Мы привыкли двигаться. Мы не можем без движения. Даже, когда нам кажется, что мы устали и нет сил пошевелить ни одним мускулом, мы продолжаем нестись в своей голове к каким-то призрачным целям, исследуя буйные фантазии или путешествуем по прошлому в надежде откопать какой-нибудь клад в виде старой прабабки, которая изменила-таки деду на сеновале с соседским Васькой, а дед взял да и не думая прибил обоих топором, а потом и сам повесился, чтобы обязательно простить деда, а то муж что-то на топор посматривает. Мы бежим, сломя голову, каждый день на работы, за кофе, на важные встречи, на собрания в сады и в школы, к друзьям, обмусоливая все тех же родственников, которые уже подумывают вернуться с того света, взять топор и покончить с этим, чтобы наконец успокоиться в вечности. Но как же нам тяжело дается тишина. Как же тяжело находиться в пустоте, без всего. А если еще не дай Бог прикоснуться к отсутствию смысла в происходящем - ну как же, ведь он должен быть, его не может не быть, а на к