Сегодня массово тиражируется большое количество мифов, касающихся процесса вхождения Западной Беларуси в состав Советского Союза. О том, как все-так это происходило, рассказывает авторитетный российских историк Юрий Аркадьевич Борисёнок:
Польская власть относилась к белорусскому меньшинству совершенно однозначно. Еще в начале 1920-х годов один из многочисленных премьеров Польской Республики Леопольд Скульский сказал, что через 50 лет ни о каких белорусах в Польше никто не услышит. Их даже с фонарями не найдут.
В это время в Польше была распространена очень красивая, но не реализованная в итоге на практике федеративная теория, согласно которой с матерью Польшей должны объединяться украинцы, литовцы, белорусы. Так вот, если по отношению к украинцам польские власти еще какую-то политику проводили, особенно во второй половине 20-х годов XX века, то касательно белорусов в Западной Беларуси была тактика: подождать, пока пройдет 50 лет и ни одного белоруса не останется.
Соответственно, если еще в 1924 году какое-то количество белорусских школ существовало, даже было 4 гимназии, то в 1938–1939 учебном году ни одной белорусской школы не осталось. То есть в Польше подавлялась национально-культурная деятельность белорусов, подавлялась их политическая деятельность и подавлялось их конфессиональное сознание. Тактика перевода православных церквей в католические костелы претворялась в жизнь еще до конца 30-х годов XX века.
Белорусское население в основной массе, от политиков до простых крестьян, не считало Польшу своим государством. Соответственно, «освободительный поход Красной Армии», как тогда писали газеты, белорусское население восприняло положительно. И это действительно так.
Кстати, польская историография берет в кавычки слово «выборы», состоявшиеся осенью 1939 года, согласно которым подавляющее большинство населения Западной Беларуси высказалось за вступление в состав Советского Союза, то есть выборы в Народное собрание, которое в октябре проголосовало за присоединение к СССР. Но нельзя сказать, что эти выборы были сфальсифицированы и не выражали желания населения.
Среди мифов, возникших вокруг истории присоединения Западной Беларуси к СССР, есть миф, согласно которому белорусы сразу же после вступления Красной Армии на свою территорию почувствовали тяжелое дыхание Советского Союза. Тяжелое дыхание действительно почувствовали, но через несколько месяцев.
Первоначальная же реакция была совершенно естественна, потому что польские власти как могли приближали момент отторжения Западной Беларуси. И, соответственно, когда эти территории стали реально отторгаться, это выражало чаяния большинства населения Западной Беларуси.
Цветы действительно были. На этом делает акцент даже официальная белорусская историография. Хотя, конечно, казалось бы, можно подумать, что это традиционные штампы большевистской пропаганды. Но на самом деле эти цветы были, так как белорусское население с приходом новой власти связывало надежды на лучшую жизнь. Понятно, что затем наступило разочарование, связанное с тем, что местное население столкнулось с определенным дефицитом товаров, депортациями и другими проблемами.
И еще один интересный факт. Пока Красная Армия шла по Западной Беларуси, а это был не одномоментный процесс, он занял несколько дней, белорусские крестьяне успели лишить жизни 63 польских помещиков, особо ненавистных им за предыдущие поступки. То есть тот классовый мир, о котором мечтали в Польше, обернулся самыми настоящими классовыми противоречиями, о которых в свое время говорили в Коминтерне.
Все это происходило потому, что отношения между польскими помещиками и белорусскими крестьянами в очень многих случаях были далеки от той благостной картины, которую изображали отдельные польские историки.
Довоенная Западная Беларусь — это территория огромных владений, похожих на латиноамериканские латифундии. В своей основной массе там проживали белорусские крестьяне, ненавидевшие своих господ и то государство, которое латифундистов поддерживает.