С раннего детства я была очень влюбчивой. Влюблялась всегда безответно и тайно, предмет моих мечтаний даже не догадывался о моих чувствах. Один раз я поделилась с близкой подругой, что мне очень нравится Вадик, ее сосед по подъезду. Был он старше меня на четыре года, высок, строен и кареглаз. Я пребывала в романтических грезах, пока моя подруга не озвучила при всех мою тайну. Помню, что я жутко смутилась, покраснела и убежала домой.
Больше я ни с кем не делилась своими сердечными привязанностями, молча переживала и писала стихи. У такого моего поведения была причина – я до жути боялась лиц противоположного пола, они мне казались пришельцами с другой планеты, было совершенно непонятно, как себя вести, если вдруг молодой человек мной заинтересуется.
Моя семья состояла их трех поколений женщин, как пел Шнур: мама, бабушка и я – однополая семья.
На какое–то время в нашу семью влился отчим, азербайджанец Бахрам, которого все звали по-русски – Борис. Если учесть, что мой отец тоже Борис, это был Борис № 2.
В нашей семье он надолго не задержался, оставив в моей памяти два ярких воспоминания. Первое, когда он велел мне убрать игрушки, а после моего отказа собрал их в мешок и вынес на помойку. Горе мое было безмерно.
Второй раз он пытался меня воспитывать с помощью ремня, но бабушка как коршун накинулась на него и крикнула:
- Своих бей, а мою - не смей (от первого брака у него было двое детей).
Я не расстроилась, когда мама с ним развелась, и он исчез из нашей жизни.
Дожив до 18 лет, я не имела опыта романтических встреч с противоположным полом. Если я нравилась парню, то он не нравился мне и наоборот.
Однажды, на дне рождения подруги, ко мне проявил интерес ее двоюродный брат. Он был старше нас, с залысинами, и совершенно не тянул на мужчину моей мечты. Я перепугалась и сбежала при первой возможности.
Но вот школа осталась позади, я студентка училища культуры, новое окружение диктует новые правила поведения, девчонки из группы решили взять надо мной шефство и познакомить с молодым человеком. Я была не против, тем более один мне уже успел понравиться, пока издалека и на расстоянии. Свидание было решено устроить в общежитии, в комнате девчонок.
Автобус до места назначения мне пришлось брать штурмом, транспорт в это время ходил редко, а желающих ехать было много.
Но ведь у меня мотивация – огонь, я на свидание еду.
В автобус я влезла, но вглубь салона продвинуться не удалось, я повисла на последней ступеньке, балансируя во время движения.
По мере приближения к остановке я понимала, что придется выйти и выпустить людей, которые уже приехали. Выходить из автобуса спиной не хотелось, я боялась не удержать равновесие и завалиться назад. Надо сказать, что по случаю предстоящего свидания я надела нарядную блузку, короткую юбку, куртку и кожаные полусапожки (дело было осенью).
Я стала разворачиваться лицом к выходу, но завершить маневр мне не удалось. Автобус подъехал к остановке, открыл двери, и мою ногу зажало.
Я в панике дергала ногой, пытаясь освободиться, кричала, чтобы водитель закрыл дверь, наконец, мне удалось освободить ногу, а затем и сапог. Проехав всего одну остановку, я покинула автобус в одном сапоге, держа второй в руках и аккуратно ступая ногой в капроне по мокрому асфальту.
До общежития я добралась позднее на другом автобусе, а кавалер и вовсе не пришел.
Мы с девчонками посмеялись, и к тому времени, как зажил мой синяк в полноги, я влюбилась в другого, по прежнему, тайно и безответно.
Так оно спокойнее.