В декабре 2014 г. истек срок контракта нашего ЧОПа с МФЦ (Многофункциональный Центр) и, с нового, 2015г. нас перебросили на другой объект – «Бомж-Центр». Точнее перебросили меня и моего пред-сменщика Андрюху. А мой сменщик побоялся идти сюда и его отправили работать на объект городскую больницу.
Бомж-центр, это некое социальное учреждение, куда направляют бомжей и всех лишившихся жилья, для их дальнейшего устройства и адаптации. Пока они содержатся в Центре их кормят одевают, восстанавливают документы, они проходят медкомиссию. Инвалиды получают инвалидность, остальных направляют в Центр занятости для трудоустройства. У кого появлялись свои доходы – направляют в социальную гостиницу, здесь же при центре – нечто вроде общежития - на платной основе. Желающие могут поискать жилье альтернативное.
Задача охранника состояла в том, чтобы контролировать пропускной режим на КПП не пускать наружу «клиентов», выход которым запрещен, посетителей записывать в журнал для посетителей. О вновь прибывших бомжах докладывать руководству; открывать ворота для автомашин и записывать их в журнал. Периодически обходить помещения и территорию – «для порядку…» Отвлекаться, т.е. слушать радио, музыку, смотреть телевизор, читать – запрещалось. Т.е. охранник должен был с утра до вечера сидеть и пялиться в стену пред собой.
Некоторое время вместо 3-го сменщика к нам присылали сменных «подработчиков». Но вот, наконец-таки, нам дали нового, постоянного вновьпринятого охранника. Это был мужик лет 50-и на вид, роста выше среднего, крепкого телосложения, седоватый, с небольшой, но широкой бородой и с черными бровями, что делало его немного похожим на Шона Коннери в старости. Вскоре, за внешний вид, мы ему дали кличку – «Борода».
У него была дурацкая привычка – много говорить. Бывало меняешься с ним утром, а он как начнет свои «байки» рассказывать, стоять и слушать его нет никакого желания, а просто послать и уйти как-то неудобно… При том, стоит ему что-то ответить на его «байки», он на твои слова еще какой-нибудь длиннющий монолог затянет. В общем, я понял, что с ним лучше ни в какие разговоры не вступать. – едва он пришел, сразу передавать ключи и бежать, пока из него «базары» не поперли…
Как-то при передаче смены выяснилось, что он почти никого из въезжающих на территорию машин не записывает. В ответ на мои претензии, Борода заявил, что не считает это нужным. В общем я понял, что ему просто лень заморачиваться с этим. Напомнил, что это обязанность охранника в соответствии с должностной инструкцией. В ответ он скорчил критическую гримасу на своей «морде лица, не обезображенную интеллектом» и выложил длиннющую тираду с общем смыслом «…да нахер надо жабу мочить!» Пришлось разъяснить «нахер».
Если на территории или рядом случиться какие-либо происшествие и будут проводить проверку, надо будет поднять все документы, журналы, надо будет выяснять кто, когда приходил, заезжал, выезжал… А он вот такой-вот «крутой» решил все дураки – один он «такой вот – умнай»...
Мои речи не шибко его убедили. Хотя иногда может получиться, что именно такая-вот простая запись в журнале может стоить кому-то жизни или свободы. В моей практике не раз были такие случаи.
Одного алкаша посадили за убийство своего брата в частном доме. Основным доказательством послужили показания свидетелей – соседей по дому, которые слушали их крики и вопли полночи, как один убивал другого. Братоубийцу посадили в спец психбольницу, (выяснилось, что он «псих»). Однако его мать вскоре разыскала запись в журнале медвытрезвителя, о том, что он в ночь убийства находился в «трезвяке». Его освободили. Соседи были в шоке, ибо теперь им пришлось жить с психбольным убийцей в одном доме, всего через коридор, общий на двух хозяев.
Был и другой случай. Один мой старый «знакомец» Васютин написал на меня донос, якобы я оскорбил его сына сидя на УПМе (Участковый пункт милиции). Я подал на него в суд за клевету. На суде «Васютка» заявил, что он якобы еще приходил на УПМ и я его там его злобно «оскорбил» (вот такой вот я двойной «гад» оказывается!). При этом он указал тот день, когда я дежурил в ОВД в ГНРе (Группа Немедленного Реагирования).
В ходе суда я пояснил, что в этот день дежурил в ГНР. Васютка нагло заявил, что я мог отпроситься, прийти на УПМ (интересно для чего?) и «обскорбить его» (самым злостным образом, тык-скать!) Так вот значит для чего! Т.е. силой мысли я проведал, что именно в этот день, в это время Васютка придет на УПМ и специально провернул всю эту мноходовую «спецоперацию».
Смеясь в душЕ, я на это я сообщил, что в дежурной части ОВД имеется журнал ГНР, в котором все записано – когда и где я находился, куда выезжал, от кого принимал заявления и объяснения, на кого составлял протоколы. Тоесть, мое присутствие в ОВД можно доказать не только документально, но и свидетелями.
В общем опять Васютка облажался, глупо и стремно…
К слову сказать, я был единственный из всех участковых, кто, дежуря в ГНРе тщательно записывал все пункты в журнал. Старая солдатская поговорка гласит: «Старый воин - мудрый воин, молодой воин глупый воин!» Любая запись, любой документ может пригодиться потом и выручить тебя. Да и вообще привычка к порядку в ведении документов, и к порядку вокруг себя не редко выручала меня…
29.11.2022г. Доработан 03.07.2024г.