Одним из самых ярких персонажей в романе Булгакова «Бег», а затем и фильме, стал образ белогвардейского генерала Хлудова. Это реальный исторический персонаж, Яков Слащов. Трудно себе представить большего врага советской власти – талантливого и колоритного. А между тем, уже через полгода после поражения Врангеля и бегства он преподавал командирам Красной Армии и с сарказмом рассказывал, как их бил.
Свою фамилию Яков Александрович всегда писал именно так – через «о». Но допускается и через «ё». Вероятно, он и сам против этого не возражал, когда вернулся в Россию, где власть взяли не очень грамотные на тот момент рабочие и крестьяне. Но вот что удивительно – он в них поверил.
Впрочем, и сам Слащов не принадлежал к аристократии. Хотя это старинный дворянский род, его дед и отец были военными. Но попав в гвардию очень быстро почувствовал, что в высшем обществе его не ждут – с другими офицерами так и не сдружился. Но, как оказалось, это лишь поспособствовало карьере.
Точнее – отличному военному образованию. Слащов закончил Павловское военное училище. Но вначале отучился в Санкт-Петербургском реальном училище Гуревича – с такой хорошей технической подготовкой охотнее взяли в престижный военный вуз.
По его окончании распределился в Финляндский гвардейский полк. Где, как отметили, так и не стал своим для офицеров-аристократов. А потому, с досады и скуки, подал рапорт на обучение в Академии Генерального штаба.
Там особо увлекся организацией партизанско-диверсионной борьбы. Это ему потом пригодится, и он станет блестящим практиком и теоретиком маневренной войны. После академии стал командиром роты в своем же полку – в гвардии это высокая должность, на ступень выше, чем в остальной армии. Закрепиться помогла женитьба на дочери полкового командира Козлова – генерала гвардии.
Известие о начале Первой мировой войны застало Слащова за бокалом шампанского в кафешантане. Потушив сигарету в шампанском, он довольный произнес:
«Ну что ж, господа, драться так драться. А то я начал подзабывать как это делается».
Гвардию немедленно отправили на фронт. Числилась она в резерве Ставки Верховного главнокомандующего, но в тылу никто не сидел. Активно использовалась для затыкания дыр, прорывов, когда надо было стойко умереть.
В результате к концу войны от первоначального состава в живых остались единицы. Слащов, весь в ранах и орденах, стал командиром батальона и получил звание полковника.
Октябрьскую революцию встретил в Петрограде, куда его вызвало Временное правительство и назначила командовать Московским гвардейским полком. До декабря 1917 года Слащов смотрел на происходящее, а потом вдруг исчез.
Появился уже в расположении Добровольческой армии белогвардейцев, которая только начала формироваться. И был направлен к Шкуро. Тут два военных-анархиста с жесткой дисциплиной нашли друг друга.
Шкуро действовал методами внезапных и дерзких рейдов, ровно такую войну любил и Слащов. Вот не зря он так усердно изучал диверсионные методы войны в Академии Генерального штаба.
Поэтому и тут возглавил штаб, освободив лихого «беляка» от этой «нудятины». В результате рейды и атаки остались такими же бесшабашными, но обрели плановый характер. А после того, как они со Шкуро взяли Ставрополь, то обоим полковникам Деникин присвоил звание генерал-майоров.
Уже генералом Слащов получил дивизию и взял Николаев и Одессу, чем способствовал, что белые захватили всю правобережную Украину. Но вскоре они начали терпеть одно поражение за другим от Красной Армии. Способствовала этому страшная коррупция и интриги даже внутри офицерского корпуса.
Ставший главнокомандующим Врангель видел в популярном Слащове своего конкурента. Подчиненные прозвали его «генерал Яша» - в отличие от соседей, они всегда были сыты и в тепле. И это при том, что второе его прозвище было «вешатель».
Он действительно легко выносил смертные приговоры, но, но как утверждается, только за мародерство, дезертирство и трусость. Хотя, надо полагать, что и не особо разбирался – это приведет его потом к гибели.
К Слащову с уважением относились и в Красной Армии. Когда его вторая жена Нина Нечволодова, будучи беременной, попала в плен, то ее отвезли в Москву, где с ней беседовал сам Феликс Дзержинский. А потом переправил через фронт к мужу. Этот поступок одного из советских вождей потом наверняка повлиял на решение генерала вернуться в Россию.
Но вначале он организовал оборону Крыма. И чуть ли не единственный, кто удачно отражал атаки Красной Армии. Даже Врангель позволил именоваться Слащовым-Крымским и присвоил генерал-лейтенанта. Он потом своих коллег красных командиров этим дразнил, подписываясь иногда такой двойной фамилией.
Но в ставке белых уже вовсю царил развал, при этом почему-то все отчаянно боролись за власть. Воспользовавшись каким-то предлогом, Врангель разжаловал Слащова до рядового. На что тот ответил, что полковником его сделал сам император и уж этого-то звания у него не отнять.
Крым в 1921 году становится советским. Вместе со всеми белогвардейцами генерал Слащов покидает его и на какое-то время обосновался в Константинополе. Тут он попытался заняться бизнесом – разводить индейку. Но какой из боевого генерал фермер? Естественно за пару месяцев прогорел.
И вот он находит возможность связаться с чекистами. В результате переговоров сам Слащов и небольшая группа офицеров возвращаются в Россию. Перед отъездом он оставил записку, где говорил, что сражался в Белой гвардии за честь России.
Но теперь его зовут опять защищать Россию, и он едет это делать. Генерал также подчеркнул, что как раз большевики вытащили страну из хаоса, навели порядок, спасли от развала и теперь ее возрождают.
В конце 1921 года в Севастополе Якова Слащова встречал сам Дзержинский. До этого его возвращение рассматривалось на Политбюро ЦК ВКП(б) и было одобрено.
Генерал надеялся, что ему поручат командование боевой частью. Но в Красной Армии отчаянно нуждались в подготовке кадров и направили на преподавание на командирских курсах «Выстрел» - на тот момент самое высшее военное учебное заведение. Впрочем, может и побаивались давать такому человек вооруженных людей в подчинение.
Слащова слушатели курсов обожали, хотя многим от него и доставалось. На лекциях свободных мест не было. Споры, причем с теми, кого он критиковал, случались до глубокого вечера, а потом еще и в общежитии продолжались.
Да и уже легендарные красные командиры бежали послушать. А красный генерал рассказывал, как их бил, но при этом разбирал ошибки. Но не без ехидства. Существует легенда, что при одном разборе критикуемый красный командир разрядил в Слащова весь наган. И не попал.
Говорят, что это был сам Семен Буденный, но точных данных нет. Слащов спокойно дождался пока стрельба не закончится, а потом выдал: «Вот как вы стреляете, так и воевали».
И все же красного генерала убили. Сделал это 11 января 1929 года Лазарь Коленберг – его брата Слащов повесил в Николаеве. Он попал в квартиру Якова Александровича в Лефортово и застрелил из парабеллума.
Но суда не было. Коленберга признали психически невменяемым, а вскоре и вовсе отпустили. Поэтому до сих пор не знают – была ли это просто месть или кто-то воспользовался человеком, который мечтал об этой мести.
Но Слащов успел в советской России очень многое. Среди его слушателей были будущие маршалы Малиновский и Толбухин, многие прославленные генералы Великой Отечественной войны. Он написал несколько научных трудов и в 1924 году выпустил мемуары.
Предисловие к ним, кстати, написал не кто иной как Дмитрий Фурманов, который там прямо говорил, что в Гражданскую Слащов был самым ненавидимым белым генералом. Называл палачом. И все же он оказался сильным человеком и сумел стать полезным Родине вновь.
Сам же Яков Слащов говорил, что ненавидит большевиков, но именно они осуществили его мечту – навести в России порядок. Вслед за Слащовым до конца 1922 года в Россию вернулось еще 223 тысячи бывших белых офицера.