Не, я отлично понимаю, что мы привыкли к тому, что 250-я дивизия она "Голубая", но все же... Я не стану утверждать, что "Azul" - это только синий, ибо это еще и бирюзовый и голубой и... (испанский язык все же бедноват на обозначение оттенков разных цветов). Но все же, рубашки фалангистов, они все же синие (причем темно-синие), а дивизия обрела своё прозвище именно по цвету рубашек — форме Фаланги.
Ну, а поскольку синяя рубашка (camisa) -это символ, немцы разрешили испанским легионерам оставить их рубашки. Ладно, обо всем по порядку.
Министр иностранных дел Испании Рамон Серрано Суньер, объявляя 24 июня 1941 года о формировании «Голубой дивизии», сказал, что СССР виновен во всем: в том, что Гражданская война затянулась, в том, что было беззаконие, массовые расправы, да и в принципе, СССР виноват в том, что была Гражанская война в Испании, а потому... (ну и далее по тексту). Речь была произнесена с балкончика здания национального комитета испанской фаланги на улице Алкала, 42 в Мадриде перед демонстрацией испанских студентов.
Серрано Суньер был ключевой политической фигурой в окружении Франко и главным «конструктором» франкистской политической системы. Его прозвали Cuñadísimo («куньядиссимус») — от испанского слова «куньядо» (свояк), по аналогии с «генералиссимусом».
Наследующий день появились объявления. В объявлениях о вербовке сообщалось, что с 27 июня по 2 июля будет производиться запись фалангистских добровольцев, «желающих сражаться против Советской России». Далее указывалось: «Записываться могут все члены фалангистской партии, желающие принять участие в славном крестовом походе. При записи предпочтение отдается:
1. Бывшим фронтовикам из националистической армии.
2. Бывшим пленным.
3. Товарищам-фалангистам, неопровержимо доказавшим свою преданность Испании.
Желательный возраст: 20–28 лет.
За добровольцами остается право на работу, выполняемую к моменту записи (зарплата будет в течение всей войны выдаваться семьям записавшихся). Кроме того, записавшиеся получат пособие на обмундирование, специальную ссуду, пособие на семью, а их родные — пенсию для вдов, сирот и т. д.
Конкретно это выражается в следующем:
а) 1000 песет выплачивается единовременно в момент записи в Голубую дивизию;
б) зарплата, которую они получали к моменту записи, а у безработных 7.30 песеты (жалованье легионеров), будет выплачиваться в Испании родственникам записавшихся»
В реальности, точно так же как организм во время болезни накапливает токсины, так и страна во время любой затяжной войны, (в наследство от нее) получает социальную группу, люди в которой при наступлении мирных перемен, не могут "социализироваться" обратно. Они привыкли воевать. Плюс к тому, каудильо нужно было избавиться от "лишних" союзников, людей, сильно о себе возомнивших (ставших возможными политическими конкурентами), от фалангистов, ставших ненужными, от "лишних" военных. Он готов был за это заплатить (естественно не из своего кармана). А еще висел "долг" перед Германией.
Правда не все ложилось на плечи Испании. Часть расходов взяла на себя Германия.
Указывалось следующее: «Вознаграждение, выдаваемое германской армией добровольцам, таково (приводимые данные касаются рядового солдата и, разумеется, соответственно изменяются для унтер-офицеров и офицеров):
А. Жалованье военного времени — 60 марок в месяц холостякам и 90 женатым. Эти последние, кроме того, получают по 18 марок в месяц на каждого члена семьи моложе 17 лет. Жалованье это не выдается наличными, а заносится на текущий счет солдата или выплачивается членам его семьи по указанию добровольца. Сам доброволец не может по своему усмотрению распоряжаться этими деньгами на территории, занятой германской армией. Выдача жалованья родственникам добровольца наличными или в форме перевода на текущий счет будет совершаться в Испании.
Б. Полевая прибавка — 36 марок в месяц для рядового солдата. Эти деньги будут выплачиваться каждому солдату ежедекадно, и он может свободно расходовать их в любом пункте военных операций, в германской империи или в оккупированной зоне.
В. Фронтовая прибавка — одна марка в день на человека. Эти деньги выплачиваются только за те дни, которые данное лицо или воинская часть, к которой оно принадлежит, находится непосредственно в сфере военных операций».
Ну и плюс к этому, оснащение, обмундирование, вооружение, все ложилось на немецкую сторону. Испания поставляла только "пушмясо".
Любопытно отметить, что в отношении выплаты военного жалованья испанский совет министров установил 10 октября 1941 г. следующие нормы: «…Поскольку принятое в германской армии нормальное жалованье запрещается расходовать в зонах военных операций и в оккупированных областях, оно выдается семьям добровольцев, к испанской дивизии эта мера относиться не может, так как германскую валюту запрещается вывозить из Германии точно так же, как испанскую из Испании. Для урегулирования этого вопроса принимаются следующие меры:
1. Испанское правительство выделяет сумму в песетах соответственную той, которая подлежит выплате испанцам из Голубой дивизии. Эта сумма, размер которой будет определен в порядке расчетов между Испанией и Германией через органы информации и связи, по приблизительным подсчетам составит 12,5 млн песет в месяц. Поскольку деньги родственникам добровольцев будут переводить испанские органы, вышеуказанная сумма должна быть передана им.
2. С другой стороны, германское правительство кредитует счет испанского правительства в германских марках на сумму, соответствующую приблизительно 12,5 млн песет…».
ПРинято писать, что легионеры не присягали Адольфу Алоизычу, что мол они клялись только бороться с коммунизьмом. Ну, как сказать... Вот текст:
Клянётесь ли вы перед Богом и вашей испанской честью в абсолютной верности Главе немецкой Армии Адольфу Гитлеру в борьбе против коммунизма, и клянётесь ли вы сражаться как храбрые солдаты и отдать вашу жизнь в любое мгновенье, чтобы выполнить эту клятву?
Ну, и нужно было только сказать "Клянемся!" Токмо... клялись легионеры "в абсолютной верности Главе немецкой Армии Адольфу Гитлеру", а так... не..., не клялись они просто борцуны с коммунизьмом.
Поскольку по объявлениям набрали мало, набор пустили по партийной линии. 26 июня руководители Фаланги в испанских провинциях получили циркуляр, в котором обозначались критерии для набора добровольцев: они должны были быть членами Фаланги или военными в возрасте от 20 до 28 лет.
75 % контингента должны были быть сформированы из бывших участников гражданской войны, и 25 % — "зеленые" добровольцы. По данным критериям был сформирован первый состав дивизии. Постарались отправить на фронт "неудобных". Состав был приблизительно такой (данные из советских разведдокументов):
а) 50–60 % составляют фалангистские кадры и активные члены фаланги;
б) 20–23 % — это авантюристы, деклассированные элементы, а также унтер-офицеры и офицеры армии, желающие сделать карьеру;
в) 15–20 % составляют отсталые крестьяне и безработные, обманутые фалангистской пропагандой насчет легкой войны и записавшиеся в “Голубую дивизию” в поисках выхода из затруднительного экономического положения;
29 июня 1941 года Франц Гальдер записал в своем дневнике: "Испания намеревается направить в Россию один легион численностью 15 000 человек. Мы хотим перебросить его в Рембертув (Варшава) и здесь вооружить".
13 июля 1941 года дивизия, под командованием ветерана гражданской войны генерала Агустина Муньос Грандеса отбыла из Мадрида. Дивизия отправлялась в своей форме: синих рубахах и красных беретах.
Правда, ехать пришлось с пересадкой, ибо испанская колея 1668 мм, не очень стыковалась с французской и немецкой (1435 мм). Потому, место окончательного сбора всех легионеров стал Ирун на границе с Францией. В окончательном варианте дивизия укомплектованная по традиционному для Испании четырехполковому штату (2 бригады по 2 полка), и насчитывавшая 18 693 человека (641 офицер, 2272 унтер-офицера, 15 780 нижних чинов), двинулась по железной дороге в Германию на полигон в городе Графенвёр. Франко "откупился".
Правда был не совсем тот результат, на который рассчитывали немцы. Они хотели Гибралтара (но операция Феликс так и не состоялась). В беседе с Муссолини вечером 25 августа 1941 года в своей штаб-квартире Гитлер с горечью говорил об Испании, заявив, что эта страна "страшно его разочаровала" (но это их проблемы).
Поездка у испанцев заняла 4 дня Немцы приняли добровольцев, и... все сделали по своему. Началось все не очень поэтично. Поначалу все было ничего.
31 июля добровольцы принесли присягу германскому знамени и присягнули на верность Гитлеру. Немецкий полковник произнес речь, а командир дивизии генерал Муньос Грандес в своем ответном слове сказал: “Фалангисты в нашей дивизии — это цвет моего отечества…" (ну, такие себе ... "цветочки")
В Графенвере вся дивизия была подвергнута медосмотру. 158 человек были отправлены в Испанию как больные венерическими заболеваниями. Но это еще не все. Нравы той (испанской) войны дали себя знать.
Почему я назвал Синюю дивизию "синей"? Пили испанцы поначалу (да и потом) много. Немецкая комендатура сбилась с ног. А, тут еще...
7 испанцев были осуждены за то, что не по согласию "взяли на абордаж" немок. Еще одного осудили только за то, что испортил пивную кружку (о голову немца). (Неудобно как-то получилось).
За 35 дней на немецком полигоне дивизию переиначили на стандартный штат немецкой дивизии? И стала она никакая не "синяя", а обычная 250-я дивизия Вермахта
22 августа дивизия оставила графенверские лагеря и погрузилась в вагоны для следования в Сувалки.
(Продолжение следует)