Попала в эту отрасль совершенно случайно и ни капли не пожалела. Мечтает открывать для людей отдалённые и малоизвестные уголки нашей страны и заниматься организацией активного отдыха. Сама же после череды лесных поисков отдыхает не очень активно: бисероплетение, украшения из эпоксидной смолы, вязание, шитьё, рисование. А ещё улучшение поисковой амуниции. Потому что в человеке должно быть прекрасно всё – даже болотные гамаши и чехол для фонаря.
— У меня есть своя поисковая примета. Я часто гуляю пешком по вечерам, и мой маршрут пролегает мимо нескольких храмов. Если я во время своей прогулки слышу колокольный звон (который часто начинает звучать в абсолютно случайный момент без привязки ко времени) – будет ночной выезд, и я туда поеду. Уверена, что по задачам нас водит не только стрелка компаса и навигатор, но и судьба.