Всем привет! С вами канал «Хотите Знать?» и я, его автор, Леонид Блудилин.
Сегодня мы вспомним историю, пожалуй, самого знаменитого примера русского пиратства, погрузимся в средневековые политические интриги Руси и выясним, как город Вятка, ныне известный как Киров, стал тайным оружием Москвы.
К концу XII века на Руси окончательно утвердилась феодальная раздробленность. Крупные княжества разделялись на мелкие, которые вели постоянные войны с соседями, иногда объединяясь в кратковременные коалиции. Летописи того времени читать сложно — бесконечные походы сотен князей друг на друга, постоянные набеги половцев, горящие города. Больше всего в этой кровавой борьбе страдал Киев. За 75 лет до монгольского нашествия власть в Киеве менялась около 35 раз.
Именно в этой напряжённой и хаотичной обстановке произошли события, которые подарили нам историю о самых известных русских пиратах. Пиратах, которые имели собственную республику, устрашающую репутацию и специфические отношения с Москвой.
На северо-востоке Руси набирало силу Суздальское княжество. Его правитель, Андрей Боголюбский, одним из первых стремился к абсолютной власти, подчиняя себе бояр и дружинников. Позже его убьют на винтовой лестнице в Боголюбском монастыре, но до этого он был одним из самых грозных и влиятельных правителей своего времени.
В 1170 году его армия осаждала Новгород. Однако осада закончилась неудачей. Новгородцы успешно отразили штурм, взяв в плен множество врагов. Число пленных оказалось настолько большим, что цены на рабов на русских рынках резко упали. В тот год крепкого суздальца можно было купить всего за две нагаты — это около 7 граммов серебра, сумма совершенно ничтожная.
Однако победа далась Новгороду нелегко. Голод и боевые потери ослабляли город. Внутри Новгорода начались разногласия: горожане разделились на две фракции — одни выступали за мир с Суздалем, другие — против. В результате сторонники примирения победили, и между городами установился нейтральный баланс сил. Даже несколько лет Новгородом правил сын Андрея Боголюбского.
Те, кто проиграл в политической борьбе, покинули Новгород и двинулись на северо-восток, в густые, дремучие леса, населённые финно-угорскими племенами. "Ушли" — не совсем верное слово. В те времена по Руси не ходили, а плавали. Отряды новгородцев проплыли по рекам, захватывая по пути несколько городков, и в конце концов основали своё поселение — Вятку, небольшой славянский городок в землях удмуртов. Этот процесс называют славянской или русской колонизацией, а иногда и завоеванием.
Завоевание в данном случае — вполне справедливое слово. Однако, несмотря на военное подчинение, удмурты и славяне жили вместе и управляли своими землями сообща. Поэтому колонизацию можно рассматривать как сложный процесс взаимодействия культур. Также нельзя утверждать с полной уверенностью, что именно новгородцы инициировали этот процесс освоения Вятки.
Источники по этой теме вызывают немало сомнений. Завоевание и освоение Вятки заняло всего пару лет, и в местных летописях упоминаются две возможные даты основания города — 1181 и 1199 годы. Однако, как уже говорилось, историки относятся к этим текстам с долей скептицизма. Основной источник — «Повесть о стране Вятской» — был написан лишь в середине XVIII века, спустя примерно 550 лет после событий. Более того, эта повесть создавалась с определённой целью: поскольку в Вятке долго сохранялось язычество, нужно было доказать древность и истинность местного православия. Хотя этот текст в целом соответствует новгородским хроникам и археологическим находкам, нужно помнить, что перед нами поздняя церковная интерпретация.
Русские летописи долгое время не обращали внимания на Вятку. Небольшие славянские поселения вели там тихую жизнь, занимались земледелием и торговлей на волжском пути, оставаясь вне поля зрения крупных исторических событий. Даже сегодня Вятка официально празднует 650 лет со дня основания, хотя неофициально ей может быть около 850 лет.
Как это часто бывало в русской средневековой истории, всё изменилось после монгольского нашествия. Хотя северная периферия Руси осталась в стороне от похода Батыя, в эти земли хлынули тысячи беженцев с юга. Вдоль реки Вятки стало появляться всё больше славянских поселений. Беженцы назвали свою новую землю Вятской, а их государственное образование стало конфедерацией. Столицей конфедерации было небольшое поселение Вятка, а не крупный город, что само по себе было довольно необычным.
Управление Вятской землёй происходило через Вече, что сделало выбор республиканской формы правления неизбежным. По этой причине Вятку иногда называют либо «близнецом» Новгорода, либо его колонией, хотя это не совсем соответствует действительности. Вече в Новгороде и Вятке значительно различались. В Новгороде формально всё мужское население имело право участвовать в Вече, тогда как в Вятке это право принадлежало только знатным боярам, купцам, землевладельцам и удмуртской племенной верхушке, что делало правление более олигархическим. Подобной системы в Новгороде не было.
Ещё одной особенностью Вятской республики было отсутствие князя. В отличие от Новгорода и Пскова, где регулярно приглашали на княжение представителей Рюриковичей или литовцев, в Вятке изначально не было князя, и никому не приходило в голову его приглашать. Возможно, первые переселенцы бежали от княжеской власти, а может, Вятка была настолько изолирована, что враги туда просто не доходили, и необходимость в князе отсутствовала.
Даже когда вятчане сами начали нападать на соседей, князя у них так и не появилось. Вместо князей у них были атаманы — военные лидеры, что-то среднее между полководцами и администраторами. Конечно, эти атаманы не принадлежали к роду Рюриковичей. История их «пиратства» началась с нападения на собственную землю: в 1374 году новгородские ушкуйники, на 90 судах отправившись в Волжскую Булгарию, на обратном пути стали грабить всех, включая Вятку. Это событие и стало причиной первого упоминания Вятки в новгородских летописях.
Теперь самое время поговорить о знаменитых ушкуйниках. Первое, что вам выдаст поиск, если загуглить новгородских ушкуйников, — это "речные пираты". Звучит как знакомая история: у англичан — пираты, у французов — корсары, а у русских — новгородские ушкуйники. Но это слишком упрощённый взгляд, такой же, как если бы всех скандинавов называли викингами.
Ушкуйники получили своё название от "ушкуй" — так назывался тип судна, на котором они плавали. Ушкуи долгое время были основным транспортом на Руси, и их использовали для самых разных целей: от торговых и дипломатических миссий до военных и колонизационных походов. На чём же, как вы думаете, первые переселенцы приплыли в будущую Вятку?
Сам термин "ушкуйники" появился в Москве, а вот новгородцы и вятчане своих пиратов чаще называли "повольники" или просто "молодцы". Причём они особо подчеркивали, что эти разбойники действовали без согласия Новгорода, и сам город за их действия не отвечал. Однако плавание по рекам в то время было опасным делом, и все, кто отправлялся в путь, делали это с вооружённым сопровождением.
Любой путешественник того времени был одновременно и торговцем, и пиратом — всё зависело от того, какой караван он встречал на своём пути: хорошо вооружённый или нет. Однако со временем новгородцы, как и викинги, поняли, что грабить случайные караваны не так выгодно, как действовать организованно. Они начали объединяться в банды и разрабатывать целенаправленные рейды, нападая уже не на случайных путешественников, а на целые города. Грабежи в этом регионе были делом обычным: например, в 1187 году новгородцы вместе с карелами разграбили древнюю столицу Швеции, Сигтуну, и убили архиепископа. Домой они привезли огромную бронзовую дверь из одного из храмов Сигтуны, которая до сих пор украшает вход в Софийский собор в Новгороде (по крайней мере, так гласит одна из версий).
В 1318 году новгородцы захватили Або, тогдашнюю столицу шведской Финляндии, причём как раз в тот момент, когда туда свезли церковные налоги для Ватикана, собранные по всей стране за пять лет. Можно предположить, что новгородцы были осведомлены о положении дел, ведь такие успехи были бы невозможны без разведки в тылу противника. Если Европа боялась набегов норманнов, то сами норманны потом испытали на себе всю ярость новгородцев. Вскоре эта идея проникла и на восток, в Вятку.
Для вятчан грабить соседей было даже удобнее, ведь они почти не опасались ответных нападений. Достичь Вятки по суше было практически невозможно. Напасть по воде было теоретически возможно, но река Вятка была защищена цепью крепостей, которые пришлось бы захватывать одну за другой.
В средневековой Руси и Скандинавии вятчане считались настоящими беспредельщиками: они появлялись внезапно, грабили всё на своём пути и исчезали бесследно. В 1374 году новгородские ушкуйники всё же добрались до Вятки, и с этого момента вятчане перестали быть изолированной общиной, став частью феодальной системы. Спустя четыре года Вятка подчинилась Суздальско-Нижегородским князьям.
Этот союз казался надёжным: поставки хлеба из Суздаля были критически важны для Новгорода. Вятские разбойники активно участвовали в княжеских войнах, получая поддержку в борьбе с Новгородом. Всё шло хорошо до тех пор, пока вятчане не столкнулись с "большой политикой". Суздальский князь скончался, и его наследники начали междоусобицу, в которую быстро вмешались Москва и Золотая Орда.
Вятка в этой хаотичной борьбе оказалась на одной стороне с Москвой, за что ей пришлось поплатиться. В 1391 году поселения речных пиратов сжёг царевич из династии Чингизидов и булгарский наместник Бектут. Прошло 200 лет после Чингисхана, но его потомки, татары, всё ещё демонстрировали военное мастерство. Они сумели добраться до отдалённой Вятки по суше, причём с конной армией, несмотря на расстояние в полторы тысячи километров от Орды.
Вскоре Суздальско-Нижегородская междоусобица завершилась неудачно как для суздальцев, так и для нижегородцев. Москва и Орда нашли общий язык, и хан выдал московскому князю ярлык на владение обоими княжествами. Это хороший урок для тех, кто решит начать внутренние распри. В результате Вятка стала вассалом московских князей. Их логика была проста: если вы заключили союз с суздальскими князьями, а теперь суздальцы подчиняются Москве, значит, и вы — тоже.
Взгляды москвичей не особо учитывали мнение вятчан. Просто отказать Москве уже было невозможно. Если восстановить хронологию событий, то витчане заключили выгодный договор с Суздалью, чтобы защититься от новгородских пиратов, но спустя несколько десятилетий их начали «доить» московские князья. Жизнь в средневековой Руси была трудной: всё менялось стремительно и непредсказуемо.
Однако вятчане успели за это время проявить себя как агрессивные разбойники. Они заявились в подвластную Орде Волжскую Булгарию и разграбили два города так, что там больше никто не жил. Можно считать это утешительным призом. Их склонность к грабежам сыграла на руку и Москве. Вятка стала своеобразным бультерьером Москвы: в её внутренние дела князья не вмешивались, деньги почти не брали, но время от времени спускали ушкуйников с цепи, чтобы те отправлялись грабить Орду, Новгород или соседние племена.
В конце XIV века с востока на Волгу прибыл Тамерлан и разгромил Золотую Орду. Московские князья этому обрадовались и перестали платить дань Орде. Но вскоре власть в Орде перешла к соратнику Тамерлана — Едигею. Как только он укрепил своё положение, возник логичный вопрос: почему Москва не платит? Едигей собрал большую армию, пришёл в Москву и сжёг её дотла, оставив лишь Каменный Кремль, удовлетворившись выкупом в три тысячи рублей.
После этого Москва вспомнила про свой козырь — вятских разбойников. В 1409 году со стороны Вятки по Волге вышла огромная флотилия — 150 судов по Волге и 100 по Каме. Командовал этим походом Анфал Никитин, довольно забытый, но интересный персонаж русской истории. Анфал был новгородским боярином, который с юных лет увлекался речным разбоем. После разногласий с Новгородом он ушёл в Двинскую землю, где начал грабить новгородские караваны. Пойманный новгородцами, он сбежал из плена и направился в Вятку, где продолжил своё дело, иногда при поддержке московского князя.
Именно Анфал стал тем «бультерьером», которого Москва отправила против татар. Хотя ему, вероятно, было безразлично, что Орда сожгла Москву. Карательный поход быстро превратился в неуправляемый грабеж. Власть Москвы над вятчанами была настолько слабой, что они сочли логичным по пути ограбить города, подвластные московским князьям — Кострому и Нижний Новгород. Оба города серьёзно пострадали, но, как говорится, с кем не бывает.
На ордынских землях вятчанам повезло куда меньше. Планировалось, что две флотилии встретятся у Булгара, но одна из них, двигаясь по Волге, увлеклась грабежами и опоздала. В результате вторая флотилия осталась без поддержки и была разгромлена. Лидера вятской ОПГ Анфала Никитина взяли в плен, и, как отмечает летописец, сделали это с помощью лестных слов. Считается, что этот неудачный поход положил конец эпохе ушкуйного разбоя, но на самом деле самые яркие события были ещё впереди.
Анфал провёл в татарском плену девять лет, но в итоге сумел сбежать и вернулся на Вятку. Пока его не было, Москва, чувствуя свою силу, начала угрожать Великому Новгороду, отправив туда другого вятского атамана. Естественно, между новым лидером и вернувшимся Анфалом началась борьба за власть. Ключевое сражение произошло в Раздерихинском овраге, где столкнулись их группировки. Анфаловская сторона потерпела сокрушительное поражение, и сам Анфал погиб вместе с сыном.
Эти бандитские разборки позднего средневековья не уступали настоящим военным баталиям. Летописи упоминают о 4000 погибших в этом сражении, хотя цифры могут быть преувеличены. Однако значимость тех событий подчёркивает легенда о том, что именно после них был придуман знаменитый праздник "Свистопляска". Он, по одной из версий, посвящён памяти Анфала и его соратников. Праздник сопровождался ярмарками, кулачными боями, стенка на стенку, и своеобразной игрой в снежки, только вместо снега использовали глину. Когда нет интернета и развлечений, приходится придумывать что-то подобное.
Средневековая Вятка в XV веке в тесном сотрудничестве с Москвой процветала. Московское княжество росло, и её "бультерьер", вятчане, всегда получали свою долю добычи. Но, как и всё в средневековье, это сотрудничество в какой-то момент должно было закончиться. И в этот раз разразилась междоусобица, самая масштабная из всех. Династический спор между московскими князьями привёл к войне "всех против всех". Тридцать лет на Руси царили грабежи, убийства и увечья правителей. Появились известные персонажи: князь Василий Косой, которому выжгли один глаз, и Василий Тёмный, ставший слепым на оба глаза, но всё же одержавший победу.
Вятчане, к сожалению, поддержали не ту сторону в этой войне. Когда междоусобица завершилась, им стало ясно, что ситуация сложилась не в их пользу. К счастью, они предусмотрительно построили деревянный Кремль ещё во время междоусобицы. Этот Кремль стоял на реке Хлыновица, и крепость называли Хлынов. Однако гости города, путаница и некоторые летописи привели к тому, что Хлынов стали считать названием самого города, хотя это была всё та же Вятка.
Интересно, что в отдельных книгах закрепилось мнение, что слово "хлын" происходит от слова "вор" или "мошенник", и якобы город получил своё название из-за того, что там жили люди с таким "репутационным багажом". Возможно, эта путаница — результат фольклорных трактовок.
Первые русские историки также внесли путаницу, когда называли вятчан вятичами. Они исходили из упоминаний "Повести временных лет", где это слово использовалось, и, решив, что это логично, начали так их называть. Однако вятичи и вятчане — разные народы. Вятичи упоминаются в летописях, но археологических доказательств их существования почти нет. Эта путаница породила множество споров о том, кто такие вятчане, кто — вятичи, и почему город называли Хлынов.
После завершения междоусобицы, вятчане были готовы к вторжению московских войск. Василий Тёмный отправил полки на Вятку, но те упёрлись в новоотстроенный деревянный Кремль — тот самый Хлынов. Москвичи даже не стали пытаться штурмовать крепость, поскольку витчане решили проблему иначе — взяткой одному из московских воевод, который, по словам летописца, поспешил помочь.
За годы взаимодействия с Москвой вятчане хорошо изучили её слабые места, и, раз за разом, успешно использовали самое уязвимое — коррупцию. Для общества того времени это зачастую была не ошибка системы, а её особенность, своего рода форма коммуникации в условиях отсутствия других социальных институтов.
Через два года после первого осадного похода, москвичи вновь подошли к Вятке, доведя город до голода и вынудив его капитулировать. Вятка сдалась Москве, получив взамен право на самоуправление. Но, как показывает история, для жителей Вятки союзы с Москвой редко оборачивались чем-то хорошим.
Пока шли внутренние распри, на политической арене укреплялось Казанское ханство. Москва увидела в нём следующую цель для вятских набегов и в 1468 году отправила войска на Казань. Однако, пока вятский полк двигался в направлении Казани, хан внезапно напал на вятские земли и принудил местное боярство подписать соглашение, по которому вятчане больше не имели права вторгаться в Казань.
Интересно, что в те времена, несмотря на хаос и беззаконие, многие конфликты решались именно путём заключения договоров. Однако уже в следующем году на Казань двинулись только самые отчаянные смельчаки, большинство из которых погибло в том походе.
Тем временем, в других регионах действовал Вятско-Московский договор. В 1460-х годах вятчане активно грабили северные и северо-восточные земли Руси. В частности, они прошли по морю, доходили до Холмогор и Приуралья, где вместе с устюжцами дважды захватывали в плен мансийского вождя Осыку. Однако эти походы были лишь подготовкой к большему.
1470-е годы ознаменовали собой последние дни Великого Новгорода — места, с которого, как считается, началась история Вятки. И с ним она в значительной степени завершилась. Москва покоряла русские земли весьма прагматично. Власть над Суздалем и Нижним Новгородом она получила через соглашение с Ордой. Ярославль покорили с помощью грамотной бюрократии: была проведена перепись населения и имущества, в результате чего ярославские князья оказались вечными должниками Москвы. Ростов попросту купили — его правители продали своё право на власть. С Тверью дело обстояло сложнее, но Новгород оказался ещё труднее.
С Великим Новгородом отношения Москвы были слишком запутанными и сложными, чтобы всё завершилось быстро. Московские летописцы называли Новгород "городом дьявольской прелести", что, вероятно, жители Новгорода могли бы воспринять как своеобразный комплимент.
Часто обсуждают особую демократичность Северной Руси, и этот миф о свободолюбивых новгородцах и вятчанах, сохранявших вечевые традиции, действительно популярен. Но если взглянуть глубже, всё было не так просто. Вече существовало по всей Руси и часто имело большее значение, чем княжеская власть. Некоторые историки считают, что закат Веча связан с монгольским нашествием. Монголы предпочитали централизованное управление, где подчинённые исполняли волю хана. Голосования и коллективная ответственность для них были ненужными излишествами. В регионах, куда пришли монголы, Вече исчезло, осталась только княжеская власть. Но в Пскове, Новгороде и Вятке, куда монголы не добрались напрямую, Вече сохранилось.
Эта древняя традиция угасала медленно. Вече существовало даже спустя 150 лет после нашествия Батыя. Более того, в 1382 году, когда хан Тохтамыш подошёл к Москве с целью сжечь город, а князь Дмитрий Донской сбежал, москвичи не растерялись и собрались на Вече, возглавив оборону с князем Остеем.
Решили не пускать Тохтамыша в Москву, но это завершилось трагически. Ордынцы хитростью обманули защитников, захватили город, устроили резню и сожгли его. Надежды на возрождение Вечевого строя не оправдались. Более того, против вечевых собраний выступили не только князья, но и духовенство, которому такие городские советы не нравились. Однако сам факт существования Вече даже в Москве о многом говорит.
Вернёмся к походу на Новгород. На этот "пир" собрались многие русские князья и бояре. Новгород был почти обречён, но у него оставалась последняя надежда — помощь Золотой Орды. Новгородские дипломаты приложили усилия и добились поддержки ордынцев. Однако Москва, как обычно, использовала свой тайный козырь — отряды вятских ушкуйников. Вятский набег на столицу Золотой Орды — Сарай — стал одним из самых известных эпизодов русского средневекового пиратства.
К сожалению, сведений об этом событии крайне мало. По летописям, командовал отрядом авторитетный атаман Константин Юрьев. Ушкуйники спустились по Каме и Волге и внезапно появились у стен Сарая. Ордынцы не ожидали нападения с реки, уверенные, что их враг может быть побеждён лишь в степи. Вятские пираты ворвались в город, устроили резню и, по слухам, захватили некоторых ордынских княгинь. Атаман Юрьев, как говорят, даже взял себе в жёны одну из женщин великого хана. После этих событий Орда отказалась помогать новгородцам и вместо этого отправила войско в погоню за Юрьевым, но тот сумел уйти.
Главное здесь — вятчане выполнили стратегическую задачу, поставленную Москвой: не дали Орде поддержать Новгород. Вскоре Новгородская республика пала. Но следующим на очереди оказался ещё один "город дьявольской прелести" — Вятка. Москва больше не собиралась терпеть её независимость и вечевое устройство.
В то время Вятка переживала политический кризис, схожий с тем, что уже произошёл в Новгороде, Суздале и Казани. Одна часть горожан, преимущественно бояре, выступала за союз с Москвой, другая, в основном разбойники-ушкуйники, была против. Возглавлял сторонников Москвы атаман Константин Юрьев. Для бояр подчинение Москве означало утрату власти, тогда как для ушкуйников это было выгодно — Москва давала поводы для новых набегов.
В результате победили бояре, и они начали войну с Москвой. Летом 1489 года к стенам Вятки подошло огромное московское войско, численностью, по летописям, 64 тысячи человек. Вятчане надеялись укрыться за стенами своего деревянного Кремля, как это уже произошло столетие назад, когда им удалось сохранить самоуправление. Но в этот раз план имел слабое место — сам Кремль был деревянным.
Москвичи стали подвозить к стенам города дерево, бересту и смолу, готовясь к поджогу. Оценив ситуацию, вятчане решили сдаться. Простые горожане присягнули Москве на верность крестным целованием. Однако условия для вятской знати оказались суровыми. Всех бояр отвезли в Москву, где Иван III приказал избить сторонников независимости батогами, а их лидеров повесить. Возвращаться на родину им было строго запрещено.
Так завершилась история независимости Вятки и её свободолюбивых ушкуйников. Многие считают, что грозным был только Иван IV, но и Иван III при жизни носил такое же прозвище, ведь именно при нём закончилась эпоха независимых вятских пиратов, по-настоящему уникальных фигур русского Средневековья.
Озвучка этого материала здесь 👇👇👇
Не забудьте поставить лайк этой статье и подписаться на канал, если ещё не сделали этого! Я знаю, что многие из вас читают без подписки — сделайте это прямо сейчас, это просто, а мне будет приятно. Также не стесняйтесь делиться этой статьёй со своими друзьями — возможно, и им она покажется интересной. И, конечно, помните, что вы всегда можете поддержать меня на платформе Бусти или разовым донатом.