Сам Гоголь – мастер мистификаций, писал о Вие, что он создан «простонародным воображением». Якобы так звался в Малороссии «начальник гномов», у которого веки опускались до самой земли. И якобы писателю ничего не оставалось, как просто перенести мифологическое существо из народных сказаний на бумагу.
Но на самом деле на Украине никогда не было никаких мифических гномов, не было и их предводителя. Более того, самого слова «вiй» в Малороссии никогда не было. Об этом пишет литературовед и фольклорист Рустам Асхатович Шаяхметов в работе «Об отсутствии в украинском языке понятия вій», занимавшийся расследованием специально.
Тем не менее как у славян, так и у других индоевропейцев в мифологии присутствуют существа, весьма близкие к гоголевскому персонажу.
Языковед-иранист Василий Иванович Абаев считал, что за Вием стоит древний скифский бог Вей (Вайя) – божество смерти и ураганов, прообраз языческого бога древних славян Велеса.
Этнограф, специалист по Малороссии Николай Фёдорович Сумцов считал, что Гоголь взял своего демонического персонажа из мифологии кельтов, и указывал, что в легендах Ирландии существовал некий персонаж Балор – предводитель демонического народца фоморов, который представляли собой целое сборище нечистой силы. Женщины у этой нечисти часто бывали гигантскими и по уродству не уступали мужчинам. Балор имел способность убивать взглядом, мог испепелить им целую армию и поэтому имел прозвище «Дурной глаз».
В древних мифах Уэльса существует похожий субъект – это некий гигант, повелитель великанов Испададен Пенкавр, у которого настолько огромные веки, что ему приходится поднимать их с помощью кованых подпорок.
Российский индолог Ярослав Владимирович Васильков считал, что вера в подобное существо распространилась по Европейскому континенту очень давно – в те времена, когда с юга со славянами соседствовали иранцы, с севера – балтийские племена, а с запада – кельты.
Или это славянский персонаж?
Персонаж, похожий на Вия, сохранился у славян только в сказках. Например, в русской сказке об Иване Быковиче присутствует герой — ведьмин муж, которому глаза открывают вилами. А на Украине подобные способности присущи герою народного сказания – Святому Касьяну, который открывает глаза лишь раз в четыре года – 29 февраля, в високосный год, в праздник этого святого. При этом черты самого святого явно искажены: Касьян живет в глубокой пещере и не видит «света божьего» из-за ресниц, которые отросли до колен. Когда он все же умудряется поднять веки, чтобы взглянуть вокруг, все, что попадает под его взгляд, погибает. Есть на Украине, в Волыни, еще один тип, обладающий подобными свойствами – это «шелудивый» хан половцев Буняк, который способен уничтожать селения одним взглядом. Веки ему для этого поднимают вилами или лопатами. Существовал подобный индивид и в Подолии, располагавшейся когда-то в Тернопольской, в Хмельницкой и в Винницкой областях Украины – здесь старики рассказывали о Солодивом Буньо, которому тоже поднимали веки с помощью вил; взглядом он мог уничтожить целый город.
Кроме этого в Малороссии слово «вія» обозначало ресницу.
Авторы Вячеслав Всеволодович Иванов и Владимир Николаевич Топоров в книге «Славянская мифология. Энциклопедический словарь», указывают, что на Украине одно время было в хождении сказание, по которому дьявол искушал монаха-пустынника, а когда тот не поддался искушению, то увеличил ему веки настолько, что тот их не мог поднять. А в белорусском Полесье существовала местная былина, в которой смерть представала в образе женщины-чудовища с огромными веками.
Проклятье гения
Казалось бы, источник возникновения Вия найден? Возможно. Но большинство литературоведов и этнографов по-прежнему считают, что Гоголь просто выдумал Вия, «взял из головы», ведь не существует ни одного литературного источника, в котором существование персонажа было бы зафиксировано до появления на свет повести писателя. Зато с конца XIX века Вий входит в русскую мифологию едва ли не наравне с древними мифологическими персонажами.
Возможно, Гоголь действительно взял за основу какие-то народные сказания, но при этом придумал «своего» демона, с безумством гения вдохнув в него столько собственного подсознательного ужаса и интуитивно предугадав его древнюю сущность, что персонаж как бы «ожил» и сам стал героем сказок и мифов. Позже он очень жалел об этом, предугадывая, что его повествования могут увлечь неопытных в духовном отношении юных читателей и увести их далеко от Бога. Свою повесть он писал совсем не о демонах, а о том, что на Руси оскудевает православная вера, что церкви стоят заброшенными, а ведьмы, черти, вии, русалки прочая нечисть начинает свой новый, страшный шабаш.
До самой смерти Гоголь боялся, что за ранние, «греховные» произведения его после смерти накажет Бог. Он раздавал гонорары, полученные за них, и усиленно молился.