В последнее время Янина неохотно возвращалась домой с работы. Подолгу бродила по магазинам, оправдываясь сама перед собой, что что-то планировала купить, но забыла, что именно. Когда было настроение, заходила в бутик для женщин, меряла наряды, выбирала туфли, рассматривала сумочки и украшения. Продавцы знали уже её в лицо и не торопились подходить, потому что никогда ничего она не покупала. Она просто искала, где провести время.
Она любила свой дом, свою новую квартиру, которую они с мужем Ильей выкупили несколько месяцев назад, и вздохнули с облегчением. Как же хорошо осознавать, что уже никому и ничего не должны, что уже не нужно себе во всем отказывать, в первую очередь, заботясь об ипотечном платеже. И все было бы в их семейной жизни просто идеально, если бы не поселилась у них свекровь.
Мама Ильи Вероника Афанасьевна жила в доме старой постройки без лифта. Когда она стала жаловаться сыну, что уже сложно ходить на свой четвертый этаж, когда стала донимать его бесконечными просьбами сходить в магазин или в аптеку, Янина устроила Илье разбор полетов.
— Слишком много времени проводит он у своей матери. Лучше бы подработку какую-нибудь нашел, чтобы с ипотекой побыстрее рассчитаться, — заявила она.
А он ответил, что уже нашел способ, как решить несколько сложных проблем, притом в одночасье. Молодая женщина обрадовалась, но расспрашивать не стала. Не в ее правилах было интересоваться, где супруг берет деньги и каким трудом они ему достаются.
А спустя месяц, после этого разговора, давно уже позабытого Яниной, Илья вдруг перевез мать в их новую квартиру и заявил, что теперь она будет жить с ними.
— Места, мол, предостаточно, и мама займет маленькую комнату с окном в тихий двор. А гулять она сможет выходить сколько угодно. Квартира хоть и была на пятом этаже, но лифт работал бесперебойно, — сказал он.
Янина тогда только пожала плечами. Она привыкла, что супруг самостоятельно принимает решения и не очень-то с ней обсуждает. Тогда она еще не понимала, что пожилой человек в доме для нее станет проблемой. Вероника Афанасьевна, всю жизнь проработавшая директором в школе, на восьмом десятке была еще женщиной довольно подвижной и самостоятельной.
Да, ноги ее иногда подводили, но в новом доме она может выйти на улицу когда угодно, хоть несколько раз в день. Это не по ступенькам воевать, как в старом жилище. А без общения с людьми и природой, женщина не представляла свою жизнь. Она быстро нашла во дворе единомышленников, которые подходили ей по возрасту и отношению к жизни. Тех, которые не считали приемлемым тратить свою жизнь на сидения на лавочках и сплетни.
Старички занимались обустройством двора. Теперь в обязанности Ильи входило не путешествие в аптеку, а нужно было сопровождать ее на автомобиле, причем часто с кем-нибудь из ее комсомольского отряда, как их смеясь называли. Пенсионеры ездили по садовым центрам, выбирая растения, наиболее подходящие для их двора. Иногда он все выходные проводил с мамой и ее новыми подругами, увлекшись их вознёй, что очень не нравилось супруге.
Уже весной двор было не узнать. Вокруг были молодые деревца, подвязанные к деревянным палкам, чтобы ветер не сломал. Деревца также побелили. И это делало двор светлым и праздничным. А вечно зеленые кусты вдоль дорожек были, хотя и невысокими, но аккуратно подстриженными. А еще были клумбы. Много клумб! Как красиво и уютно стало во дворе, жильцы узнали в полной мере, когда зацвели посаженные на этих клумбах цветы.
Илья не мог нарадоваться. Мама даже помолодела, погруженная в свои заботы. Глаза ее сияли молодостью и задором, и не один раз она поблагодарила сына, что настоял на переезде. А она, глупая, еще и сопротивлялась, говорила, что будет мешать его семье.
Недовольной происходящим оставалась одна Янина. Постоянное присутствие постороннего человека в доме сильно ее угнетало.
— Ну что это за жизнь, если ты не можешь в своем доме ходить, как хочешь? И в чем хочешь? — размышляла она.
Она так мечтала о собственном семейном гнездышке, где были бы только она и её муж. Она даже попыталась поговорить об этом с супругом.
— Ну, во-первых, это моя мама, а не посторонний человек, и она часть нашей семьи, — ответил Илья. — Хотелось бы тебе этого или нет? А во-вторых, пока я жив, моя мать не будет ни в каких пансионатах, даже самых дорогих, где кормят золотыми ложками. Так что я больше не хочу этого слышать. А относительно запаха, не понимаю, о чем ты говоришь. Моя мама очень щепетильна в этом вопросе, и я сам лично помогаю ей с этим.
— Да, ее комната не пропитана парфюмерией, как наша, — добавил он. — И кстати, я был бы тебе бесконечно благодарен, если бы ты что-то с этим сделала. Там же спать у нас невозможно, как на парфюмерной фабрике живу. Честно, лучше бы в доме котлетами пахло, а не этими надоедливыми духами.
Янина действительно не знала меры в парфюме, но ведь она и стала чуть ли не купаться в духах, когда свекровь поселилась в их доме.
Еще и кота этого облезлого притащила с собой. Где она только подобрала его, такого несуразного? Везде ходит, на стол прыгает, кругом шерсть от него, и горшок кошачий в ванной, и так противно воняет.
— Фу! Животные должны жить на улице, а не в квартире, — думала она.
Последней каплей в терпении молодой хозяйки была орхидея, сброшенная котом с подоконника. Этот цветок подарили Янине сотрудники на день рождения, чем она очень гордилась. Красивый подарок красивой женщине, вспоминала она слова начальника.
Впрочем, чего греха таить? Пока свекровь к ним не переехала, орхидея влачила жалкое существование. Хозяйка водрузила ее на окне в гостиной и сначала бесконечно любовалась цветущей красавицей. А когда цветы закончились, и в горшке остался только голый стебель с лопатами листьями, она успешно забыла об орхидее и перестала ее поливать.
Вероника Афанасьевна сразу же заметила несчастное растение. Она принялась выхаживать его, лечить. И скоро цветок ожил, выбросил новые зеленые листочки. Появилась цветочная стрелка.
Но Янине хватило и этого. Она, как коршун, налетела на пожилую женщину.
— Вы тут, вы с вашим идиотским котом! От вас только одни неприятности! — говорила она громко и сердито, захлебываясь собственной злостью.
Она не задумывалась ни на секунду над тем, что перед ней пожилая женщина, к тому же мама ее мужа.
— Какого черта вы вообще приехали к нам? Уселись нам на шею. Мы вас кормим, содержим, а вы только гадости делаете! Я на вашем месте уже переезжала бы куда-нибудь, в пансионат какой-то, например, и не мешала бы нам жить. Подумайте об этом, подумайте о сыне!
— Я о сыне думала, пока он рос, — спокойно ответила пожилая женщина. Ее стрессоустойчивости можно было бы позавидовать. Явно сказывалась многолетняя практика в школе. — А теперь я не вижу ничего противоестественного, что он заботится обо мне. Да и вообще, почему я должна куда-то уезжать из собственного дома? Я здесь не меньшая хозяйка, чем ты.
— Это как? — не поняла Янина. — Что еще взбрело в голову этой старухе?
— Да вот так! Все просто! — улыбнулась пожилая женщина и поставила на подоконник горшок с цветком.
Пока невестка орала, что есть мочи, она собирала рассыпавшееся содержимое горшка, будто бы ничего и не происходило. Тебя же, Яночка, ничего не интересует, что происходит вокруг. Ты же украшение жизни моего сына, и он должен посвятить ее удовлетворению твоих потребностей, так?
Вот, чтобы быстрее выплатить ипотеку, и чтобы можно было спокойно возить тебя по курортам, выполнять все твои капризы, он предложил мне продать свою квартиру и переехать к вам жить. А чтобы я не опасалась, что окажусь в каком-нибудь пансионате, а я вижу, что он был прав, опасаясь этого, то он сделал меня совладелицей этой квартиры.
Так что та комната, в которой я живу, как ты считаешь по твоей милости, по закону принадлежит мне и моему Барсику. Меня выгнать из нее ты не имеешь никакого права. Так что угомонись, милочка.
А кстати относительно того, что ты кормишь меня, то я тебе замечу, что в этом доме всех кормит мой сын и тебя в том числе. Ты же свою зарплату тратишь только на собственные капризы и ни копейки в дом не приносишь. Разве не так?
Ты вот сядь, да прикинь, сколько денег уходит в месяц только на тебя. Думаю, что элементарная арифметика уровня третьего класса тебе, секретарше с опытом, под силу. Научилась же пользоваться оргтехникой в кабинете шефа. Значит, научишься и собственный доход рассчитывать. Ума много не нужно.
Янина была в оцепенении от слов до этого тихой и спокойной женщины. Но, наверное, всему всегда приходит конец. Вероника Афанасьевна решила постоять за себя. И осадить эту девчонку, которая забыла о том, кто в доме хозяин. Слишком уж разбаловал ее Илья своей любовью.
После этого разговора Янина как-то притихла. Перестала жаловаться мужу на свекровь и упрашивать его перевезти ее в пансионат. Она даже промолчала тогда, когда Вероника Афанасьевна поставила детей перед фактом, что едет в санаторий суставы подлечить.
— А курс лечения занимает месяц, и денег на такой продолжительный срок у меня не хватает, — сказала она. — Надеюсь на вашу помощь.
Илья ответил, что это не проблема, и пусть мама отдыхает, сколько ей заблагорассудиться. Она его вырастила одна, рано овдовела, и теперь может всегда рассчитывать на его помощь и поддержку.