1
Мечтать о шашке он стал совсем недавно, до этого мечты имели несколько иные свойства, относящиеся к чему-то более банальному, незаметному. К тому, что приходило и как-то незаметно уходило, растворяясь в важном или совершенно привычном течение дней.
Долгое время шашка была недоступна из-за своей цены. Бессовестные барыги с различных интернет сайтов заламывали цену совершенно неадекватную предмету продажи. Частенько Степан злился на это. Но как может никому ненужный предмет стоить так дорого? Его друг Борис поддерживал этот вывод. Если нет спроса, откуда тогда берётся цена. Всякие варианты с эксклюзивностью товара в расчёт не принимались от того, что смысл сводился к слову дорого, а всё остальное должно вытекать из этого и никак не иначе.
Впрочем, ассортимент шашек был невелик. Времена империалистической войны, с продолжением в виде гражданской канули в небытие очень уж давно. Поэтому всё сводилось к сувенирам, и это было обидно. Если представить ситуацию немного дальше, то в полной амуниции, с лампасами, погонами, при шашке, и пусть пока без верного коня, казак получался сувенирным, можно сказать, что в какой-то мере ряженым. Посылы о возрождении бравого дела оставались для каждого своими, от этого была сумятица, что в мозгах, что и в словах.
Только шашка должна была стать основой, а всё остальное затем. Поэтому покупка планировалась основательно. Особенно важен был размер. В интернете частенько встречались шашки нестандартных размеров, а этого никак нельзя было допустить...
…В один из погожих летних деньков наконец-то был найден оптимальный вариант, но случилось непредвиденное. Один из постоянных посетителей алкогольного кружка по имени Павел приехал в будний день вечером без всякого звонка или договорённости. Степан этого дела не любил. Есть запланированное время, тогда, пожалуйста, совсем другое, когда в наглую.
Гостеприимство вещь хорошая, но и оно должно иметь некий предел, а то получится, чёрт знает что. К недовольству Степана ещё добавлялось, что Павел приехал не один. Вместе с ним был высокий мужчина с несколько странной внешностью, которую слишком долго описывать, да и нет в этом, собственно, особой нужды, тем более Степан для себя безошибочно определил незнакомца, как только тот произнёс первые слова: — Выдыш Павел Дмитриевич — представился незнакомец.
— Емельянов Степан Степанович — ответил незнакомцу Степан.
— Как-то у вас всё слишком официально — вмешался в разговор Павел.
Степан лишь пожал плечами, мол, как вышло, так вышло. Выдыш внимательно рассматривал многочисленные постеры с изображениями разных рок звёзд, их монстров, символик.
— Любишь рок. Я тоже в юности увлекался.
— Что же сейчас неинтересно? — спросил Степан.
— Сейчас не до этого. Я больше машинами занимаюсь.
— "Левый человек" — подумал Степан и ещё больше стал злиться, что Паша притащил к нему своего очередного дружка.
Принесённая гостями бутылка не очень грела воображение, поскольку завтрашнее утро начиналось четвергом. Степан имел на лице мимику явного неудовольствия. Он не умел особо глубоко прятать эмоциональный фон, да и не пытался лишний раз этого делать. Может, кто другой бы и обиделся на столь любезный приём, но только не Павел. Его друг Павел, по фамилии Выдыш, тоже не заморачивался на подобные темы, поэтому они не обращали внимания на кислую физиономию Степана.
— Советскую власть, гляжу, сильно не любишь — произнёс Выдыш, обращаясь к Степану.
— С чего ты это взял — ответил Степан.
— Здесь и к гадалке не ходи. Плакаты, музыка, да и ноутбук у тебя открыт на сайте нового казачества.
— А ты что советскую власть почитаешь. Тогда нам с тобой не по пути — сказал Степан, заглотив стопку водки.
— Я-то советскую власть... — громко засмеялся Выдыш. — Да я галстук пионерский ещё в восемьдесят первом году ногами топтал. У нас в западной Украине с этим строго было. Память предков никуда не делась, а ты такое говоришь. Я и в армии совковой не служил, прятался в цыганском таборе.
Это был откровенный перебор. Степан терпеть не мог советскую власть и стал с годами безразличен к пионерскому детству, но армию Выдыш затронул зря. Степан внутри ещё больше насупился: — "Точно бандеровец, сразу подметил и не ошибся" — думал Степан.
Павел предложил тост на тему разговора.
— Давайте за новые времена, чтобы теперь навсегда без всяких коммунистов. Мы и сами разберёмся, как нам жить.
Они покончили с содержимым стопок. Выпивший Выдыш продолжил общение, которого не очень желал Степан, думая о своём...
...Ненавидеть советское — это одно дело. Есть ещё другое, в виде русского патриота, а тут уж бандеровцы совсем не к месту и мало у них отличий от коммунистов. Хотя, нет, отличия, как раз есть, только восприятие, кажется, ещё хуже. Можно в течение нескольких часов потерпеть этого Выдыша, но в дальнейшем будет разговор с Пашей, чтобы подобных элементов в доме у Степана больше не было.
— Эти коммунисты у нас всем жизнь переломали, вспомнить страшно. Дедулю моего в сорок шестом к стенке прислонили. Как отец с матерью выживали и представить трудно.
— Здесь тоже не сахар житуха была — вставил своё Павел.
— Ты это не сравнивай. Наши за свободу боролись, а вас здесь, как скот на убой гнали. Пикнуть боялись, прятались вы и выли — Выдыш начал пьянеть, от этого его стало заметно заносить.
Степану поведение Выдыша естественно не нравилось, он с трудом сдерживал себя, слишком велико было желание вступить с этим человеком в словесную схватку.
— Свободу обрели тогда или нет? — ироничным тоном спросил Степан.
— Сам знаешь, что нет. Но зато теперь умеем её ценить.
— Теперь я тебе скажу. Свободу свою вы благодаря нам обрели. Тогда в конце восьмидесятых от нас здесь всё зависело и если бы не мы, то по-прежнему прятались вы по хуторам и таборам.
— Это ты зря. Извини, если обидел, но свою попранную самостийность мы и без вас зубами выгрызли.
Степан не стал вступать в дальнейшую полемику, посчитав, что и без того хватит. Он постоянно поглядывал на часы. Даже выпитая водка не настраивала на позитивный лад.
Выдыш что-то пробурчав, поднялся из-за стола. Не спрашивая разрешения, он прошёл в соседнею комнату, затем вернулся назад на кухню.
— Шашку ищешь? — спросил Выдыш Степана.
— Уже нашёл — ответил Степан.
— Так это сувенирная — разочарованно произнёс Выдыш.
— Пока такая сойдёт — ответил Степан.
— Есть вариант купить настоящую шашку, могу посодействовать — предложил Выдыш.
Степану хоть было и неприятно продолжать общение с Выдышем, но он не мог обойти такую тему стороной.
— За сколько и что за шашка? — спросил он у Выдыша.
—Что за шашка не знаю, видимо, обычная времён войны с коммунистами, а цена? Думаю, договоримся, может чуть дороже. Она у одного деда.
— У вас там на Украине? — продолжил Степан.
— В Украине — поправил Степана Выдыш — Нет, она здесь в одной деревне, кажется, Яровое называется, так что подумай. Я врагу коммунистов всегда рад помочь.
— Коммунистов уже четверть века как нет. Стоит ли их поминать на ночь глядя — подал голос Паша.
— Не скажи, их всегда помнить нужно, забудешь они сразу вернутся. Тогда плохо всем будет, и русским, и украинцам. Этим всё равно кому кишки наружу выпускать.
— Не вернутся. Сейчас это не пройдёт, другое поколение выросло. Бредовые идеи никто принимать не станет, это же очевидно.
— Глупое рассуждение, им только этого и нужно — не согласился Выдыш.
— Так что насчёт шашки? — спросил Степан.
— Без проблем, с дедом я лично знаком. Он уже всё одно из ума выжил, уверен, что договоримся, хотя конечно не могу гарантировать на сто процентов…