Я отлично понимаю, почему отдельных комментаторов начинает "бомбить" от моих статей, ибо история без мифологии очень многих не устраивает, а крыть-то нечем. Я отлично понимаю, что "ломаю" чей-то дисер, но...
Amicus Plato, sed magis amica veritas.
Я ж как саксаул (не, не то), аксакал (не, опять не то...) а, вот: как акын, что вижу - то пою. Я даю все чисто по документам (не только документам противника, как пытаются выставить мои оппоненты, но и по нашим). И выводы я делаю только тогда, когда есть минимум два источника. Вот только выводы мои, увы, не устраивают "евроагитаторов".
Если честно, мне безразлично мнение людей, которые тупо и уперто пытаются выполнять свои (не очень правильные) задачи. Но, наверное, они за это денег получают ))) (Надеюсь хороших, мжет, даже американских) А иначе, какой смысл в их писанине?)
Военные очень четко отслеживают терминологию. Попробуйте сказать, человеку уволенному в запас, что он вышел в отставку (буря возмущения будет). Или попробуйте назвать корабль судном (там вообще тапками закидают). Немецкие военные были еще более щепетильны в вопросах терминологии, но есть нюанс. Они щепетильны только до поры, пока в дело не вмешивается политика (там вся "щепетильность" заканчивается.
Есть четкие и однозначные немецкие военные термины, которые имеют четкий и однозначный перевод на русский язык.
Вербо́вка (от нем. werben) — система ДОБРОВОЛЬНОГО комплектования армии и флота посредством вольного найма, на определённый срок службы. (кстати, реклама -тоже werbung).
Но есть и другие слова "Erfassung" -обнаружение, выявление, арест. "Umfassung" -учет, перепись, "Rekrutierung" - рекрутирование и.т.д. . Термин «Aushebung», переведенный в документах, почему-то как «вербовка», в действительности, переводится, как «принудительный набор», хотя этот термин в гражданском словаре имеет смысл «выискивание», «задержание», «арест» или, а в военном словаре 1912 года этот термин имеет достаточно сложный перевод: «сбор военнообязанных на призывном пункте».
С переводами вообще все "очень грустно". Некоторые варианты перевода являются совсем... (некорректными). Например, в одном из вариантов перевода доклада от 15-го февраля 1942 года указывается, что: «Айнзатцгрутша «Д» организовала концентрацию татар в одном месте сбора, а во многих случаях они передавались в воинские части, куда они предназначались. После их освидетельствования в воинских частях те татары, которые не подходили для службы в строевых частях, направлялись снова через айнзатцгруппу в свои деревни». В оригинале документа использовано слово «mehrere» (некоторые, несколько, немногочисленные) т.е. все переведено с «точностью до наоборот».
А, теперь, давайте отделим мух от котлет. Попробуем провести анализ исходных документов. В связи с тем, что формирование этих частей осуществлялось противником, приоритет должен принадлежать данным, полученным из документов противника. В настоящее время удалось выявить несколько немецких документов, являющихся частичной компиляцией одного первоисточника:
1. Черновики доклада Айнзацгруппы „D“ «Рекрутирование крымских татар»
2. Отчет Айнзацгруппы „D“, от 15 февраля 1942года: «Рекрутирование крымских татар», который является приложением к журналу боевых действий 11-й армии
3. Копия с оригинала доклада «доклада зондерфюрера Зифферса» в штаб 11-й армии (1С) от 20 марта 1942года, направленная в группу армий «Юг» 20-го апреля 1942г. и
4. Русский перевод «доклада зондерфюрера Зифферса» от 20 марта 1942года ,
5. Текст доклада на совещании по формированию легионов из кавказских народов от 28 апреля 1942 года (докладчик гауптман Кёппер), составленный зондерфюрером Зифферсом.
Все эти документы являются вторичными, отчетными документами, в которых Айнзацгруппа „D“ представляет результаты своей работы. Естественно, при предоставлении отчета, каждое отчетное лицо стремится представить результаты своей работы в наилучшем свете.
Первичные документы дают несколько иную информацию.
Но пока смотрим "доклады", т.е. документы вторичные (отчасти пропагандистские). За счет их направленности, эти документы содержат некоторые смысловые искажения, и, как следствие, требуют перепроверки первичными документами 11-й армии и службы СД.
Открываем отчет 11-й армии по "работе" с татарским контингентом. Начинается документ четко и понятно. Он говорит о том, что операция проводилась под руководством отдела 1С (разведка) штаба 11-й армии. Был назначен офицер, ответственный за взаимодействие с айнзац-группой "D" которая и являлась главным "соисполнителем". Пока все понятно, но дальше идет "каша". Почему?
Да потому, что все мешается в кучу, скомканы воедино разные этапы проведения операции. Гораздо внятней и понятней описал действия Айнзац-группы сам Отто Олендорф на допросе. Операция состояла из нескольких этапов.
Задача №1 Указывалось что ее задача по возможности ВЫЯВИТЬ боеспособное татарское население и произвести перепись.
Задача №2 На ДОБРОВОЛЬНОЙ основе передать армейским службам для формирования татарских рот самообороны (роты самообороны считались армейскими формированиями) Тут все понятно (и вопросов не вызывает).
Была еще "задача №3" по отбору по физическим данным (медкомиссия), которую выполняли только немцы (и здесь все было для них "очень грустно", ибо только среди пленных были более или менее боеспособные бойцы.
Далее читаем внимательно: "В армии РЕКРУТИРОВАННЫЕ татары..." Стоп. Фраза непонятная. Почему "в армии"? Занималась же этим всем айнзац-группа. Оказалось не всем.
Более четко ситуацию описывает в своих показаниях О.Олендорф. (Без его "пояснений" понять сей мутный текст было бы сложно). Он указывает:
"Задачей айнзац-группы являлось выявление боеспособных татар среди населения, их вербовка на добровольной основе. Армия для своих нужд привозила пленных из Дулагов эшелонами в места концентрации. Айнзац группе была предоставлена возможность вербовки пленных для формирования рот самообороны. Вербовку добровольцев среди пленных вел представитель мусульманского комитета Керменчикли. Остальных пленных армия использовала по своему усмотрению"
Да, "есть такая буква в этом слове". В принципе, вполне логично, ибо Дулаги - это такие же части Вермахта. Но изначально планировалось все иначе. Из того же источника:
6 января для набора добровольцев среди военнопленных были направлены представители айнзац группы D оберштурмфюрер Шульц и оберштурмфюрер Шуберт в лагеря Херсон и Николаев. Однако командованием отдела 1С 11 армии было принято решение о вывозе всех пленных татар в Крым.
Фокус заключается в том, что параллельно шли три процесса: "выявление боеспособного контингента", "вербовка" и... "рекрутирование" т.е. мобилизация.
В разных районах Крыма "мобилизация" шла по разному. Из района Судака и Карасубазара "учтенных" свезли на один сборный пункт (около 1200 человек), где шла их "обработка" выявлялись "добровольцы" и в случае их согласия сразу же шла немецкая медкомиссия по определению их "профпригодности". Категорию "В" сразу передавали в айнзац-группы.
По результатам работы "призывного пункта" в Карасубазаре, немцы написали о том, что "кто хочет служить - непригоден, а кто пригоден, не хочет служить". Большую часто собранного на "призывном пункте" "материала" распустили по домам, чтобы их место заняли пленные, привезенные из лагерей.
В докладе указывается:
«Уже при вербовке и охвате татар было установлено некоторое различие того, как было принято ими обращение. Татары из западной части Крыма, особенно из районов Бахчисарая и ближайших пригородов Симферополя (особенно севернее города), несмотря на первоначальное большое воодушевление, изъявили ничтожное делание служить вне своих населенных пунктов».
Далее текст черновика, и текст оригинала несколько различаются. Черновик содержит несколько вычеркнутых строк. Вычеркнута фраз «Население восточных районов Крыма, ранее не изъявлявшее желания к сотрудничеству, после предпринятых мер, в большинстве своем выразило желание служить в Вермахте».
В оригинале доклада фраза звучит так: «…в то время как татары восточной части Крыма, особенно вокруг Карасубазара, Старого Крыма и Судака, и особенно сельских районов Северного Крыма почти все поголовно заявляли, что они готовы немедленно с оружием в руках бороться с общим врагом. Это имело место особенно в селах, полностью населенных татарами. … Воздерживались татары в населенных пунктах, где проживало смешанное население или там, где ранее было большое влияние советских служащих или родственников партизан. Как раз в этих населенных пунктах выявлена «пропаганда шепотом» и случаи угроз в подбрасываемых партизанами листовках, и татары не высказывали открыто желание бороться с большевизмом. В тех случаях, где действия этих вражеских кругов немедленно пресекались охранной полицией, там результаты вербовки очень скоро улучшались. Так же в селах, где не отмечались позитивно результаты вербовки, но при возникновении опасности (нападения партизан и т.д.) татары немедленно были готовы защищаться и не допускать проникновения партизан» .
В Симферополе и Бахчисарае пытались работать по спискам составленным мусульманским комитетом. Выяснился неожиданный (для оккупантов) факт. Цифры оказались сильно завышенными. Часть народа посчитали дважды., часть оказались турецкоподданными, а 48 человек просто "исчезли". Примечание: "скорее всего скрываются у партизан" четко показывает, что это не "вербовка добровольцев".
Ну, если подробно: по состоянию на 22.01.1941г. поступил доклад о 565 «добровольцах». При более тщательном исследовании, это количество сократилось на 176 человек . Из них:
-больных 74 человека,
-увечных, в том числе обмороженных 42
-уже задействованных Вермахтом (в составе ранее созданных команд) 12
-исчезнувших 48 (дано примечание: «скрываются у партизан»)
В итоге, из оставшихся 389 человек для создания роты «Бахчисарай» было направлено всего 80 человек, изъявивших желание. Но есть нюанс...
При медосмотре из 80 человек врач признал негодными для службы 39 человек. Выявлены лица, заболевшие туберкулезом, ревматизмом, кардиопатией и.т.д.
Из 41 оставшихся, три человека оказались турецкоподданными. Таким образом, из 80 человек осталось 38. Все, кого удалось мобилизовать в западном Крыму, были сведены в 8-ю и 9-ю Бахчисарайские роты (Бахчисарай и Коуш). Таким образом, результаты рекрутирования в различных районах были очень разными.
Та же ситуация сложилась и по Красубазаре, где из заявленных СД тысячи «добровольцев» до армейской медицинской комиссии, по неизвестной причине, добрались лишь 589 человек. Остальные были отпущены.
Большинство авторов, исходя из устоявшейся советской исторической традиции, стремятся «дотянуть» количество коллаборационистов до «традиционной» цифры в 20 тысяч.
Например, О.В.Романько указывает:
«В результате, на этот период имелись следующие категории добровольцев:
-«добровольные помощники» в частях 11-й немецкой армии – около 9 тыс. человек;
-части «организованной самообороны», которые действовали в организационном и оперативном подчинении начальника полиции безопасности и СД – около 2 тыс. человек в составе 14 рот;
-отряды «неорганизованной» татарской самообороны или «милиции», которые остались от предыдущего периода, и действовали в подчинении начальников сельских, городских и районных управлений (фактически, в распоряжении соответствующих комендантов) – около 4 тыс. человек
-«резерв», который также находился в распоряжении начальников сельских управлений (либо члены отрядов «неорганизованной» самообороны, которые были распущены, либо признанные ограниченно годными во время вербовочной кампании января 1942 года) – около 5 тыс. человек. Всего, таким образом, около 20 тыс. человек.» .
Разберем по пунктам. Сравнивая реальное количество местных «Хиви» в немецких документах на февраль 1942 года, и, количество, указанное О.В.Романько, можно прийти к выводу, что их количество... несколько завышено, (мелочь, всего лишь в 20 раз, для исследователей такого масштаба, сущая ерунда)
Штат немецких подразделений, по состоянию на 1942 год не предусматривал большого количества «хиви», и, лишь с конца 1943 года был введен новый штат.
Татарский персонал в списках личного состава всегда выделялся, и указывался как «Т-ersatz» или просто «Tataren», и разбираться с ним нужно очень внимательно.
Так, к примеру, в феврале, в 72-й пехотной дивизии, числится 54 татарина в 124-м пехотном полку, 40 человек в 401-м пп, 28 человек в 72-м пионерном батальоне и 44 человека в 72-м противотанковом дивизионе. Суммарно, 166 человек.
Но это не хиви, в общепринятом понимании. Это береговая оборона, которая потом была сведена в одну роту (11-я рота самообороны, «Ялта») и передана в «группу Шрёдера» . По состоянию на март в 72-й пд эти «хиви» уже не числятся.
Кроме того, в 72-й пд числится рота татар (80 человек с русскими винтовками) в береговой обороне в районе Алушты. Рота тоже подчинена «группе Шрёдера», на ее базе была сформирована 7-я рота самообороны («Алушта»).
Точно так же шло формирование татарских рот в 54-м корпусе. По состоянию на 30 января на штатах «хиви» в составе корпуса числятся:
-рота в Бешуе 80 человек, вооруженных русскими, чешскими и японскими винтовками. Создана СД
-пост в Таш-Басты 11 человек. Вооружение - немецкие винтовки, создан армейскими частями
-пост в Фоти-Сала 10 человек, создан 150-м противотанковым дивизионом (3 батарея). Вместе с татарами 1 фельдфебель, 2 унтер-офицера, переводчик .
Потом, из этого личного состава была создана 3-я рота самообороны («Бешуй»), а, часть личного состава была влита в 9-ю роту самообороны («Коуш»)
По данным журнала боевых действий 30-го армейского корпуса, 21.01.1942года 500 человек должны были поступить в 170-ю ПД и 200 человек в 132-ю пехотные дивизии, но в связи с советской высадкой, планы эти были нарушены. В составе корпуса была создана только одна рота. 240-м противотанковым дивизионом (170-й пд) была сформирована 12-я рота самообороны в Таракташе. Есть упоминание о пополнении 46-й пд (42-й АК) татарами, но в документах это пополнение почему-то не прослеживается.
Если говорить о «хиви» в чистом виде, то по состоянию на 30 января 1942 года количество «местных» (landesseine) «добровольных помощников», в 11-й армии составляло 85 человек. В феврале, за счет передачи из лагерей военнопленных украинцев, фольксдойче и татар, это количество выросло вдвое, но, даже в марте их совсем немного. При этом, большую часть «хиви» в 11-й армии составляли не татары, а украинцы (на март, около 450 человек).
В 72-й пехотной дивизии создана строительная рота из военнопленных, в Корюк 553 были сформированы две строительные роты из военнопленных, поступивших из лагерей. Корюк 553 в донесении указывает, что поступили 50 человек из фильтрационного лагеря и 51 человек добровольцев.
Были попытки сформировать и боевые части из военнопленных. В 22-й и 24-й пехотных дивизиях попытались создать пионерные школы, численностью около роты, но в сумме, даже в марте их численность составляла менее 300 человек.
Советские десанты в Евпатории и Судаке внесли свои коррективы в немецкую мобилизацию. В Евпаторийском и Судакском районах мобилизация оказалась затруднена.
По данным отдела 1С (разведка) штаба 11 армии (№324/41) на 9 января 1942 года в армейские части должны были подвезти (сообщения по телефону и радио):
1) для ХХХ армейского корпуса 600 человек из Старого Крыма (в распоряжении Анзацгруппы «D»), подвоз СД-командой Старый Крым[1].
2) для LIV армейского корпуса 312 человек из фильтрационного лагеря (Дулаг) Симферополь и 51 доброволец из Симферополя. Завоз СД командой Симферополь.
3) для 73-й дивизии (имеется в виду 213 пехотный полк, противотанковый и пионерный батальоны 73-й пд) 254 человека из Судака[2]. Завоз СД командой Симферополь.
4) Главнокомандование перешейками должно было получить 201 человек из фильтрационного лагеря Джанкой (Дулаг 123). Завоз СД командой Джанкой.
5) DVK-8 (румынский Горный корпус) 200 человек из Судака[3], подвоз СД-командой Старый Крым
6) Штаб тылового района 553 (Корюк 553) 50 человек из фильтрационного лагеря Симферополь. Завоз СД командой Симферополь.
7) Группа Шрёдера (береговая охрана южного берега Крыма) 80 человек из Алушты[4]. Подвоз СД-командой Алушта
8) XXXXII корпус 300 человек из района Судака. Завоз СД командой Старый Крым.
Суммарно 2048 человек.
В распоряжение Айнзац-группы «D» планировалось выделить:
-300 человек из Старого Крыма
-200 человек из Карасубазара
-220 из Евпатории
-254 из Симферополя
-100 из Алушты
-26 из Бахчисарая[5].
Всего 1100 человек для Айнзац-группы «D» и 2 тыс. человек для армейских частей. Это данные по предварительно отобранному СД контингенту, который должен был поступить на армейскую медкомиссию.
Однако, в результате набора, нужного количества «добровольцев» категории «А», пригодной для вермахта мобилизовать не удалось, в результате, было принято решение о проведении мобилизации в Шталаге 370[6]. Для этого была разработана специальная инструкция:
«1. Айнзац-группа «D» предлагает использовать в качестве пополнения частей 11-й армии военнопленных крымских татар, которые после соответствующей регистрации и медицинского обследования будут разделены на две категории:
a) те, которые отвечают необходимым требованиям, и могут быть сразу зачислены в части 11-й армии;
b) те, которые не полностью отвечают соответствующим требованиям и нуждаются в дальнейшей проверке, остаются в распоряжении оперативной группы «D» в качестве резерва.
Айнзац-группа «D» передает руководству соответствующего фильтрационного лагеря списки военнопленных обеих категорий. После чего руководство фильтрационного лагеря передает ей военнопленных первой категории с их последующим зачислением в части 11-й армии. Военнопленные же второй категории распускаются по домам.
2. Военнопленные татары, которые имеют явно выраженные физические недостатки или являются больными, распускаются из фильтрационных лагерей по домам.
3. Военнопленные татары, которые отвечают соответствующим требованиям, но не желают вступать добровольно в части 11-й армии, остаются и далее в качестве военнопленных. При этом руководство лагеря должно облегчить для них режим содержания по сравнению с другими военнопленными.
4. При распределении военнопленных по воинским частям для прохождения дальнейшей службы следует принимать все меры против возникновения болезней среди них» [7]
Был подготовлен еще один документ:
Берлин, Шенеберг, 16.1-1942 г. № 160/42. Баденшештрассе 51.
Содержание: Об улучшении положения и об освобождении советских военнопленных – крымских татар.
1. Крымские татары должны быть немедленно поставлены в лучшее положение, чем остальные советские военнопленные, в отношении питания, обмундирования и размещения.
2. Поскольку они обязуются во время войны работать в качестве вольнонаемных в немецком хозяйстве или в оккупированных областях, их следует освобождать из плена.
В имперских областях освобождение должно производиться по смыслу распоряжения (ОКВ, 2 ф 24.18 к военнопл. (1 г.) № 3671/41 от 14.6.1941 г. (освобождение французских военнопленных словакского подданства).
3. Оставшихся в лагерях крымских татар следует использовать в лучших должностях, например, в качестве вспомогательной охраны и т.д.
4. До 15.3.1942 г. донести:
а) О количестве татар, освобожденных на работы в промышленности и хозяйстве.
б) О количестве татар оставшихся в лагерях.
Начальник ОКВ. По поручению: Брейер[8].
17 января мобилизационный план был изменен. Его основу теперь составляли татары, набранные в «добровольно-принудительном порядке» в фильтрационных лагерях.
а) Из фильтрационных лагерей в Николаеве и Херсоне должны были подвезти 5 маршевых батальонов:
- в ХХХ АК 700 человек
-в LIV АК 1000 человек
-в 72-ю пд 250 человек
-в Корюк 553 190 человек
-в группу Шрёдера 160 человек
(суммарно, 2300 человек, даны суммарно, по категориям «А» и «В»)
б) Добровольцы, ранее набранные в Крыму, передавались в состав формирований Анзацгруппы «D»
-из Карасубазара 125 человек
-Алушты 100 человек
-Бахчисарая 161 человек
-Ялты 187 человек
-Джанкоя 25 человек
-Симферополя 119 человек[9]
(всего 717человек).
Почему я пишу, что все эти доклады "лукавые"?
Ответ прост: Отчет выдает количество "выявленного" "условно боеспособного" татарского населения (в возрасте от 18 до 50 лет) за количество "завербованных" и "мобилизованных".
По итоговым данным доклада СД указывается, что поставлено на учет 9255 человек. В примечании указывается, что из общего количества 9255 татар, за вычетом 571 человека, доступны для армии 8684 человека. Это связано с тем, что на момент составления документа, в районе Судака высадился советский десант, и часть учтенного контингента оказалась недоступна. Но и тут встречаются чудеса.
О.В.Романько указывает: «Всего, таким образом, 9255 человек, из которых в части 11-й армии было направлено 8684 человека: они были распределены по ротам, батареям и другим подразделениям дивизий этой армии небольшими группами (от 3 до 10 человек). Остальные крымские татары, признанные негодными для службы в строевых частях, были распущены по домам». Сравнение данного текста с первоисточником[10] позволяет предположить, что сделан неправильный перевод документа. 8684 человека, это количество учтенных айнзац-группой лиц, за вычетом «потерянного» судакского контингента.
Анализ армейских документов говорит о том, что в сумме, на призывные пункты для проведения медкомиссии удалось свезти 6117 человек. Из этого контингента, 3804 человека являлись военнопленными. Противник в докладе СД указывал:
«Рекрутирование в некоторых районах в западной части Крыма дало не ожидаемый результат по следующим причинам:
а) В районах не затронутых или слабо затронутых войной, население совершенно не склонно идти на фронт. В некоторых, и особенно в районе Бахчисарая, часть населения выбыла, и здесь играет роль временной фактор, одна часть населения в связи с высадками русских вынашивает мысли о побеге …
b) В партизанских районах они согласны оставаться дома и защищать свои семьи от их набегов. Они даже не соглашаются на размещение их в казармах в рядом лежащих селах, и при вербовке уверены, что могут оставаться дома.
с) Мужское население преимущественно в пожилом возрасте. В отдельных горных деревнях в результате отправки и призыва в Красную армию мужское население сократилось до 40-60 человек» [11].
В общем, наверное стоит закончить статью "глубокомысленным" выводом из немецкого доклада: «Большевизм, за долгие годы господства над татарским народом, не прошел бесследно, и результат этого методологического угнетения …».
Если отбросить нацистскую риторику, то становится ясно, что во многих районах, противник, в деле вербовки, потерпел фиаско. Большая часть "добровольцев" являлась пленными (которым просто некуда было деваться)
НО(!)
Миф оказался очень стойким, ибо был очень удобен, причем самым разным людям... (но об этом в следующей статье)
[1] мобилизованные татары Карасубазрского, Старокрымского и Зуйского районов
[2] мобилизованные татары Судакского района
[3] мобилизованные татары Судакского района
[4] добровольцы из Алушты
[5] NARA T-312 R-364 fr. 0818, 0819
[6] Стационарный лагерь военнопленных для рядового состава.
[7] PAJH, Armeeoberkommando 11, O.Qu/Qu.2, Br.B.Nr.267/42 geh., A.H.Qu., 29.3.1942, Betr.: Kriegsgefangene
Krim-Tataren, s. 1.
[8] Государственный архив РФ. Ф. Р-9401.Оп. 2. Д. 100. Л. 362.
[9] NARA T-312 R-365 fr. 0219
[10] Указан BA/MA, RH 20. Armeeoberkommandos. Bd. 5: AOK 11, RH 20-11/433,
[11] NARA T-312 R-365 fr. 734-738