Однажды попросив, будь готов платить
Однажды заплатив, будь готов просить
Массивные двери храма отворились без какого-либо шума, и яркий свет ударил в лица группе людей, стоявших у входа на широкой площадке. Все, как один, тут же зажмурились, и отвели взгляд от слепящего сияния. А через несколько мгновений, когда свет, льющийся изнутри величественного храма, чьи шпили уходили высоко в небо, стал более мягким, и перестал резать глаза, перед людьми появилась женщина, что соткалась словно из воздуха. Светлокожая, светловолосая, высокая, с идеальными чертами лица, в белоснежных, идеально чистых одеждах, на которых не было ни единого лишнего штриха, ни единой пылинки. От одежды так же шел мягкий свет, так что казалось, что сами лучи солнца облачили одну из жриц, что встречала путников на пороге храма. Красота была просто неописуемой, а сила, что лилась от неё была столь велика, что каждый почувствовал на себе её величие.
Жрица сделала шаг вперёд и воспарила над землей. Её глаза стали ярко голубого цвета, а волосы подхватил воздушный поток, при этом не растрепав, а словно аккуратно приподняв точно водопад, чьи воды слегка изменили свой поток. При этом движении все пришедшие, как по приказу, упали на колени и опустили взоры вниз. Невозможно было вытерпеть, и устоять на ногах, когда чувствуешь на себе взгляд жрицы, пронизывающий тебя насквозь и видя всю твою сущность. Жрица молча осмотрела всех пришедших, не произнося ни слова. И несколько минут была полнейшая тишина, после чего женщина протянула правую руку вперёд, и мелодичным голосом произнесла:
- Встаньте, дети света.
Люди, посматривая друг на друга, начали подниматься, всё ещё пряча свои взгляды от жрицы. Но не потому, что боялись явившуюся перед ними, а потому что трепетали в благоговении перед ней. Не каждым открываются врата храма, не каждые удостаиваются беседы со жрицами храма. Идя сюда, они надеялись на это, они жаждали этого, но прекрасно понимали, что храм может им и не ответить.
- Вижу перед собой отцов, матерей, детей, воинов, землевладетелей, охотников и возделывателей, знахарей и пахарей. Простые люди с добрым сердцем, чистыми помыслами и светлой душой, что явились к храму. Вижу в каждом просьбу и вопрос, который они желают сегодня удовлетворить. Но не все ответы могут понравится просящим, а потому задам вам один вопрос: вы готовы услышать истину? Вы готовы принять ответы, даже если они вам могут не понравиться? Если есть сомнения в этом, то сейчас у вас есть право повернуть, уйти, и остаться при своём прошении.
Люди зашептались, начали переглядываться взглядами. Жрица ждала, опустив свои руки и сомкнув пальцы в ладонь. Шло время, но никто не уходил. Первое оцепенение спало, и, сделав шаг вперед, вперёд вышел пожилой человек. Он опустился на одно колено перед жрицей.
- Дозволено ли будет говорить? – мужчина смотрел на ладони женщины в сияющих одеждах, не в силах выдержать её взгляд.
- Говори. Изложи свою правду и задай свой вопрос, - жрица парила перед ним в воздухе, немного возвышаясь над всем присутствующими.
- Имя моё Влаир, и моя воля привела сюда всех этих людей. Шли мы почти неделю от града славного Мирова к храму великого Всеотца, и у каждого своя просьба. Но прошу, в первую очередь, я за всех. Что бы сегодня не было услышано вами, о великая, если слова наши гнев заставят испытать, или посчитаете кого-то нечестивым, то наказание его прошу обрушить на меня, так как я в ответе за тех, кого привёл.
Жрица ещё раз молча обвела всех взглядом, и на лице её появилась лёгкая улыбка, что говорило о расположении. Люди выдохнули, чувствуя, как немного спало напряжение.
- Говори, Влаир. Твоя первая просьба услышана. И пусть никто не боится своей просьбы. Всеотец столь же справедлив, как и милостив.
Мужчина поднялся, немного скривившись от боли, что иногда тревожила его левую ногу.
- Процветает ли град Миров? Спокойно и легко ли в нём живётся вам?
- Спасибо, о великая, град Миров величествен и живут в нём поистине добрые люди. Свет Всеотца оберегает нас от внешних угроз, а внутри не знаем мы недостатка ни в пище, ни в кровле, ни в других нуждах человеческих. Пока шли мы путём проложенным под знаком храма ни один нечестивый не посмел поднять на нас руку. А люди нам всегда помогали в дороге.
- Свет Всеотца коснулся этих людей.
- О, великая, просьба моя касается моей дочери единокровной, - мужчина взглянул через плечо и дал знак молодой девушке, чтобы та подошла.
Девушка, склонив голову, встала перед жрицей на одно колено.
- Поднимись дитя, - кивнула ей жрица.
- Дочь моя Елесия, рожденная восемнадцать циклов назад, жила со мной, по писаниям святым, никогда не покушаясь на запретное и всегда помогала нуждающимся. Почитала Всеотца, и не пропускала ни одной молитвенной службы в храмах, в Мирове. Но, пол цикла назад, случилось… после очередной молитвенной службы… она, - мужчина закончил с лёгким волнением в голосе.
- Что же произошло с твоей дочерью, Влаир? – жрица внимательно смотрела на девушку, которая при этом начала трястись, то ли от страха, то ли от волнения. А может и от того, и от того, одновременно.
- Убери накладки, - тихо сказал отец своей дочери, и Елесия приложила дрожащую руку к своим глазам. Через секунду она убрала руку, в которой лежала два маленьких, прозрачных предмета, круглого цвета, а глаза её при этом изменили цвет с карих на ярко-голубые, почти такого же цвета, как у самой жрицы.
- О великая, - мужчина рухнул на колени. – Я всегда почитал Всеотца, и знаю его писание. Прошу, помилуйте мою дочь, а если заслужила наказания она, то приму его, как своё собственное, за недосмотр.
А через мгновение и девушка, вслед за отцом, рухнула на колени, закрыв своё лицо ладонями. По священному писанию, данный цвет глаз мог даровать лишь сам Всеотец, а дар этот предоставлялся только тем, кто был причастен к его храму, и то, не всем. Простые люди подобных привилегий были лишены, так как считалось данное невозможным.
- Встаньте оба, - спокойным голосом произнесла жрица. – Дочь твоя получила дар, так как сердце её было открыто и нет в нём черноты. Это видел он, это вижу я. Но также я вижу, что дочь твоя получила не один дар. В скором времени она станет матерью, так как жизнь внутри неё зарождается.
- Что? – сам не понимая того, мужчин вскочил на ноги.
Девушка зарыдала в голос, не отрывая ладоней от своего лица.
- Я…я… - взгляд мужчины заметался, а жрица протянула ладонь к девушке и дотронулась пальцами до её ладоней.
- Встань и открой мне свой взгляд.
Этому нельзя было противиться. Голос, который проникал внутрь тебя, был сильнее воли человека, и Елесия поднялась на ноги, открыв своё заплаканное лицо и подняв свой взгляд. Ярко-голубые глаза девушки сейчас были похожи на глаза жрицы. А сама жрица положила ладонь девушки на голову, а через несколько секунд убрала её.
- Вот вам моё слово. Влаир, ты достойный муж, и хороший отец. Веди свою дочь назад, в дом, и пусть дитя её появится на свет. Когда это случится, за мальчиком твоим, Елесия, явятся, и на то будет воля Всеотца. И нарекут сына твоего великим воином и добродетелем. Дар свой ты передашь своему сыну при рождении. Такова воля света. До тех пор можешь не скрывать больше своего взгляда истинного. Благословляю тебя, дитя.
В ладони у жрицы появилось что-то блестящее.
- Это кольцо ты будешь носить до рождения сына, а затем передашь его тем, кто придёт за ним.
- Благодарю тебя, великая! – мужчина низко поклонился жрице. Его дочь сделала то же самое.
Жрица, в ответ, кивнула им, после чего взгляд её перешел на других людей, что стояли за спиной Влаира. Мужчина взял дочь под руку, и они отошли в сторону, давая место для остальных. Следующими вперёд вышли два крепких парня. По лицу можно было понять, что они являлись родными братьями. Старший был чуть ваше своего младшего брата. Оба сразу встали на одно колено перед жрицей, и опустили взгляды.
- Что заставило двух братьев покинуть свой кров и явиться к вратам храма? – жрица переводила взгляд с одного на другого, и от неё не скрылось то, как те переглянулись, и старший поднял взгляд, оставаясь так же стоять на одном колене.
- О, великая. Имя моё Ярокмел. Я проделал путь для одной лишь цели – служение Всеотцу. Прощу смиренно позволить мне вступить в ряды священного воинства, чтобы защищать людей от нечестивых и тьмы, что они несут.
- Просьба достойная похвальбы, - жрица протянула правую руку к парню, и слегка коснулась его лба пальцем. – Встань Ярокмел. Ты просишь о великом. Но что ты готов дать взамен? Какой дар ты готов принести Всеотцу?
- Моя жизнь, о великая. Вручаю её вам, ибо хочу, чтобы свет пронизывал меня.
На лице жрицы появилась лёгкая улыбка.
- Да будет так, Ярокмел. Ты не вернёшься назад, с остальными в Миров, а войдёшь со мной, в храм света, где пройдёшь испытание. И, если окажешься достоин, то найдётся тебе место в рядах воинов его. Вот тебе мой ответ. А теперь встань позади меня.
- О, великая! – младший брат почти вскочил на ноги, но вовремя опомнился. – Я так же хочу быть воином света, как и мой брат. Я так же…
- Твоё имя, - жрица резко перебила молодого парня, а брови её слегка нахмурились.
- Данмир, о великая, - парень вздрогнул то того, что его резко оборвали на полуслове, и взглянул на своего старшего брата. Тот сделал, как ему показалось, еле видимый знак, что бы младший брат успокоился. Младший всегда был чрезмерно вспыльчив, и это не играло ему на руку.
- Какой же ты принёс дар всеотцу, Данмир? Чем ты готов пожертвовать?
Парень гордо вскинул голову, и произнёс:
- Всем.
Жрица жестом попросила встать парня, и когда тот поднялся на ноги, схватила правой рукой его за горло, подняв, при этом, над землёй, так, что ноги Данмира затрепыхались в воздухе. Его старший брат ринулся было к нему, но строгий взгляд жрицы остановил его.
- Твой брат, Яроквел, впустил в своё сердце ростки тьмы. Это видит он, это вижу я. И имя этим росткам – гордыня, - молодой парень задыхался от хватки жрицы, а его руки попытались схватить руку женщины, но тут же отдернулись со следами ожога на ладонях. После этого жрица разжала свою хватку, и Данмир свалился на землю, тяжело дыша и хватая воздух ртом. На его горле остались отчётливые следы от чужой ладони. Особенно это было заметно в тех местах, где подушечки пальцев жрицы коснулись кожи парня, оставив после себя почерневшие точки.
- Вот тебе мой ответ, Данмир. Ты не достоин. Тьма ещё не овладела тобой, но сделает это, если не отринешь её. Ты должен будешь служить Елесии, как служил бы Всеотцу на срок, до появления её сына на свет. На этот же срок я отнимаю у тебя голос. Когда придут за её новорождённым сыном, у тебя будет ещё одна попытка, а до тех пор не имеешь права ты появляется в храмах. Нарушишь этот запрет, и кара Всеотца настигнет тебя.
Данмир попытался что-то сказать в ответ, но не смог издать ни звука, лишь открывая рот, как рыба на суше. Его старший брат вновь сделал, еле заметный знак, чтобы тот успокоился. Жрица, тем временем, не сводила взгляда с младшего брата, взгляд которого метался из стороны в сторону.
- Принимаешь ли ты дар от Всеотца? – на этот раз в её голосе не было мягкости. Нотки метала и приказной тон заставили парня замереть на месте, а ещё через секунду он опустил свой взгляд, и встал на колени перед жрицей, потому что не смог противиться её словам, её приказу, её воле.
После этого взгляд жрицы смягчился, и она устремила его к тем, кто по-прежнему ждал своей очереди. К Данмиру она потеряла всякий интерес. Оставшиеся начали переглядываться, не решаясь выходить вперёд, после такой сцены гнева. Немолодая женщина вышла следующей. Другие поспешно отвели Данмира в сторону. Женщина так же встала перед жрицей на одно колено, но взгляд опускать не стала. Она смотрела без особого благоговения на парящую в воздухе, однако в глазах читался страх, который женщина пыталась спрятать как можно глубже.
- Почему ты боишься? – жрица протянула к женщине руку и слегка дотронулась до её щеки.
- Мне, ещё с детства рассказывали, что ничто не скрывается от взора Всеотца. Что он защищает своих детей от невзгод и несчастий. Когда… - женщина вздрогнула от того, что лёгкое свечение прошло между пальцев жрицы, которыми та дотронулась до щеки. Она почувствовала лёгкое покалывание на своей коже.
- Скажи, что именно привело тебя сюда, Эльна, - жрица убрала руку от женщины. – Говори честно, открыто. Правда всё равно вскроется, как бы глубоко не пытались её зарыть.
- Мой сын, - на этот раз Эльна опустила взгляд. – Он очень болен, и я не знаю к кому больше обратиться. Лекари в городе не смогли ничего с этим сделать. Говорят, что только жрицы могут помочь.
- Чем он болен? – жрица внимательно смотрела на женщину, на время, как будто позабыв об остальных.
- Я не знаю, о великая. Лекари сами не видели ничего подобного. Кожа бледнеет, волосы выпадают, он потерял всякий аппетит, а тело его мучают боли. Никакое лекарство не помогает.
- Испробовала ли ты все средства, Эльна? – вопрос был задан с нотками холода в голосе.
- Все, о великая. Все, которые мне известны.
- То есть, нечестивцы тебе тоже не смогли помочь, я правильно понимаю?
Женщина подняла взгляд, в котором читался страх и отчаяние, но голос её не дрогнул при ответе:
- Нет. Нечестивцы так же не знают, как бороться с этой хворью.
- Великая жрица… - Влаир подался вперёд, но его остановили два взгляда. С одной стороны, смотрела Эльна, с дугой своим пронзающим взглядом, в него впилась жрица.
- Я готова отвечать за свои грехи, великая жрица. Я не боюсь этого. Я приму наказание от Всеотца с радостью, зная, что он дарует моему сыну жизнь.
- Почему же ты сразу не пришла в храм с просьбой? – жрица вновь перевела на неё взгляд.
- Я поддалась надежде. Надежде на то, что сын мой сможет исцелиться быстрей. Я совершила ошибку. Но разве причина моего поступка была злом? Разве мать, защищающая своё дитя будет сомневаться перед теми, кто предлагает спасения её детям?
Женщина поднялась на ноги, но в глаза жрице смотреть не смогла. Она надеялась, что каким-нибудь образом её поступок будет сокрыт от лишних глаз, но истории о том, что Всеотец видит всё, оказались слишком правдивыми.
- Ты пыталась защитить своё дитя, и это благое дело. Ты поддалась соблазну тьмы, и это грех, который невозможно отпустить.
- Великая жрица, я готова ответить за все свои поступки. Но здесь я не для того, чтобы просить за себя, а для того, чтобы спасти своего ребёнка. Вы – моя последняя надежда, - с этими словами женщина вставала на оба колена.
- Ты пришла сюда, в надежде, что сможешь спасти своего сына, и жить с ним дальше?
- Я пришла сюда в покорной просьбе помочь моему ребёнку. Не более.
- Твоя просьба услышана. Встань.
Женщина повиновалась, а жрица вновь протянула к ней руку, и положила её на голову, так, чтобы большой палец уперся пришедшей в лоб. От ладони вновь пошло свечение. И Эльна вскрикнула, не в силах сдержаться. На её лбу образовался, небольшой, выжженный знак.
- Вот тебе мой ответ. Твоё дитя будет жить. Семь дней, с момента возвращения в Миров, тебе разрешено находиться около него, после чего начнёт работать твоя метка изгнанника, - жрица указала на знак на лбу. – Через семь дней ты будешь объявлена клятвопреступницей и отправишься в изгнание. Как только ты искупишь свою вину, метка испарится. А до тех пор тебе будет запрещено появляться на людях. Воспользуйся оставшимся временем с умом.
Жрица закончила и сделала знак рукой, что бы будущая изгнанница уходила прочь. Все, находившиеся здесь, молча проводили её взглядом.
Последними подошли молоды парень и девушка, держащиеся за руки. Оба были не старше Елесии, на вид. Они сделали синхронно несколько шагов вперёд и встали, как и остальные, перед жрицей на одно колено. При этом девушка явно нервничала больше молодого человека.
- Что привело вас к храму, дети света? – жрица вновь сложила ладони в замок перед собой. – Молвите свою просьбу, не бойтесь.
- Великая жрица, имя моё Руал. Со мной к тебе пришла моя возлюбленная Ламира. Сердца наши очень давно бьются в унисон, и невозможен нам мир друг без друга. Любовью наполняются наши слова, так же, как и любовью наполнена наша просьба. Родители наши были против нашего соединения, и всячески пытались разорвать наши узы, но с каждой их попыткой любовь моя к Ламире не угасала ни на каплю.
- Как и моя любовь к Руалу, - подхватила девушка. – Мы молили родителей о разрешении. Я просила их о благословлении, но сердца их заполнены злобой старой по отношению друг к другу. И не в силах мы как-то сломать устоит. Мы были в отчаянии, и решили действовать сами. Показать, что мы любим по-настоящему друг друга.
- Великая жрица, я понимаю всю ответственность поступка, и беру её полностью на себя, - подхватил рассказ парень. – Я подтолкнул Ламиру к тому, чтобы зачать новую жизнь, и тем самым скрепить наши отношения. Показать родителям, что ничто не сможет нас разлучить.
- Простите моего глупого Руала, - девушка в один миг сверкнула на него взглядом. – Это я предложила зачать новую жизнь. Я солгала ему, что уже прожила восемнадцать циклов, и что это не будет считаться грехом…
- Великая жрица, не слушайте любовь мою, потому что пытается отгородить она мой грех. Это была полностью моя инициатива.
- Нет, моя!
Жрица слушала, но не перебивала.
- Не лги жрице! Головой ударилась?! – парень зашипел на девушку, а затем продолжил. – Я рассчитывал, что наше дитя сможет помирить семьи. Может и не полностью, и не сразу, но проложит первый мостик, что соединит два берега.
- Родители разгневались на нас. Меня выгнали из дома, - девушка опустила голову.
- А мне запретили общаться с безродной, и приказали отречься от ребёнка. Но я не смог этого сделать. Я нашел Ламиру и мы отправились в путь, вместе, к храму.
- И что же вы хотите просить у Всеотца? – спокойно спросила жрица, внимательно осматривая просящих перед ней.
- Благословления, - оба ответили не колеблясь, одновременно.
- Никто не сможет ничего сказать нам против, если сам Всеотец благословит нашу семью, и разрешит нам жить вместе, в любви, - закончил парень.
- Встаньте и протяните мне свои правые руки.
Оба повиновались, и жрица протянула свои руки вперёд, в ответ. Её ладони аккуратно обхватили запястья парня и девушки, и на этом месте у обоих появились белые браслеты, плотно прилегающие к их рукам.
- Всеотец благословляет вас и благоволит вам и вашим детям. Пусть эти браслеты будут вам даром, что будет вести вас вперёд, освещая путь, в каком бы месте вы не оказались. Ваш и сын и ваша дочь родятся здоровыми, а роды будут лёгкими. Взамен Всеотец просит вас лишь о том, что бы дети ваши знали о вашем поступке, и том, как Всеотец даровал вам свой ответ. Когда они вырастут, храм будет их жать, ибо у родителей, чьё сердце переполнено светом и любовью, рождаются дети, так же наполненные добротой и любовью.
Девушка, ещё не дослушав ответа, разрыдалась, скрыв лицо в ладонях, а затем свалилась на колени, и начала безмерно благодарить жрицу за оказанную честь. Парень же учтиво поклонился, произнеся:
- Благодарим вас, великая жрица. Мы знали, что Всеотец поможет нам.
- Всеотец всегда помогает тем, кто действительно нуждается в этом. А теперь ступайте домой, и ничего не бойтесь, ибо вы все под его защитой.
Она поднялась над площадкой, где стояли люди, ещё выше, после чего свет, что исходил от одежд жрицы стал настолько ярок, что смотреть в её сторону было невозможно. А ещё через секунду всё исчезло. Люди стояли на площадке, перед закрытыми вратами, что служили входом в храм, а самой жрицы уже не было видно.
Нужно было выступать в обратный путь. И каждый нёс свой собственный ответ на свою просьбу.
*************
*Сканирование завершено*
Жрица ответила последним просящим, ещё раз бегло пробежавшись взглядом, стараясь ничего не упустить для полноценного отчёта. Она получила ответы, которые были понятны только ей самой, и касались утечки патогена, под названием «предок», из лабораторного комплекса, что находился под ульем, с кодовым номером двадцать пять. Другое название улья – Миров.
Подключив датчики, отвечающие за изменение гравитационного поля, она воспарила над пришедшими особями, и задействовала механизм отражателя. Со стороны это смотрелось, как яркая вспышка света. На самом деле это были ультразвуковые волны, которые вызывали у большинства особей подобие кататонического ступора с одновременным анабиозом. Условно говоря, особь, на некоторое время, переставала вообще жить. Все её функции останавливались, словно вокруг замерло само время. Через некоторое время они очнутся, и ничего такого помнить не будут, а пока что нужно было собрать дополнительный биологический материал для изучения.
Жрица спустилась на площадку, и образ её померк, так что теперь перед застывшими людьми стоял металлический человек, или робот, как, когда давно, называли искусственно создаваемых существе, подобных жрице. Из её пальца появилась игла, которой она коснулась каждого из стоявших, забирая из них немного крови. Ранка от уколов была настолько мала, что заметить её было практически невозможно. После завершения этой процедуры, жрица взяла на руки особь, которая назвалась Ярокмелом, и вернулась внутрь храма, закрыв за собой врата. Примерно через минуту очнутся остальные, но помнить они будут лишь яркую вспышку, и то, как пропала жрица, не более.
Внутри жрицу встретили ещё два робота, похожих на неё, как две капли, которым пришедшая передала тело особи.
- Ввести два миллилитра анакситрона и приготовить тело к извлечению головного мозга.
Два других робота молча ушли с телом парня. Мозг особи был одной из движущих сил тех, кого называли воинами Всеотца. Они были бесстрашны, непоколебимы, безжалостны к врагам, и, что самое главное, полностью подчинялись нейронным узлам, откуда получали приказы, считая, что к ним обращается сам Всеотец. Своё новое тело они считали перевоплощение в высшее существование. На деле это был мозг перекачанный нейролептиками и постоянно находящийся под их воздействием.
Убедившись, что её функции на данный момент не нуждаются в использовании, «жрица» прошла в капсулу, откуда подключилась к нейроузлу, управляющему всем «храмом»
*************
«Отчёт.
В результате утечки патогена «предок», выведенного из последних живых отцов основателей, в улье под кодовым названием «Миров» произошла вспышка неконтролируемой мутации биологических особей. На некоторых патоген подействовал с неожиданной стороны, выявив гены отцов основателей там, где их проследить было сложно. Особь Елесия одна из тех, кто проявил положительную мутацию. Данная особь нуждается в дополнительном изучении. Дитя, рождённое от неё, будет проверено на наличие генов предков, и в случае положительного результата, немедленно изолированно от других особей. Особь Елесия, в дальнейшем, так же должна быть изолирована, после положительного родоразрешения. В случае отрицательного родоразрешения, или появления каких-либо отрицательных мутаций, обе особи необходимо изолировать, а затем деактивировать.
Кроме этого, появились и другие последствия утечки патогена в виде тяжелых клеточных заболевай, от которых так стремились избавиться отцы основатели. Необходимо провести тщательную проверку особей на наличие мутаций. Провести оценку ореола заражения, и опасности распространения патогена среди особей Улья.
В лабораторный комплекс под ульем направить экспедиторов для оценки нанесенного ущерба. Так же необходимо провести общий анализ сложившейся ситуации для понимания ресурсозатратности на устранение последствий. Всех причастных к утечке подключить к нейроузлу, и вычистить все ячейки памяти, отвечающие за произошедший инцидент.
Конец отчёта»