Прохладное ветреное утро. Солнце даже не поднялось из-за горизонта. Только лиловые лучи выглядывали из-за его темной полосы, ворча на все живое в мире. Свет в окнах маленьких частных домиков включался в шахматном порядке. Осень яркими красками ворошила аллею листьями, а только что проснувшиеся деревья лениво кивали то туда, то сюда. И люди проснулись.
Казалось, ни одна живая душа еще не вышла в эту тьму, кое где освещённую единичными фонарями. Но нет. Около местного сельского колледжа уже толпились студенты. Они стояли группками парней и девушек, весело смеясь и притоптывая от холода. Ждали звонка. Но мы обратим внимание только на одну группу.
Две девушки стояли за воротами территории и ждали вечно опаздывающую подругу, которая жила на другой стороне села.
– Что ж так холодно то? – проворчала девушка с ярко накрашенными глазами, лопнув большой пузырь жвачки.
– Зима близко, – ласково улыбнулась другая со светлыми длинными убранными в косу волосами.
– Ксюш, – грозно зыркнула на нее подруга, звякнув круглыми сережками. – Ей богу! Ты уже надоела со своей Игрой Престолов.
– Прости-прости, Сашенька! Больше не буду! – Ксюша весело замахала руками и рассмеялась. – Смотри! А вон и Света! СВЕТА!!!
Ксюша замахала рукой, приветствуя спешащую к ним подругу, которая, то и дело, поправляя очки, странно оглядывалась назад.
– Привет, девочки… – Света встревоженно поприветствовала, подруг и задохнувшись, оперлась о колени.
– Ну и что на этот раз? – Закатила глаза Сашка.
– Посмотрите, за мной все еще идут двое мужиков?
Сашка и Ксюша тут же перевели взгляд на аллею. И правда. Двое мужчин совершенно несвежего видочка, шли, раскачиваясь от утренней дозы алкоголя (а может быть они и вовсе не выходили из запоя неделями) и кричали сальности до ужаса испуганной Свете.
– Да чтоб они обосрались, да подмыться негде было! – свирепо клацнула Саша языком.
– Сашка! – хором упрекнули ее в грязных словечках подруги.
– Ну вот что Сашка? Какие-то козлы пристают к моей подруге, а я молчать должна? Ну правда! Ни стыда, ни совести у народа!
Мужики поравнялись с девушками под яростный взгляд карих глаз Сашки, но как будто его не заметили. Или не захотели заметить. От них разило перегаром, сигаретами и потом, от которых хотелось затолкнуть в ноздри два пальца и убежать как можно дальше. И девочки хотели уйти. Все, кроме Сашки.
Она, бренча многочисленной бижутерией, сложила руки на груди и с вызовом уставилась на безмозглых собутыльников. А они смотрели только на место, которое девушки специально скрывают под джинсами и платьями, и хищно сверкали золотыми зубами.
– Ну и что уставились, барашки тупорогие? Ни разу девушек не видели?
– А че сразу тупорогие? – возмутился один алкаш.
– То есть, то, что я назвала вас баранами, тебя не смутило?
– А че ты мне тыкаешь, а? – качнулся другой. – Тебе сколько лет, маленькая потаскуха?
– Достаточно, чтобы понимать, к кому обращаться уважительно, а кому нет.
– Пойдем, Саш, – аккуратно взяла ее за руку Света, но та только одёрнула ее.
– Подожди, – подмигнула напуганной подруге Ксюша. – Сейчас самое интересное начнётся.
– Значит так! – Сашка угрожающе ступила на два шага вперёд к пьянчугам. – Мало того, что вы каждый божий день, и в зной, и в дождь, и в снег, двадцать четыре на семь, триста шестьдесят пять дней в году, третесь под моим окном, бухаете и курите так, что весь дом провонял перегарщиной, так вы еще и колледж мой приходите и пристаете к моей подруге?! Нет! Не позволю! Валите ко всем собачим! Вы меня поняли, подснежники?!
– А че сразу подснежники? – захлопал глазами первый.
– Потому что такими темпами скоро ими станете! – почти прошипела Сашка.
Пока смелая и непокорная Александра ругалась с местными напитыми мужиками, к довольно улыбающейся Ксюше и взволнованной Свете подошли четверо ребят. Как говориться, все красавцы как на подбор. Высокие статные парни, которых смело можно было назвать элитой колледжа.
– Отвалите от них, - спокойно сказал парень в узких очках.
– Ой, посмотрите, кто подошел! – Всплеснула руками Сашка и демонстративно приложила их к сердцу. – Это же наши прекрасные музыканты Оводы! Ну? Че приперлись? Интересно?
– Мы вообще-то помочь пришили! – оскорбился светловолосый парень.
– Ничего, Пашенька! Я тут как-нибудь сама! – отмахнулась девушка и вновь повернулась к мужикам, которые увидев крепкую опору, решили ретироваться. – Стоять! Я еще не закончила! Так вот, подснежники. Чтоб я больше ваших пьяных рож не видела, усекли? И вы, как только заметете мое прекрасное лицо бегите так, чтобы пятки сверкали! А иначе, я в вас ментам сдам!
– За что ментам то?
Сашка хитро улыбнулась и подошла так близко к мужикам, что едва ли кошка могла пробежать между ними. Так, что даже замутило от запаха, но виду она не подала. Конечно! Столько зрителей собралось! Столько глаз в эту минут смотрят на нее! Она не могла так просто сдаться и уйти, хотя очень хотелось.
– А за домогательство, мои недорогие, - почти шепотом начала она. – Знаешь, а ведь Светочке нет еще и шестнадцати, а это грозит сроком от трех до восьми.
– Она же прикалывается? – шепотом обиженно буркнула Света. – Знает же, что мне восемнадцать давно.
– Да, –кивнула Ксюша. – Но алкашам лучше этого не говорить.
– Ты не докажешь! – мужики не услышали слов Светы и на то спасибо.
– Ой ли? Вообще хватит и одного ее слова! – она небрежно указала головой на зрителей ее триумфа. - Плюс у нас свидетели!
– А Леха говорил, что им помощь нужна, - фыркнул парень с футболкой группы «Kiss». – Посмотри! Сами прекрасно справляются!
– Все люди ошибаются, - рыжий Леша, который прилип к телефону словно муха, коротко пожал плечами, однако его дреды змеями зашевелились на голове.
– Полегче, красотка! Мы пон-ли тебя. Больше ты нас не увидишь. Мадму-зели…
– То-то же! – Сашка отряхнула руки, наблюдая, как тушуются алкаши и крабиками валят с места преступления, а потом повернулась к ребятам. – Ну что ж. Пойдем, девочки.
– Здорово ты их, - присвистнул Паша, с интересом наблюдая за Сашкой. – А ты не боишься, что они тебя найдут?
– Они то? – фыркнула девушка, шагая мимо парней. – Я тебя умоляю! Да знаю я их. Они только что звиздеть и умеют, а как припрешь их к стенке, сразу показывают свое нутро. Сыкухи и есть сыкухи.
– Ладно, – покачал головой Паша. – Но, если, вдруг, они снова пристанут, не бойся просить нас о помощи. Идет?
Саша остановилась и гневно воззрилась на парней. Она (тут надо смотреть с положения Светы, так как она давно хотела в туалет) долго смотрела на них, переведя взгляд карих острых глаз с одного на другого, а потом надула пузырь жвачки и тут же лопнула его.
– Чувак, – она говорила слишком серьёзно и так, что любой бы дурак поверил ей на слово, даже если бы она утверждала, что Дантес пал от руки Пушкина, а не наоборот. – Мы с Ксюшей, каждое утро и каждый вечер идем по это сранной темени в коллеж через кладбище. Скажи мне, пожалуйста, мой дорогой Паша, мне нужна помощь? Нет. Я не боюсь ничего. Слышишь? Ни-че-го!
И, взмахнув волосами, она гордо пошла твердым и уверенным шагом в сторону входной двери. Ксюша пожала плечами и направилась за ней, а Света, сказав скромное: «Спасибо», засеменила за ними.
– Ну и женщина… – только и присвистнул Паша.
– О, господи! – закатил глаза очкастый и легонько толкнул друга в плечо. – Пойдем уже, Ромео… Ей богу, как маленький…