- И где жечь будем? - указала я Марго глазами на подушку в моих руках, когда мы выбрались на улицу.
- Не знаю. - пожала та плечами. - Надо бы там, где людей не бывает.
- А где людей не бывает? - задумалась я.
- На какой-нибудь заброшке! - подала умную мысль Наташа. - У нас же есть такие дома-развалюхи, в которых уже никто не живёт.
- Я что-то таких не видела. - пожала я плечами.
- Я видела! - обрадовалась Марго. - В парке в Пушкине стоит чья-то двухсотлетняя усадьба, там давно никто не живёт, и она уже сто лет развалюха!
- А в ней точно никто не будет потом жить? А то отреставрируют и заселят. - засомневалась Наташа.
- Смеёшься? - усмехнулась Марго. - Кто ж её отреставрирует? На это деньги огромные нужны, а для этого её кто-нибудь сначала выкупить у государства должен. А это же памятник архитектуры и очень дорого стоит, так что её никто в ближайшее время реставрировать не будет, слишком дорого выходит!
- А почему её тогда не продать по цене земли, раз там уже давно развалюха? - задумалась я.
- Я же тебе говорю - потому что эта развалюха - памятник архитектуры! - буркнула Марго.
- Какой-то прямо-таки замкнутый круг. - покачала я головой. - И что - так и будет она заброшкой ещё сто лет?
- Ну почему - сто лет, вот лет через пять совсем развалится и перестанет быть памятником архитектуры, тогда её и купят по цене земли. Снесут всё на фиг и построят что-нибудь своё. А пока что можем жечь - там к тому времени, пока ею займутся - весь негатив давно уже уйдёт!
- Хорошо, веди к своей заброшке! - со вздохом предложила Наташа и протянула Марго телефон, чтобы та вызвала туда такси.
- Спички надо купить! - спохватилась я, когда мы уже садились в такси.
- По дороге купим! - отмахнулась Марго и мы помчали.
Подъехав к нужному нам парку, мы вышли из машины, осмотрелись и уверенно двинулись в сторону ближайшего магазинчика.
- Нам спички и бутылку водки! - весело гаркнула продавщице Маргоша и мы с подозрением посмотрели на неё.
- Подклад обольём! - надувшись на наши подозрения объяснила Марго. - Гореть будет лучше!
- А, ну если только так! - согласилась с ней Наташа и мы, на всякий случай спрятав вод.ку под куртку, уверенно двинулись в сторону парка, непринуждённо помахивая подушкой.
Охранник на входе с интересом покосился на нас, но раз у него не было указаний не пускать в парк людей с подушкой, курицей и книгой, молча пропустил нас, правда, проводив задумчивым взглядом.
- Подушкой сильно не тряси, подклад не вырони! - строго предупредила Наташу Марго и та недовольно посмотрела на неё, демонстрируя крепко схваченные пальцами края подушки. - Я на всякий случай. - отмахнулась Марго.
Придя на место бывшей чьей-то знаменитой усадьбы, мы перелезли через кирпичные руины, нашли укромное местечко, правда, судя по запахам, это укромное местечко нашли не только мы и стали готовиться к операции. Курица у меня подмышкой уже выспалась и стала подавать недвусмысленные признаки жизни и мне пришлось положить её на землю где трава посвежее и снять обмотку с клюва. Курица была недовольна тем, что ей придётся завтракать в полу-лежачем положении, я была недовольна тем - что она в принципе завтракает, так как весь бок у меня был испачкан в её переработанном ужине, но что делать.
Оставив курицу завтракать, мы огляделись и, подобрав удобное место, полезли в заросший палисадник. Забравшись в самый уголок, мы внимательно осмотрели подушку, и, побоявшись выковыривать подклад, который нельзя трогать руками, решили сжечь его прямо в ней. Положили подушку на безветренное место, облили водкой и подожгли.
Подушка сгорела очень быстро, а подклад гореть не хотел. Пришлось нам собирать ветки, делать костёр и пробовать снова. Кое-как, на четвёртом костре, наконец-то занялся огнём и подклад. Загоревшись он раскидал в стороны многочисленные искры, и вверх от него потянулся тёмный вонючий столбик дыма. Мы отскочили в стороны. Подождали пока не закончатся искры и дым, и, только когда всё затихло, быстро закидали оставшийся пепел и не сгоревший гвоздь землёй и накидали сверху мусора, чтобы уже наверняка на него никто не наступил. Счастливо выдохнув, мы подхватили возмущавшуюся курицу и двинулись домой. Чтобы она сильно не возмущалась и не привлекала к нам излишнее желание, Наташа поднесла к её глазу кулак. Курица, видимо решившая что от нас можно ожидать чего угодно, больше не трепыхалась и мы спокойно добрались до дома на такси.
- Я - спать! - предупредила нас Марго, едва мы зашли во двор.
- Я тоже! - согласилась с ней Наташа.
- А курица? - неуверенно попыталась воззвать я к совести подруг.
- Если хочет, пусть тоже спит! - усмехнулась Марго, забрала у меня курицу, сняла с её лап обмотку и, осторожно подкравшись к соседям, перекинула её через забор.
- Вот теперь и я - спать! - обрадовалась я и кинулась скорее в дом.
Ближе к обеду мы с Наташей проснулись и вышли на улицу. Надо было готовить обед, да и проведать старушку, которую мы временно передали на поруки баннику. С ним, конечно, она не одна и под присмотром, но всё равно ей должно быть тоскливо, да и новостей от нас о сыне она уже, наверно, заждалась.
Увидев нас из окошка бани, в которой она замечательно устроилась, наша гостья бросилась к нам на встречу:
- Ну что, вы были у Тёмушки? Как он? Что врач говорил?
Что говорил врач мы передавать не стали, а обрадовать старушку обрадовали.
- Ему уже значительно лучше! - беря старушку за руки, сказала Наташа. - Его сейчас усиленно лечат и скоро он выздоровеет окончательно! - на этой фразе подруга очень выразительно посмотрела на меня и я поняла - отступать мне теперь некуда, придётся поднимать его на ноги, чего бы это от меня не потребовало.
Старушка же, услышав такие слова, схватилась за сердце и стала опускаться на землю.
- Ляшкина! - истерично заорала Наташа, пытаясь удержать старушку за руки.
Я всё поняла, закрыла глаза и успела загадать - Хочу чтобы эта старушка, Любовь Степановна, полностью выздоровела прямо сейчас!
С боязнью приоткрыв один глаз, я скосила его в сторону гостьи и подруги и увидела что Любовь Степановна уже сидит на земле и с удивлением разглядывает свои руки. Наташа же стоит рядом и переминается с ноги на ногу.
- Вы что, своих рук не узнаёте? - попыталась я разрядить обстановку. - Вы на них так смотрите - как-будто видите их в первый раз.
- Ой, Дашенька! - не переставая рассматривать свои руки, отозвалась старушка. - У меня же зрение слабое было в последнее время. А сейчас что-то случилось и я прямо чётко стала всё видеть, только вот никак не пойму - что с руками? Они у меня и в пятьдесят лет такими ухоженными не были, я же с детства всё то в поле, то по хозяйству. А тут - ни одной морщинки, ни одной веночки!
- Наташа. - жалобно протянула я, пытаясь угадать реакцию подруги на это лечение, так как ни лица Наташи, ни Любовь Степановны мне не было видно.
- Ну, в принципе, нормально! - отозвалась та. - Только непривычно! Только что я ловила сухонькую, измождённую, испещрённую морщинами старушку, и вдруг - хоба - передо мной сидит нормальная женщина лет этак пятидесяти.
- Это, наверное, потому что её организм полностью стал здоров, вот она и помолодела. - пожала я плечами.
- Но я-то вообще не в курсе, что она должна была выздороветь! - хмыкнула Наташа.
- Ты же сама мне закричала - Ляшкина! Сама же попросила помочь.
- Ну да, я просила тебе помочь её подхватить. А тут вот. Хотя, конечно, получилось лучше чем задумывалось. - улыбнулась Наташа. - Только как мы теперь это будем объяснять?
- Кому - Любовь Степановне? - задумалась я. - Ну, скажем, что доктор дал какое-то инновационное средство, которое мы ей накапали в чай и она выздоровела.
- Ну, будем надеяться что прокатит. - выдохнула Наташа и мы повели удивлённую донельзя гостью в беседку.
К нашей радости в беседке для нас уже был готов нехитрый обед - из пельменей, которые Наташа накануне налепила, сала с варёной картошкой и чаем. Мы устроились поудобнее и, предвосхищая предстоящие вопросы от гостьи, поведали ей свою версию её оздоровления. Старушка удивлённо охала и радостно ахала. А мы с Наташей мило ей улыбались.
Вроде всё пока шло хорошо, но не успели мы и дообедать, как из-за калитки послышался крик Спиридоновны.
- Девчата, открывайте, я тут вот старушке передачку принесла и вообще - проведать её надо! Всё ли с ней хорошо! А то знаю я таких!
Продолжение 👇