В этот жаркий день мы притащились в офис лейбла, хотя обычно в такую погоду сидим по домам. Офис с кондиционером, знаете ли, хорошее дело. Умывшись и чуть охолонув, врубили свежий сингл нашего лейбла c3p и принялись ждать гостей, попивая освежающий чаёк.
Когда мы уже отставили чашки в сторону, в комнату вошли двое, и, оценив обстановку, плюхнулись на свободный диван. Потом, кажется, вспомнили: надо поздороваться.
– Привет!
Группа “Семеро” сегодня отмечает выпуск первого сингла на всех мировых площадках, как водится на лейбле. Мы пригласили их для обсуждения дальнейших планов и решили записать интервью, по возможности.
Лейбл: Привет, ребят! Поздравляем вас с выходом песни. Что вы сейчас чувствуете?
Группа: Ой, это… такой коктейль эйфории и как бы сдерживающего тебя изнутри чувства долга. Мы успели обрадоваться выпуску сингла, который сами-то уже сто раз… тысячу раз слушали. И он нам дико нравится! Но также мы знаем, что в котомке у нас материала ещё ого-го, а его надо ещё воплотить достойно. Мы панкуху уважаем, но уровень записи надо ж держать, так?
Лейбл: Конечно! Вам надо завоевать аудиторию. Расскажите о группе. Откуда вы, кто на чём играет, чем занимается? Насколько я понимаю, вот вы – вы играете на басу?
Басист: А что, видно?
Лейбл: Вы же с басухой пришли.
Басист: Ой! Ну, да. Не побоюсь сказать, что я – кач этой группы. Зовут Никита Чага. А это тот, кто выбивает лучшие ритмы – Серёга Дятел. На нас вообще, собственно, и держатся все песни. Ритм-секция рулит!
Дятел: Все рулят. Я просто дирижирую. У меня даже палочка есть. Две палочки.
Ответив, Дятел повозился в телефоне и положил его на стол между нами с включённым экраном, сделав неопределённый жест. Мы не поняли, что происходит, но продолжили.
Лейбл: Кто ещё у вас играет?
Чага: Так, нас семеро почти. Барабанщик Сергей "Дятел" Соловьёв, басист Никита Чага, гитарист Зима, тромбонист Дрон Гудрон и Седьмой, основной вокалист со второй гитарой.
Лейбл: С остальными плюс-минус понятно. А почему вы зовёте гитариста Зима?
Дятел: Потому что похож. В смысле, Зима потому, что Летов. Летов потому, что Джаред. Наш гитарюга похож на известного музыканта, когда долго не стрижёт лицо.
На этих словах вдруг ожил телефон Дятла.
– Народ, вы чего, забыли меня?
Барабанщик группы “Семеро” ухмыльнулся и подался вперёд к лежащему на столу мобильнику, чтобы человеку на том конце провода было слышнее.
Дятел: О, Коркин, брат, пардон! Это наш клавишник.
Коркин: То-то же! Я играю на клавишах и отвечаю за всякие эффекты, сэмплы. Сейчас быстро расскажу. Можно же?
Лейбл: Да, делайте что хотите!
Коркин: А-а-а, отлично, угоню машину. Мы так-то стараемся сэмплы использовать пореже, но если надо, то надо. Не всё звуки человек голосом или инструментом извлечь может. Меня нормально слышно? Ага. Время диктует свои требования. Я уж про обработку вокала молчу. Короче, всем привет, родителям, бабушкам-дедушкам, сёстрам братьям, а ещё, Леонид Аркадьевич, я привёз вам наш знаменитый хайрульский мёд.
Дятел: Всё?
Коркин: Всё.
Дятел: Аркадьевич, он вам реально мёд передал. Держите!
Лейбл: Спасибо. Действительно, написано “Хайрульский”. Раскройте нам секрет: для кого вы пишете песни и играете?
Чага: Как я чувствую, в первую очередь… конечно, для тех, кто, возможно, немного приуныл. Хочется вдохновить, поддержать. Чтобы их энергия снова била ключом, а жизнь играла яркими красками! Ну и, конечно же, для тех, у кого хороший музыкальный вкус.
Дятел: Мы играем для всех, кто готов слушать. Ну и для себя малость. Ведь если не играть для себя – будет скучно. А если играть только для себя… это и дома играть можно.
Коркин: Мне нравится, как Седьмой об этом говорит. Мол, кто, если не мы? И постоянно рвёт тельняшку, ха-ха!
Лейбл: Кстати, где он?
Коркин: Мы решили, что раз ему ещё кучу интервью надо будет дать, типа фронтмен, самый популярный… а нас много… короче, его не будет сегодня. Тем более, что он дико занят сейчас, а мы плюс-минус свободны.
Лейбл: Хорошо. Какие принципы сочинения музыки вам близки?
Чага: Главный принцип – душа в творчестве! Ну и ритм-секция.
Дятел: Я тут сбоку. Говорят в каком стиле играть – беру и играю.
Коркин: Алло! Тут рядом наш тромбонист сидит. Он сейчас добавит.
Гудрон: Я ворую! Всё в музыке давно придумано.
Лейбл: С этим сложно спорить. Вы показали всем только сингл. Будет новый материал? Ведь вам наверняка хочется давать концерты.
Чага: Хотелось бы сохранить интригу.
Дятел: Ну а кому не хотелось? Для себя и дома играть можно. А, погодьте, я это уже говорил.
Гудрон: Тут дело в чём. Я не только в “Семеро” играю, но и в оркестре, активно гастролирующем. Хочешь ты или нет, а у тебя в его составе нефиговый гастрольный график, залы по всему миру. Так что я ко всей этой славе привык и недостатка не испытываю. Будут – хорошо. Нет – у меня всё равно будут!
Лейбл: Но у вас же есть первые поклонники? Думаем, что для них это важно. Кстати, не хотите ли вы через это интервью передать послание фанатам?
Гудрон: Хватай музыку и беги!
Дятел: Я на концертах лучше рукой помашу.
Коркин: Да, всегда буду рад видеть этих двух людей на нашей репетиции.
Чага: Зш япфг деогфлвю мшоыву овг? Мез еле: леов бвсек ыфдит! Ф Пяфжюпф гюзес. Лемшю депоифбив м атптъву сфзюжвфгфу.
Лейбл: Никита, что это значит??
Чага: Скоро узнаете. СКОРО ОНИ ВСЁ УЗНАЮТ!